1009

Личный опыт: я спасаю деревянные дома

Текст: Любовь Саранина Фото: Вероника Геращенко

История зодчего Сергея Пимахина — пример типичного дауншифтинга: сегодня все больше людей уходит из офиса не ради серфинга на островах, а ради работы столяром или кузнецом. Сергей бросил кресло руководителя и начал делать деревянные наличники. Сегодня он реинкарнирует орнаменты на столетних избах в рамках «Том Сойер Феста» и декорирует фасады новых коттеджей. При поддержке проекта «Мастера России» мы поговорили с ним о том, реально ли заработать на резьбе и кому вообще сегодня нужны резные наличники, сколько денег придется потратить на открытие собственного дела, а главное — можно ли спасти старый фонд в центре города, за который бьется пол-Самары, или «гнилушки» объективно отжили свое.

Старт на 58 тысяч и первые заказы

К столярке я пришел достаточно поздно — восемь лет назад. До этого сидел в офисе, занимался руководящей работой в сельском хозяйстве и промышленности. В определенный момент передо мной встал вопрос из разряда «Ради чего ты живешь?»: ну, сидишь за компьютером, а что останется после тебя — след на мониторе или на стуле? В общем, мне захотелось делать что-то такое, на что мои внуки смогут показывать пальцем и говорить: «Это сделал дед». Со столяркой я был знаком на базе школьного курса, а дальше — стал заниматься самообразованием. Я считаю, что одно «высшее» дает возможность развиваться в любой другой сфере: я, например, авиационный инженер по специальности, а первые самолеты тоже делали из фанеры.

Мне с детства нравилась домовая резьба, и я решил делать наличники — было жалко, что они исчезают, и захотелось хоть что-то сохранить. Знакомые говорили: «Никто не будет их покупать», — но я считаю, что это наши корни, наше самосознание, которое сейчас неизбежно возвращается. Эта волна патриотизма несет за собой желание привнести в свою жизнь национальные особенности. Малое коттеджное строительство в Самаре идет давно, деревянных домов здесь много, а ведь дом — это лицо хозяина. Не зря раньше каждый украшал его, как мог, — так можно было показать характер и возможности владельца. Сейчас то же самое: люди хотят украсить свой дом или коттедж.

Я пошел в службу занятости: там можно было получить деньги на открытие своего дела. Мне дали 58 тысяч рублей — по тем временам неплохие деньги. Этого хватило на самое начало: я купил один универсальный станок, первый электроинструмент и начал организовывать производство.

Конечно, у меня были сомнения: хоть я и человек «с руками», но постоянно работать ими — это другая история. Правда, я изначально выбрал себе именно такое направление, где нужно в том числе работать головой: я не делаю огромных погонажей, а создаю уникальные вещи, поэтому и не утомляюсь так, как если бы делал ремонт квартир.

Я начинал в гараже — с него стартует любой крупный бизнес. Я сразу сказал себе, что не буду ничего арендовать: у меня просто нет таких возможностей. После гаража я сделал пристрой к дому и начал работать в нем, а через три года появилась возможность создать отдельную мастерскую — и я отстроил ее на собственном участке. Только сейчас я начинаю набирать команду — чувствую, что один уже не успеваю.

Свои первые работы я размещал на бесплатных досках объявлений, и в течение трех месяцев ко мне пришел первый большой заказ. Следом за ним был второй звонок, третий — при этом каждый жаловался, что в городе мало кто занимается подобным ремеслом. Так я начал нарабатывать клиентскую базу, со временем стали появляться постоянные заказчики — например, есть кафе, для которого я постоянно придумываю новый декор. Число клиентов растет, без работы я сейчас практически не сижу.

Семья отреагировала на мое решение уйти в столярку с пониманием. Каждый человек должен реализовать себя. Если он ходит на работу, как на каторгу, ничего хорошего из этого не выйдет, сколько бы он ни зарабатывал. Если же вы работаете в удовольствие, стараетесь стать в своей области специалистом экстра-класса, у вас все будет — в том числе и деньги. Конечно, иногда родные не очень приветствуют мою работу, им хочется позволить себе больше, съездить куда-то. Но тут получается так: или я сейчас останусь в рынке, расширю свои возможности, докуплю оборудование, или мы эти деньги прокатаем. И я выбираю первое.

