6580

Я работаю на «Самара-Арене»: 3 истории

Лайма Кошман

Прожить день и ничего не услышать о Чемпионате — невыполнимая миссия: результаты матчей висят даже на остановках, а лента в социальных сетях то и дело обновляется фотками болельщиков. Однако праздник футбола — это не только стадион, игроки команд и иностранные туристы, но также сотрудники, которые помогают не потеряться, следят за порядком во время Мундиаля, а главное — вкусно кормят. «Большая Деревня» узнала, как выглядят будни на «Самара-Арене» изнутри: уборщик, кассир концессии и стюард честно рассказали о своей работе на условиях полной анонимности.

Имена героев изменены по их просьбе.

Дмитрий Семенов

Уборщик

Месяц назад друг рассказал мне, что есть возможность подзаработать, убираясь на стадионе перед началом Чемпионата. Я обрадовался и моментально спросил, сколько платят, потому что нуждался в деньгах. Оказалось, официальная ставка — 1000 рублей за 9 часов работы, но поскольку сотрудников набирала девушка из нашего университета, нам с другом предложили на 300 рублей больше.

Никакого отбора не было, так как цель — затащить убираться как можно больше людей, способных держать тряпку в руках. Я быстро согласился, и в 8 утра следующего дня мы уже стояли возле стадиона. До первого матча оставалось несколько дней. Около двух часов пришлось слоняться вокруг и просто ждать женщину, которая выпишет нам пропуск. В итоге она все-таки появилась, и нас пропустили внутрь, заставив вывернуть все сумки и карманы на гейте. Видимо, хотели убедиться, что мы не террористы.

Поскольку в большей степени нас волновали деньги, а не качество работы, о разводах на стенах мы особо не парились

Внутри я сразу почувствовал масштаб происходящего и понял, что даже если не увижу матчи, все равно проведу на стадионе больше времени, чем люди, которые заплатят за билет. Несмотря на предстоящую грязную работу, эта мысль согревала меня — как и будущая зарплата. Нас провели по бесконечно длинной лестнице в маленькую сырую комнатку для уборщиц, где можно было оставить вещи и переодеться. Я не брал сменную одежду, так как об этом не предупредили заранее, поэтому просто оставил рюкзак и вышел.

Дальше нам выдали тряпки и ведра с водой и поставили задачу на день — вымыть серые стены, расположенные на этажах по периметру всего стадиона. Но перед началом работы обозначили правила: не фотографировать стадион и не садиться на сиденья для болельщиков, иначе клининговой компании выкатят штраф. Странно, учитывая, что на тестовых матчах, проходящих за несколько дней до этого, болельщики сделали миллион фотографий и выложили их в социальные сети.

Поскольку в большей степени нас волновали деньги, а не качество работы, о разводах на стенах мы особо не парились, а при малейшей возможности вообще старались исчезнуть с поля зрения проверяющих и ничего не делать. На мой взгляд, обеспечивать чистоту на таком серьезном объекте для Чемпионата Мира должны не студенты, а большая клининговая компания с огромным числом добросовестных сотрудников. Так или иначе, стоило хотя бы выдать нам специальные средства, чтобы не возюкать простой водой по стенам, вымазанным в побелке, и не оставлять разводы в миллионный раз. Были, конечно, ребята, которые отнеслись к работе ответственно, но я себя к ним не отношу.

Более того, я каждую минуту чувствовал, что выше происходящего — мне нравится интеллектуальный, а не физический труд. Опять же, за работу мозгами больше платят. Так, в процессе уборки мы увидели журналиста, который записывал репортаж. Сначала он бегал с микрофоном по фан-зоне, а потом появился на экране прямо внутри стадиона. Он выглядел гораздо круче, чем мы с тряпками, и я захотел оказаться на его месте.

Матчи — это лишь фоновая заставка вечеринки

Самое классное в работе уборщиком — возможность попасть на стадион и увидеть его вблизи. Внешний вид, конечно, впечатляет, но вот материалы, из которых его сделали, оставляют желать лучшего: пол на этажах напоминает лунную поверхность, со стен падает побелка. Наверное, кто-то неплохо заработал на строительстве.

