74

«Все хотят объединиться в семью. Но никто не хочет в коммуналку»

6 февраля на мероприятиях, приуроченных к празднованию Дня науки, губернатор области Николай Меркушкин заявил о возможном объединении трех самарских вузов — технического, государственного и аэрокосмического университетов. Заявление это повлекло массу споров и обсуждений. В СамГТУ 13 февраля на конференции научно-педагогических кадров и других категорий сотрудников и студентов вне повестки научное сообщество подняло этот вопрос по инициативе одного из участников. Организовали тайное голосование. 123 человека проголосовали против объединения вузов, четверо — за, пятеро воздержались. Одиннадцать бюллетеней были испорчены.

Кроме того, научное сообщество призвало ректора вуза Дмитрия Быкова прокомментировать ситуацию. Мы представляем вам речь ректора — без интерпретаций и сокращений.

 

Дмитрий Быков, доктор технических наук, профессор, ректор СамГТУ:

«Мнения в основном такие, что инициатива эта — преждевременна».

Речь идет о трех университетах.

И мнения людей разные. Дело в том, что это очень серьезный вопрос, затрагивающий сотни тысяч людей. Это и студенты, и преподаватели, и их семьи. Это огромная масса людей.

Николай Иванович (губернатор Меркушкин — прим.ред.) высказал эту мысль публично 6 числа, на дне науки. С этого момента идет, я бы так сказал, всенародное обсуждение в городе этой инициативы. И многие люди высказывают разные мнения.

Мнения в основном такие, что инициатива эта преждевременна. На самом деле, сделать какие-то шаги для совместной работы народ не возражает.

Вопрос в том, что надо найти те формы сотрудничества и те формы интеллектуального объединения, которые могли бы действительно быть шагом вперед, а не шагом назад.

У нас уже сейчас и со СГАУ, и с госуниверситетом складывается определенная интеллектуальная работа, совместная.

Мы с Евгением Владимировичем Шахматовым (ректор СГАУ — прим.ред.) подписали совместные приказы, у нас созданы научные группы, которые работают совместно. Мы включились в программу развития аэрокосмического университета. Это прошло как-то нормально.

Но объединиться в одно юридическое лицо …

Сегодня у нас была конференция трудового коллектива — мы выбирали ученый совет, и вопрос об объединении университетов просто встал сам собой, потому что меня все ловят в коридорах и говорят: «А что происходит?»

Естественно, люди задают вопросы: «А что будет с нами?», студенты спрашивают: «А что нам это даст?».

Все эти вопросы логичны.

Я им объясняю, что надо укрупняться. Университеты встают на более твердые позиции, когда они большие. Это мировая тенденция. С этим никто и не спорит.

Но вопрос формы и времени — когда этот процесс начать и когда его закончить. И этот вопрос самый важный.

Мы вкладываем огромные деньги в будущее нашего университета. И всех волнует, какое это будущее.

Мы знаем, какая сейчас политическая обстановка, и я думаю, что во время кризиса нужно делать шаги, которые приводят к каким-то позитивным вещам.

Сами по себе университеты — это огромные системы. Это люди, это собственность, это оборудование. Это работа со сложной системой. Поверьте, не просто управлять университетом, таким как наш. У нас 152 объекта собственности, более 18 тысяч студентов, преподавателей около 3 тысяч, сотрудники и филиалы. И все это работает как один организм.

Система должна обладать свойствами такими, какими не обладают ее элементы.

То есть нам надо понимать, в чем синергизм.

И если будет такая программа объединения университетов и слияния, из которой действительно будет ясно, что будет получен некий синергетический эффект…

Здесь очень государственные умные люди работают в университете. Людей волнует, что у нас университет благополучный.

Почему я говорю государственные люди? Потому что мы расходы университета утверждаем на ученом совете, куда нам направить средства те, которые мы зарабатываем.

И мы вкладываем огромные деньги в будущее университета.