Спрос на наличники

Стоимость заказа зависит от сложности узора и количества окон. Одно в среднем стоит от 10 тысяч и выше, а весь дом может выйти и 300, и 500 тысяч — в зависимости от того, что захочет заказчик: можно изготовить одни наличники, а можно — резные колонны, подзоры и пилястры вдобавок.

Все мои заказы непростые. Иногда, к примеру, я берусь за задачи, которые не знаю, как решить. Начинаю искать варианты, смотрю, как это делают другие и прилагаю к этому свои возможности. К примеру, раньше я, в основном, работал лобзиком, фрезером, ручным электроинструментом, и тут меня появился заказ на глухую резьбу. Раньше я не работал со стамесками, но взялся за эту работу и справился.

Я часто фотографирую наличники, которые сохранились в старой Самаре. У нас очень большая «база»: есть еще на что посмотреть и чем вдохновиться. Интернет дает возможность изучить опыт других городов, особенно, когда нет времени туда выбраться — да и не всегда стоит ехать куда-то ради одного наличника.

Клиенты бывают разные. Один, например, захотел резьбу, которую делал его дед для одного из местных домов. Мы посмотрели на нее и сделали наличник, как у его деда. Кто-то хочет декор «поспокойнее», кто-то — «поинтереснее» — все, опять же, зависит от человека, его возможностей и характера дома: не на каждый можно налепить кружева. Здание диктует стиль — где-то модерн, где-то русский, — из которого выходить нельзя.

Разумеется, я не один такой. Многие могут сделать что-то подобное, но не многие из них на слуху и на виду, а кто-то ставит другие приоритеты. Когда я только начинал и встречался со столярами, некоторые говорили: «Да, мы делали наличник, но это очень затратное и невыгодное дело. А лестницу сделал — сразу заработал: шлепаю эти лестницы и не заморачиваюсь».

Работа у меня действительно сложная — это не кухонный гарнитур, где переставил три тумбочки, и на этом все сошлось. Орнамент же нужно сначала придумать, нарисовать, сделать и согласовать с клиентом — некоторые выверяют все до завитка. Впрочем, пару раз мне поступали заказы на те же лестницы. Отказывать не хотелось, а заодно можно было попробовать себя в этом. Я не зацикливаюсь только на наличниках — наоборот, недавно начал давать мастер-классы в разных районах города, учить делать скамейки, ограждения с элементами домовой резьбы. Еще можно сделать такие шкатулки, например.

Новые идеи для столярного бизнеса

У меня не возникало мысли вернуться в офис: если уж выбрал — пойду до конца. А там посмотрим, что получится. Конечно, у всех бывают финансово тяжелые периоды: лето может просесть, а по осени или в зиму — когда не хочется работать на улице — заказов полно, приходится постоянно что-то вешать. При этом не было такого, чтобы я совсем голодал. Нужно спокойно относиться к тому, что завтра у тебя может наступить перерыв. Для меня это возможность остановится, навести порядок в мастерской, приобрести новое оборудование, которое расширит мои возможности. Заказ все равно придет, и если я буду к нему готов, сделаю его еще быстрее.

В любом случае я не сижу и не жду, когда он появится, а продумываю другие возможные варианты заработка. Например, делаю мастер-классы — это и людям полезно, и для меня продвижение. Проводил занятия для детей, на которых они учились лобзиком вырезать элементарные вещи. Недавно автоцентр Hyundai презентовал новую модель и пригласил меня организовать мастер-класс. Мы с детьми сделали 12 машинок, все были в восторге. Подобные занятия стоят порядка 500 рублей. Также есть «уроки» для взрослых — на одном из таких мы собирали складные табуреты. Стоило это 2000 рублей, зато каждый ушел со своим предметом мебели.

У меня есть и другие задумки по развитию. К примеру, можно организовать открытую мастерскую, куда кто угодно мог бы прийти и сделать что-то руками — на хорошем оборудовании и за разумные деньги.

К тому же, если уж я начал заниматься резьбой со стамесками, нужно углубить этот процесс и делать более интересные вещи. Плюс, техника идет вперед, и надо брать станок с ЧПУ — опять же, чтобы работать качественнее.

