1208

Личный опыт: я делаю украшения из сломанных скейтбордов

Текст: Любовь Саранина Фото: Артем Голяков

Саша Джеймс работает релиз-инженером в корпорации Netcracker, играет в местной стоунер-команде Crucifuzz, а еще с 11 лет катается на скейте. Полгода назад все это вылилось в новый стартап: он организовал мастерскую «Эстетика сломанных скейтбордов», где делает из поврежденных досок кольца, серьги, светильники, а с недавних пор еще и реставрирует старую мебель. При поддержке проекта «Мастера России» мы поговорили с Джеймсом о том, почему айтишник решил стать столяром, что за бижутерия получается из лома и зачем скейтерам сохранять память о родных досках.

От гитар — к сережкам

Пару лет назад я увидел в интернете гитару, сделанную из скейтбордов: нашел в Калифорнии чувака, который делает крутые инструменты Prisma Guitars и подумал: «А чем я хуже?». Набрал у друзей сломанных досок, но вскоре понял, что еще слишком плохо разбираюсь в работе с деревом, мне не хватает кучи инструментов — как минимум, гидравлического пресса, но тем не менее, я могу переключиться на менее масштабные проекты.

Помещение по соседству с музыкальной студией пустовало. Всякий раз после репетиций я заходил туда и думал: «Классно было бы сделать здесь мастерскую», — а в феврале этого года понял, что пора — чего ждать? Арендовал это помещение, натаскал поддонов, принес из дома инструменты, которые у меня были, что-то докупил. Большая часть оборудования тоже уже была куплена и стояла у меня в квартире: я все время делал что-то по мелочи — сверлил, шлифовал, помогал друзьям. Так что для старта мне понадобилось не больше 10 000 рублей. Они ушли на месяц аренды, расходники и новую шлифмашинку. В общем, уже в конце марта я запустил проект: создал группу вконтакте и снял приветственный ролик, где все о себе рассказал.

Конечно, я по-прежнему хотел делать гитары, но понимал, что все всегда развивается от простого к сложному. Вскоре появились первые кольца, сережки, дальше начались эксперименты с формами, работа с эпоксидной смолой. При этом приходилось убивать кучу времени и сил на каждый маленький шажок — ведь в нашем деле нет никаких учителей. По итогу я запарывал процентов семьдесят: из семи-восьми колец получалось одно. Да, можно учиться в интернете, но еще больше времени можно потратить на поиск адекватной информации.

Сейчас если я и запарываю что-то, то только если сам материал располагает к косякам — например, везде трещины и заготовка в любой момент может разлететься. Потихоньку я научился обходить и такие моменты — допустим, могу сошлифовать проблемную часть и сделать кольцо потоньше. Я стараюсь бороться за каждый маленький кусочек.

Увековечивание подвигов

В ход идут вообще любые скейты, и чем они ушатанней, тем интереснее все получается: убитые доски можно залить эпоксидкой, и это выглядит очень круто.

Хорошие скейтборды делают из канадского клена: он износостойкий и при этом гибкий — а это два главных требования к скейту. Но есть доски из сетевых спортивных магазинов — с них все начинали. Они супердешевые и сделаны из фанеры, как те же самые поддоны, а для склейки слоев используют безумно вредные формальдегидные смолы. Если поработать с ними полгода-год, можно и откинуться, а в лучшем случае увидеть на своей флюорографии красивое дерево.

К тому моменту, как я действительно стал работать, у меня осталось всего шесть-восемь досок — остальное ушло, пока я учился и экспериментировал.

А достать сломанные скейтборды в Самаре не так-то просто. Во-первых, у нас есть сразу две мастерские, которые занимаются их переработкой, — моя и Revived Skateboards. Мы очень хорошие друзья, и делим «сырье» пополам. Но учитывая, что в городе в принципе катается не очень много народа, то и досок получается немного. Да, после строительства бетонного парка ситуация улучшилась процентов на сорок, но проблема в том, что при этом в Самаре остался всего один скейтшоп. Нас спасают поставки из Москвы: недавно ко мне присоединился мой бывший одноклассник, который налаживает продажи и поставки сломанных скейтов оттуда. В столице катается намного больше людей, причем и зимой, и летом, потому что есть крытые парки.

А вот с переработкой у нас все в порядке: да, мы не можем уследить за каждым, но, думаю, почти все в Самаре, что ломается и не выбрасывается, приходит к нам. Это же сохранение истории: каждая доска запечатлевает что-то свое во всех этих потертостях и сколах. Именно поэтому в некоторых изделиях я тоже стараюсь их сохранить. Многие приходят и говорят: «Я хочу кольцо именно из моей доски, потому что на ней я сделал кикфлип с 12 ступеней». Для меня это важно, и я все больше кайфую с таких телег.