В конце смены на гольфкаре подвезли инвентарь — тряпки, ведра и моющие средства. Нас с другом попросили поднять их в комнату для уборщиц — не хотелось, но пришлось выполнять. После этого моя работа была закончена, и мы еще час ждали зарплату, которая в итоге составила 1100 рублей — всего на 100 рублей больше, чем у остальных.

Я не сталкивался с болельщиками на стадионе, потому что в мою смену не проходил матч, но в городе иногда пересекаюсь с ними. В спальных районах болельщики появляются редко — у них есть фан-зона. Правда, на площадь Куйбышева чаще приходят познакомиться, потанцевать и выпить пивка, а сам футбол отходит на второй план. Матчи — это лишь фоновая заставка вечеринки.

Ты все равно будешь в игре, даже если не интересуешься футболом

Мне понравилось, что вокруг фан-зоны запретили проезд и улица Куйбышева превратилась в пешеходную. Я там и на велике успел прокатиться, и просто пройтись. Новые дороги тоже радуют, да и дома покрасили — так что в плане благоустройства грех жаловаться. В целом, ожидания от Чемпионата оправдались: город преобразился, игры идут и смотреть их интересно. Я вообще не очень люблю футбол и не слежу за командами в обычное время, но в период Чемпионата всегда смотрю матчи. Во время таких масштабных событий происходит массовая коммуникация, в которой невозможно не участвовать: ты все равно будешь в игре, даже если не интересуешься футболом.

Меня радует игра команд из Португалии, Бельгии, Хорватии, но поскольку я родился в России, не могу не сопереживать и нашей команде. К тому же, за последние 32 года она впервые вышла в плей-офф Чемпионата Мира, так что я однозначно болею за Россию.

Евгения Ленина

Кассир в концессии

Полтора месяца назад одногруппница сказала, что на стадион набирают кассиров с неплохой заработной платой — 250 рублей в час. Я заинтересовалась, потому что сейчас сложно найти работу с такой ставкой, и заполнила анкету. Питанием на стадионе занимаются сразу несколько компаний, и меня пригласили в одну из них. Сначала рассказали суть работы, а потом попросили оставить паспортные данные и написать о своих интересах. В конце отсканировали паспорт и пообещали перезвонить.

Я три недели ждала ответ, но он не приходил, так что я даже начала подавать заявки в другие компании. Но в итоге мне все-таки перезвонили — оказалось, наши данные проверяли в московском ФСБ, поэтому решение и затянулось. Теперь нужно было сделать медицинскую книжку — с этим я справилась за два дня и смогла приступить к обучению.

Оно длилось всего один день: нас собрали на стадионе, показали концессии изнутри (точки, где продают еду и напитки — прим. ред.) и провели презентацию всех продуктов, которые нам предстоит продавать. Еще рассказали, что оплата принимается только рублями и картой Visa, а также предупредили, что продавать алкогольное пиво можно только по паспорту. После обучения работать остались не все: кто-то испугался предстоящего общения с иностранцами, кто-то не успел сделать медицинскую книжку, а кого-то не допустил Роспотребнадзор.

Общение с иностранцами всегда проходит идеально, они очень дружелюбные и понимающие. Русские болельщики более требовательные

За неделю до первого матча нам сделали аккредитацию, чтобы беспрепятственно посещать стадион. В это время все уже говорили о Чемпионате и стремились попасть на матчи, поэтому я стала испытывать гордость за свое место работы. Моя должность — кассир Arena Foods — одной из 26 концессий стадиона. В течение всего матча болельщикам здесь предлагают сосиски, фрикадельки, хот-доги, бургеры, арахис, сладкий и соленый попкорн, чипсы, лимонады и пиво.

Вместе со мной в смене работает 15-20 человек: кассиры принимают оплату и вбивают заказ в программу, раннеры собирают его, а филлеры наливают пиво. Еще на протяжении всего матча по трибунам ходят хоккеры — ребята, которые выносят закуски и напитки прямо на трибуну, чтобы гостям не пришлось спускаться. На каждой позиции есть свои правила. Например, филлеры должны наливать пиво строго под углом 45 градусов за 20 секунд, а обслуживание посетителя в целом не должно длиться дольше 50 секунд.