Вы знаете, что мы в прошлом году построили новое общежитие. Все говорят: вот хорошо, получили деньги из федерального бюджета. Но за кадром остается, что 63 миллиона рублей вложено наших денег. Это деньги, которые я мог выплатить преподавателям в зарплату. Я это знаю, и они это знают. Но они сознательно шли на это, отдавая свои кровные деньги на развитие университета».

Николай Иванович дал поручение — открыть филиал под нефтехимический кластер. Выделил громадные деньги — никто никогда не помогал так нашему университету, как Николай Иванович, — 132 миллиона рублей. Да, но 44 миллиона рублей — наши. Это деньги, которые люди могли получить.

А есть люди, которые предпенсионные. Они знают то, что они вкладывают, и уже не они получат, получат следующие поколения. Понимаете, нам (вузу — приме. ред.) 100 лет.

И они спрашивают: «А как профилакторий, а как он останется или нет? А он там как дальше будет развиваться? А наши дети бесплатно поедут отдыхать?» У нас же есть социальные программы. Дети сотрудников определенного возраста едут в детский заезд, пока идет сессия. И это все за счет университета. В других университетах социальные программы, к сожалению, намного слабее.

Студенты ездят на всякие лиги-КВНы. Все это за счет университета. Они радуются этому.

Спрашивают: «А мы будем участвовать?». Да, конечно, будем! Министерство финансирует многое, что касается не только учебы, но и студенческой жизни, досуга — студентам без этого нельзя.

И поверьте, мы огромные деньги на них тратим, и это мы делаем сознательно. Потому что надо вкладывать в будущее.

И, конечно, всех волнует, какое это будущее будет. Вот когда будет понимание этого вопроса, я думаю, что тогда начнется конструктивный диалог. И я думаю, что ему есть место в этом процессе.

Плюсы и минусы видят все. Они очевидны. Что о них говорить?

Ситуация очевидна. Я хочу сказать, что после 6 числа, когда все это было озвучено, я уже почувствовал то, что люди беспокоятся. Они стали хуже работать. А ведь еще ничего не было.

Еще идет только обсуждение, но все уже беспокоятся. Но это правильно.

Я приводил такой простой пример — когда семья переезжает в новую квартиру. Тысячу раз подумаешь, а близко она к метро, а есть ли там транспорт, а есть ли там школа для ребенка? А далеко ли там магазин? А рядом ли там дорога? Будут ли от нее выбросы или нет? А шум? А какой у нас подъезд будет? Чистый или грязный? Кто соседи?

Понимаете — много факторов.

А тут десятки тысяч людей должны переехать под одну крышу. И все хотят объединиться в семью. Но никто не хочет в коммуналку.

Как это произойдет, хватит ли у нас выдержки, политической воли и понимания того, как это будет, для того чтобы объединиться под флагом такого большого университета, готовы ли люди интеллектуально и морально к этому?

Можно что-то сделать административным путем, но в университете такие люди — если они не проникнутся идеей…

Профессор приходит, ты ему говоришь: «А хорошо бы вам аспирантов больше набрать». Он говорит: «Да, Дмитрий Евгеньевич, да». Но если только он не захочет, он ничего делать не будет. И ничего с этим профессором не сделаешь. Будешь давить — он заявление напишет и уйдет. А люди это высокоинтеллектуальные.

Чтобы в доктора наук вырасти и стать профессором, надо книги написать, учить студентов и так далее. Это не простой, очень непростой процесс, и мы такими людьми не бросаемся.

Поэтому уговариваешь личным примером: вот я-то делаю, хотя я тоже занят, но я-то делаю. Несмотря на то что ректорское место занимаю, у меня один аспирант, но есть, и статьи выходят, и все другое. Это очень важно. Важен человеческий фактор.

Как ни прискорбно, и как мы не критикуем, но кадры решают все. Люди — это главное. И, конечно, — наши студенты.

Мы ради них здесь.

Сейчас на дневном отделении учится около 9 тысяч студентов и столько же на заочном. Но сколько точно — сказать нельзя. Пока мы с вами разговариваем, кого-то нового приняли, а кого-то отчислили (смеется). Это как река — течение все время движется.