Дело не для навара

Все продвижение, как и на начальном этапе, идет через вконтакте. Мне советуют заниматься инстаграмом, но я терпеть его не могу.

На старте все, как всегда, расходилось по знакомым. Я показывал им, какие вещи начал делать, а они говорили, что из этого хотят приобрести себе. Мой постоянный покупатель — жена нашего гитариста. Потом я сгонял на ярмарку в «Мегу» и понял, что все это интересно не только моим друзьям, которые так или иначе связаны со скейтбордингом, но и другим людям.

Самое главное здесь — показать изделия вживую, дать их человеку в руки. Из таких соображений стенд с моими украшениями появился в веломастерской. Но их не особо разбирали — все-таки люди приходят туда просто починить велосипед и уйти. И все же я сделал выводы: понял, к примеру, что нужно делать подсветку для стенда и придумывать, что будет привлекать к нему внимание. Сейчас я создаю новую коллекцию, которую хочу выставить в магазине «Разные вещи» в Самаре и в скейтшопе в Москве.

Конечно, куча людей из комьюнити в принципе не знает о нашем существовании. Скейтеров много, а денег на рекламу — мало. К тому же, когда ты делаешь таргетинг, ты рассчитываешь его не на скейтеров: скейтерам сережки не нужны. Но, так или иначе, через друзей и их знакомых все потихоньку движется и распространяется.

Зарабатывать на таком производстве вполне реально. Для этого просто нужно много работать — но не столько в мастерской, сколько в продажах. А вот с этим у меня всегда было сложно: когда-то я пробовал продавать пластинки, но навар — не мое.

Октябрь 2018-го — самый крутой для меня. Прошлым летом я участвовал в проекте «Ночи над Волгой», рассказывал о своей мастерской, а сейчас ребята возвращаются в Самару с выставкой промышленного туризма и попросили меня изготовить подарки для гостей — двадцать светильников с логотипом. Это мой первый большой заказ, и вместе с ним за месяц я получил 35 тысяч. В основном же я выхожу в ноль.

Мне интересно работать с деревом, а не продавать, поэтому сейчас мы четко расставили приоритеты: Паша будет заниматься распространением, а я производством. Иначе все очень скоро закончится, потому что я перегорю. Раньше я каждый понедельник выставлял на продажу новые изделия, но по этой причине ушел от регулярных дропов — и в определенный момент словил ужасную апатию: дело, которое спасало меня от рутины, превратилось в рутину. Поэтому сейчас я меньше всего заморачиваюсь над тем, чтобы отбиваться.

Волжские часы и музыкальный мерч

Пока я стараюсь не строить далекие планы. Конечно, если меня уволят, то это дело сразу станет основным, но пока меня радует основная работа. Дальше по приоритету идет музыка — без нее вообще жить невозможно. Но все оставшееся после этого время я трачу на мастерскую.

Сегодня я по-прежнему создаю трубки, светильники, брелоки, открывашки. В подарок другу на день рождения смастерил фигурки в виде башмачков, а скоро буду делать для знакомого большого геральдического орла на стол. Еще задумал настенные часы на тему Самары и Волги. Кроме того, недавно я занялся реставрацией мебели: наш гитарист принес от своей мамы старые советские стулья и попросил сделать их не старыми и не советскими.

Также планирую произвести небольшую партию мерча для своей группы. Скоро мы поедем с презентацией альбома по городам, и так как мы играем стоунер-музыку, мне хочется сделать фирменные трубки, значки, медиаторы с гравировкой. Последние у нас уже есть, я сам на них играю дома, но пока непонятно, что произойдет с ними на концертах — там слишком влажно.

Скоро я буду запускать еще один стартап — на этот раз с гитарными педалями эффектов. Я больше десяти лет покупаю и продают педали, люблю экспериментировать со звуком, но в определенный момент столкнулся с тем, что вещи, которая мне нужна, нет на рынке: все неудобное и, как по мне, неправильное с точки зрения дизайна. Сейчас я собираю прототипы и готовлюсь запускать маленькие партии.

Мне нравится показывать новое, продвигать скилл и убеждать себя в том, что я могу сделать больше, — так в течение пары лет и гитара будет какая-никакая.

Образовательная площадка «Мастера России» запустила бесплатные онлайн-курсы, которые помогут разобраться, как открыть собственный бизнес. Записаться можно по ссылке.