Ширма концессии открывается за три часа до матча. На протяжении всей смены я стою за одной и той же кассой и отвечаю только за нее. У кассиров вообще самая спокойная работа — в отличие от раннеров, например, нам не приходится бегать и торопиться. Болельщик заказывает, я фиксирую его пожелания и сразу же называю сумму. Пока он расплачивается, раннер приносит заказ. Все блюда готовятся заранее, и к началу смены прилавки полностью забиты. В середине дня повара наполняют их снова, потому что в перерыве между первым и вторым таймом случается особый ажиотаж.

Уровень английского у нас не проверяли, потому что единственное, что нам нужно знать на английском — это цифры и названия блюд. Общаться с иностранцами на отвлеченные темы просто нет времени. На случай возникновения трудностей с пониманием около кассы есть меню на английском и испанском, так что болельщик просто показывает, что хочет, и сразу же это получает. Единственная позиция, которую в нашей концессии никто не мог запомнить — это gingerbread, пряник. Когда иностранцы ее называли, многие терялись, но ко второму матчу все уже точно знали, что это такое.

Общение с иностранцами всегда проходит идеально, они очень дружелюбные и понимающие. А русские болельщики более требовательные — им часто что-то не нравится. Например, многих возмущало, что мы отдаем напитки без крышки, хотя это обычная техника безопасности. Если кому-то взбредет в голову бросить бутылку на поле, в полете напиток разольется, и она окажется гораздо легче, чем если бы была закрыта.

Мы получаем один хот-дог в 6-30 утра, до открытия концессии, и второй в конце дня, когда она уже закрывается

На первой игре почти во всех концессиях не хватало брендированных пластиковых стаканов, без которых мы не имеем права продавать пиво. Все возмущались, но мы ничего не могли с этим поделать. К концу второго тайма их все-таки привезли, но пиво уже практически не брали. Вообще, с подобными недочетами быстро работают — на втором матче проблема была решена.

Признаю, что цены на еду достаточно высокие: хот-дог со стаканом пива обойдется в 600 рублей, маленький пакетик арахиса — в 150 рублей. Но люди находятся в эмоциональном порыве и в течение матча берут по десять кружек пива и закуски к ним, не задумываясь о деньгах. К тому же, билеты стоили гораздо дороже, так что большинство болельщиков могут себе это позволить. Для иностранцев же наши цены вообще смешные — они закупаются на 5000-7000 рублей и совершенно не выглядят ущемленными.

В концессиях заботятся о комфорте болельщиков — например, мы предлагаем специальные картонки под пиво, чтобы его было удобнее нести. Одна подставка вмещает четыре стакана, так что если гость берет три пива, мы предлагаем взять еще одно и поставить все в картонку. Это всегда срабатывает — никто не переживает о дополнительных расходах.

После закрытия мы убираемся в концессии. Рабочий день длится около 10 часов, а значит, за него можно получить примерно 2500 рублей. Правда, деньги выплатят только после окончания Чемпионата.

Работа мне нравится, потому что у нас сплоченная команда и понимающие менеджеры. Самое сложное — весь день стоять на ногах, но с этим вполне можно справиться. Мои одногруппники даже сейчас подают заявки, потому что это хороший шанс заработать и быть ближе к большому спортивному событию в стране.

Когда мы приехали на обучение за несколько дней до Чемпионата, стадион все еще достраивали

Главный минус — питание. Мы получаем один хот-дог в 6-30 утра, до открытия концессии, и второй в конце дня, когда она уже закрывается. Если честно, никто не наедается и до конца смены все ходят голодные. Было бы круто организовать полноценное питание или хотя бы выдавать что-то еще. Обидно, что в конце рабочего дня всю оставшуюся еду выбрасывают, хотя мы бы с удовольствием съели еще по одному хот-догу или забрали что-то домой.

Еще один недочет — холод. На стадионе постоянный сквозняк, но нам не разрешают надевать водолазки или вторые футболки под брендированные. На первом матче приходилось даже отходить к печкам, чтобы хоть немного согреться. На втором, правда, было получше.