Я не хочу создавать огромное производство. Вместе с ним возникает куча проблем, начиная от транспорта: на своем участке я почти с самого утра на рабочем месте, а любое другое место — даже в черте города — это уже полчаса, которые я потеряю. Кроме того, я заточен на единичные вещи, которые просто бессмысленно тиражировать. Я не считаю, что кому-то нужен целый коттеджный поселок с одинаковыми наличниками.

Спасение деревянной Самары

Три года назад на меня вышли организаторы «Том Сойер Феста». Я показал им свое портфолио, и мы вместе «сделали» дом на Льва Толстого, 34. Хотя основание наличников там было в более или менее нормальном состоянии, некоторые узоры на них были утеряны — некоторые даже начали рассыпаться, и у нас были сомнения в их жизнеспособности. Три наличника мы полностью создали заново: сняли все размеры и по ним сделали копии «один в один», а также восстановили крыльцо, которое было почти утрачено.

В фестивале я участвую каждый год. В этом, например, мы обновляли фасад на Чапаевской, 139: делали наличники, восстанавливали багет с фризом.

Дома в Самаре не реставрировались давным-давно, ими как минимум с советских времен никто не занимался. Минувший год стал первым, когда их начали массово красить — и то из-за чемпионата. Зачастую же они стоят неухоженными по многу лет, и несмотря на это, их узоры сохраняются. Но ведь если разобраться, в них и заключена туристическая привлекательность Самары: кроме этих наличников, людям в нашем городе ничего не интересно.

В них слились традиционная русская резьба, мордовская, чувашская, татарская — сколько национальностей здесь живут, столько и вариантов орнаментов на домах. В Сибири, к примеру, тяжелая резьба, на «Золотом кольце» более простая, а у нас — витиеватая и в то же время без перебора. В ней нет ничего лишнего, она воздушная, выглядит, как фата. Смотришь на некоторые наличники, и налюбоваться не можешь — и нигде такое не повторяется. К примеру, есть два дома на Самарской/Красноармейской — их резьба уникальна. Я периодически хожу возле них и надеюсь, что их реставрируют.

Сохранить старый фонд возможно. Но начнем с того, как должен выглядеть наш город. В тех «человейниках», которые сейчас понастроили, некомфортно жить, тяжело даже заехать на обед — парковаться будешь дольше, чем есть. Гораздо приятнее обитать в небольшом доме, когда у жильцов есть свой двор, где могут играть дети. Это даже не частная территория, но всегда найдется кто-то, кто посадит цветы, подкрасит забор. Эти дворы куда больше приспособлены для жизни. Я не вижу необходимости в высотных домах в принципе.

Если мы хотим, чтобы тут были одни многоэтажки, это будет уже не Самара, а какой-то безликий город. Застройте весь старый центр — и смотреть будет нечего. Вот к примеру, есть у вас старое фото прадедушки. Оно старое, пожелтело и зернится, но вы все равно его храните. Во-первых, это память, во-вторых, — история. И отказываться от этого бессмысленно. Можно отстроить за Полевой целый город высоток, но это будет другой город.

Нельзя говорить, что все старые дома в Самаре негодные — надо смотреть на каждый из них. Если наличники на некоторых висят некрашеные уже лет 50 и еще не осыпались, то сруб из толстого дерева и вовсе может выжить. Посмотрите на церкви в Сибири: они стоят много лет, их ремонтируют, заменяя гнилые бревна в нижних венцах на новые. У нас тоже можно так сделать, нет необходимости рушить все. Конечно, подход должен быть разумным: в некоторых домах нет канализации, и это тоже неправильно — жить в современной городской среде и ходить в туалет на улицу. Нужно продумывать решения подобных вопросов, но лицевую часть домов необходимо сохранять. В Европе часто поступают именно так: если нет возможности сберечь здание в первоначальном виде, заменяют все внутри, оставляя наружную стенку.

Если не считать вредителей, древесина разрушается только под воздействием влаги — если бросить ее на землю и залить водой. Но если дом стоит закрытый от влаги и солнца, то с ним практически ничего не будет. Самарские дома могут простоять еще не одну сотню лет. Главное — бережный уход и само желание их сохранить.

Образовательная платформа «Мастера России» открывает запись на курс «Как открыть свою мебельную мастерскую?», слушатели которого узнают, как выбрать помещение, собрать команду и организовать работу цеха.

Записаться можно по ссылке