319

Городские легенды: Ночная Тварь

Текст: Андрей Олех

Молодой журналист и писатель Андрей Олех выпустил в онлайн-журнале «Самиздат» мрачный и захватывающий роман о самарском районе Безымянка — «Безымянлаг». Для «Большой деревни» Андрей написал материал об одном из самых громких и молниеносных расследований куйбышевской милиции — деле маньяка, которого прозвали Ночной Тварью. Женщины и дети боялись выйти из дома и открывать дверь политагитаторам, мужчины спали с топором в руках. Мини-триллером мы открываем новый цикл «Городские легенды». Чтобы было не так страшно, автор проиллюстрировали материал открытками Куйбышева 1970 года — именно в то время и разворачивались описываемые им события.

 

На окраинах Самары, параллельно Зубчаниновскому шоссе проходит улица Литвинова. Большинство самарцев там никогда не были, но скорее всего видели из окна электрички по дороге в Тольятти. После станции Пятилетка начинается череда гаражей, а за ними стоят невысокие потрепанные двухэтажки.

В конце 1960-х там живут рабочие многочисленных заводов, гаражей еще нет, а многие дома остались им еще от Безымянлага.

Конец апреля 1969 года. Снег к этому времени уже почти сошел, асфальт, там, где он есть, уже виден, и можно проехать по улице на велосипеде. Но ночи еще бывают холодными.

В такую ночь с 27 на 28 апреля 1969 года в бараке-общежитии на улице Литвинова, 310, вспыхивает пожар. От огня пострадали несколько комнат. В одной из них находят мертвую семью их трех человек. Хозяин квартиры Степан Зоткин скончался от одиннадцати ударов кирпичом по голове, его пятилетний сын Леонид — после пяти. Мария Зоткина также убита и после смерти изнасилована. Из квартиры пропали деньги.

Самарская площадь. Источник фото: visualhistory.livejournal.com

Никаких официальных объявлений не последовало, убийца не найден. Проходит ровно год. Апрель 1970-го должен стать хорошим месяцем по замыслу властей. В СССР празднуется 100 лет со дня рождения Ленина. К празднику в соседнем Тольятти 20 апреля торжественно выпущены первые «Жигули», всего шесть штук. В том же году с конвейера сходит первая продукция шоколадной фабрики «Россия». В области, как и по всей стране, в связи с дефицитом говядины построены Жигулевская, Обшаровская и Подбельская птицефабрики. В магазинах появляются курицы за 2 рубля 75 копеек.

В ночь с 29 на 30 апреля 1970 года в квартиру дома № 167 на улице Аэрофлотской, в двух километрах от места прошлогоднего преступления, взломав отверткой дверь, проникает обнаженный мужчина. Он бьет топором спящую хозяйку Екатерину Куцевалову, а затем проламывает обухом череп ее дочери Ольге. Женщина начинает кричать, и неизвестный выбегает на улицу. Обе пострадавшие выживают.

Чуть больше чем через неделю, в ночь с 8 на 9 мая 1970 года в частном доме № 40 на улице Чекистов в Зубчаниновке топором убивают семидесятилетнюю хозяйку Прасковью Салову и ее тридцатилетнюю квартирантку Нину Васильеву. Пожилая женщина изнасилована.

В городе начинается паника. Отсутствие официальной информации вселяет еще больше страха. Количество мертвых женщин и детей растет от слуха к слуху. Отцы семейств кладут рядом с кроватью топоры, молотки и ножи, чтобы в случае чего держать оборону. Люди, живущие на Безымянке в малоэтажных домах, а таких большинство, вслушиваются в ночные шорохи, шаги случайных прохожих по тихим улицам окраин.

Дворец культуры имени С.М. Кирова. Источник фото: visualhistory.livejournal.com

Непростую ситуацию для властей осложняет тот факт, что в стране 14 июня 1970 года должны состояться выборы в Верховный Совет СССР. Никто не хочет пускать в дом агитаторов, люди заявляют, что не пойдут голосовать, пока убийца не будет найден.