Мы работаем на этажах и отлично слышим восторженные крики болельщиков, но посмотреть матч не получается, потому что концессии заперты. Это сделано для того, чтобы болельщики к нам не ломились, но в то же время ограничивает и наше передвижение. Конечно, мы слышим голоса и прекрасно понимаем, если команда забила гол, но увидеть эти моменты хоть краем глаза не можем. На последнем матче «Дания-Австралия» с трибун доносились крики «Россия». Мы так и не поняли, почему, но было забавно.

Болельщики каждый раз отличаются друг от друга. На первом матче между Сербией и Коста-Рикой концессии в час дня уже были забиты, а на втором австралийцы и датчане долго гуляли по фан-зонам — им были интересны конкурсы. Только за полчаса до начала люди начали покупать еду.

Мне очень нравится внешний вид стадиона. Правда, для полного восторга не хватает стеклянной крыши, которую обещали сделать, — без нее конструкция выглядит незаконченной. Когда мы приехали на обучение за несколько дней до Чемпионата, стадион все еще достраивали. Это очень странно. Думаю, стоило работать чуть быстрее, но в целом результат неплохой.

Алла Кармазина

Стюард

Когда я шла работать на стадион, о деньгах даже не думала: гораздо больше хотелось быть причастной к большому событию, чем заработать. Сначала планировала пойти на волонтера, но пропустила набор и решила использовать второй шанс попасть на Чемпионат — стать стюардом.

Объявление о наборе стюардов я заметила «Вконтакте». Главное, что я в нем увидела: это работа на стадионе, и за нее платят. Я подала заявку, ее обработали и пригласили меня на собеседование. Там сразу же выдали договор, в котором прописано, что я обязана посетить все обучение, иначе буду вынуждена заплатить штраф в 6000 рублей, а если пропущу хоть одну смену в период проведения Чемпионата, заплачу еще больше — 20 000 рублей. Это настораживало, но я уже загорелась идеей и была уверена, что смогу посетить и занятия, и матчи.

Я бесплатно получила новую мини-профессию

На собеседовании меня спросили, как я отношусь к стрессовым ситуациям, работала ли в коллективе, узнали размер одежды и проверили уровень английского. Он у меня невысокий, но элементарные вещи я объяснить могу, и этого оказалось достаточно.

Сначала мы проходили обучение по программе Российского Футбольного Союза, оно длилось два дня подряд. Нам рассказали о пожарной безопасности, первой медицинской помощи, правах и обязанностях контролера-распорядителя и болельщиков. Затем провели практику на стадионе «Металлург», где еще раз повторили все правила и показали, как обыскивать людей на гейтах.

Когда теория и практика закончились, мы прошли итоговую аттестацию. Нужно было привезти все документы, включая справку о несудимости. С последней у многих возникли сложности, потому что ее делают около 30 дней. К счастью, у меня эта справка уже была, так как раньше я работала вожатой. На аттестации нужно было пройти компьютерный тест из тридцати вопросов и ответить по билету экзаменатору. Мне попался вопрос о том, что можно и что нельзя проносить на стадион, — я знала и сдала без проблем. Были ребята, которым после неудачного ответа давали вторую попытку, но если не получалось и тогда, с ними прощались.

Всем аттестованным выдали официальное удостоверение стюарда — с ним я теперь могу работать и на других спортивных мероприятиях. Так что можно сказать, что я бесплатно получила новую мини-профессию.

Следующим этапом стало обучение по программе FIFA. Число правил увеличилось, и мы стали ориентироваться конкретно на работу на «Самара Арене».

На стадионе двенадцать часов пролетают очень быстро, так что я не чувствую особой усталости и работой очень довольна

Осталось только получить аккредитацию и можно было приступать к работе. Но на этом этапе неожиданно возникли проблемы: я меняла паспорт и меня не хотели аккредитовывать по временному удостоверению. За день до матча я все еще была без документа и очень переживала, что придется платить штраф 20 000 рублей за отсутствие на смене. Проблему помог решить старший организатор, так что главное — обращаться за помощью.

На первом матче я работала в чаше (зона с местами для зрителей и полем — прим. ред.). Перед тем, как подняться к своему месту, люди показывали мне билет и задавали вопросы — как добраться до своего ряда, где находятся туалеты и концессии, как подключить Wi-Fi. Кроме этого, я следила за порядком — болельщикам, например, нельзя стоять в проходах или вывешивать флаги. Если кто-то опаздывал, а место было занято, мы тоже решали эту проблему. Позиция оказалась удачной — краем глаза даже удалось посмотреть матч.

На втором матче я стояла около лестницы по периметру стадиона. До начала игры помогала людям найти правильный блок, а в перерывах следила, чтобы не было драк и слоняющихся без дела. Если болельщик вышел за едой или напитком в концессию — это не проблема, но вот если он просто бродит по стадиону во время матча — это выглядит подозрительно. Сначала мне казалось, что наша работа не имеет смысла, но сейчас я понимаю, что мы — большая поддержка волонтерам, правоохранительным органам и даже клининговой службе.

За смену я получаю 2400 рублей, и меня это полностью устраивает. К тому же, мы не тратимся на проезд и нас обеспечивают питанием — выдают два сухих пайка в течение дня. На стадионе двенадцать часов пролетают очень быстро, так что я не чувствую особой усталости и работой очень довольна.

На втором матче одна из болельщиц так долго плутала, что пропустила половину матча, расплакалась от обиды и просила вернуть деньги

Мне очень повезло с сектором и напарниками — мы отлично справляемся. Стюардами работают люди разных возрастов, но все находят общий язык. Самое крутое — взаимодействие с болельщиками. Мне нравится, что я могу помочь человеку и вижу его положительную реакцию. Даже если подхожу с замечанием, все очень здраво реагируют, и это приятно.

После первого матча был небольшой негатив, потому что организация хромала. Например, были запары с обедом — сухой паек выдали за двадцать минут до матча и мы не успели поесть. На втором матче эта проблема была решена, да и в целом организация улучшилась, так как первый матч выявил все недочеты.

На моей позиции пока, к счастью, не было проблем, но я знаю, что на других секторах горели мусорки, дрались люди. На первом матче с пятого на четвертый этаж упали два болельщика, а на втором девушке в глаз прилетела портативная зарядка. Еще бывают проблемы с навигацией, когда даже волонтеры не могут направить людей в правильную сторону. На втором матче одна из болельщиц так долго плутала, что пропустила половину матча, расплакалась от обиды и просила вернуть деньги.

Некоторые болельщики пытаются приставать к девочкам-стюардам или снимать на телефон. Есть девушки, которые не имеют ничего против таких знакомств, но на мой взгляд, это недопустимо, потомы что мы на работе и должны знать границы. Фотографироваться с иностранцами стюардам тоже запрещено — знаю, что кого-то даже лишили аккредитации за подобную фотосессию.

Мои ожидания от Чемпионата оправдались. На первых матчах атмосфера была нереальная, особенно на втором — «Австралия-Дания». Австралийские болельщики хлопали в ладоши, кричали речевки, в порыве эмоций разливали пиво и всячески поддерживали свою команду. Когда матч закончился, несколько австралийцев забралось на стойку для мегафонщика на фан-зоне — пришлось даже выставлять оцепление, чтобы снять их оттуда. Я была в шоке от происходящего, потому что никогда такого не видела, но ребята достаточно быстро справились с инцидентом. В целом, ничего страшного не произошло: люди просто потанцевали, побесились после матча и разошлись. Главное, никто не пострадал, но впечатления были ошеломительные.

Я нейтрально отношусь к футболу, но такое крупное событие пропустить не могу, поэтому болею за нашу сборную, хоть это и безнадежно. Мне кажется, во время Чемпионата невозможно быть в стороне. Я за позитивные эмоции и рада, что народ сближается хотя бы в такие дни. Матч «Россия-Египет» я смотрела на площади, а потом добиралась домой на трамвае. Пока ехали, люди пели песни, помогали друг другу, поддерживали. Я давно не видела такого единения.