22 мая создается следственная бригада. Ее возглавил присланный из Москвы начальник главного управления уголовного розыска Министерства внутренних дел СССР Игорь Карпец. На улицах Куйбышева постоянно дежурят милицейские патрули и дружинники. На одном из мест преступления найден ключ с клеймом Харьковского велосипедного завода, и есть приказ особенно пристально следить за велосипедистами.

Несмотря на это за десять дней до выборов, в ночь с 4 на 5 июня 1970 года, в доме № 26 на Подгорной улице топором убивают семью из четырех человек. Подчерк тот же, отец и двое детей зарублены, женщина убита и изнасилована. Маньяк поджигает дом и скрывается. География убийцы изменилась, он ушел с окраин и подбирается к историческому центру.

Развязка наступает спустя три дня. В 4 часа утра 8 июня дружинники замечают мужчину на велосипеде, выезжающего из переулка на Аэропортовском шоссе. Как раз в том районе, где были совершены первые убийства. Неизвестный не останавливается на окрики, и начинается погоня.

Мужчина бросает свой велосипед «Украина» и забегает во двор одного из частных домов на улице Литвинова. Дружинники продолжают поиски, в сопровождении разбуженных жильцов. Кто-то из них догадывается проверить дворовый туалет и получает удар в лицо, а затем кирпичом в голову. Прятавшийся в сортире мужчина бежит к железной дороге и сходу запрыгивает на проходящий мимо поезд, зацепившись за лесенку цистерны с мазутом.

После этого он соскакивает с поезда, перелезает через трехметровый забор и оказывается на территории завода «Прогресс». На режимном предприятии срабатывает сигнализация, и нарушителя мгновенно задерживают сотрудники охраны завода, а затем доставляют в милицию.

 

Площадь сельского хозяйства. Источник фото: visualhistory.livejournal.com

Отпечатки пальцев и группа крови пойманного совпадают с оставленными на местах преступлений. Позже в его квартире находят похищенные у убитых вещи. Мужчина во всем признается. Убийца пойман за шесть дней до выборов. Сотрудник милиции, арестовавший маньяка, пошел на повышение через два звания — со старшего лейтенанта до майора.

Имя человека, державшего окраины в ужасе, — Борис Серебряков. На момент задержания ему двадцать восемь лет, он родился 18 августа 1941 года в Чечено-Ингушской АССР, в городе Малгобек. В январе 1967 года, демобилизовавшись из армии, переехал в Куйбышев к своей сестре. Был рабочим на Куйбышевском кабельном заводе. Как говорится в источниках, Серебряков многократно попадал в поле зрения милиции за нанесение телесных повреждений, кражи, поджоги, изнасилования, однако доказать его причастность не удавалось.

Так, например, 4 сентября 1967 года Серебряков попытался изнасиловать женщину — диспетчера в одном из куйбышевских трамвайных депо. Он ворвался в комнату дежурной в плавках и с ножом в руке. Женщина получила ножевые ранения в шею и руку, а Серебряков, испугавшись сопротивления, бежал.

Судебно-психиатрическая экспертиза установила, что Серебряков психическими заболеваниями не страдает. Во время следствия убийца не отрицает ни одного пункта предъявленного ему обвинения. В сентябре 1970 года все собранные следствием материалы поступают в суд.

Процесс вызывает огромный интерес у жителей Куйбышева. На суде присутствует более двухсот человек. Здание окружено милицейскими патрулями и сотнями горожан, ожидающих решения. По словам очевидцев, обвиняемый на суде вел себя очень спокойно.

Судебный процесс по делу Бориса Серебрякова завершился 16 сентября 1970 года. Подсудимый был приговорен к расстрелу. Во время оглашения в зале суда раздались аплодисменты, а сам Серебряков сказал: «Я еще вернусь». В дальнейшем все его прошения о помиловании были отклонены.

В 1971 году смертный приговор в отношении Бориса Ефимовича Серебрякова был приведен в исполнение в Сызранской тюрьме. По советской традиции, расстрел официально не озвучивался, родственникам пострадавших о нем также не сообщалось.