1180

Укротитель подземных червей: один день с руководителем ПТС

Текст: Анастасия Левкович Иллюстрации: Мария Самойлова

Тарифы за теплоснабжение растут, подземные черви сгрызают асфальт с дорог, горячую воду отключают, а на только что отремонтированной дороге снова разрыт котлован — проблемы, с которыми хотя бы однажды сталкивался каждый самарец и в душе, конечно, проклинал работников предприятий тепловых сетей. Журналистка «Большой деревни» провела один день с директором Предприятия тепловых сетей Александром Дятловым, отвечающим в «Т Плюс» за тепловые сети, и своими глазами увидела, каково решать коммунальные проблемы города, когда тебя многие ненавидят.

«РАБОТАТЬ здесь»

День директора предприятия тепловых сетей начинается в 6-30. Чтобы приехать к началу, встаю в половине пятого — не самое простое испытание: ощущение, будто вообще не спала. Перед дверью с именной табличкой «Дятлов А. И.» останавливаюсь и пытаюсь наконец проснуться. Выходит так себе, но ждать времени больше нет. Захожу.

6-45 утра: утренняя летучка по смете

Перед кабинетом начальника большая приемная с мягким диваном и телевизором. За большим полукруглым столом место секретаря, которого пока нет на месте. Из кабинета уже слышен громкий, бодрый голос главного укротителя поземных червей, который выясняет по телефону, не было ли ночью аварий. За лакированным столом сидит неожиданно молодой мужчина в голубой рубашке без пиджака — на улице все еще лето. Прямо перед ним табличка «РАБОТАТЬ здесь». Решив все вопросы по телефону, он здоровается со мной, встает и тут же командует идти с ним на утренний обход по отделам.

Диспетчерская жизнь

Первым делом идем в диспетчерскую, которая находится на последнем этаже трехэтажного здания на улице Челюскинцев, 16. Большую часть кабинета занимают столы, расставленные буквой «Т». Сверху их практически не видно под толстым слоем наваленных бумаг. В кабинете одиннадцать человек, на экранах цифры и таблицы. Дятлов садится за стол; берёт чай в белой кружке с цветами и печенье.

Проблема часто в конкретном слесаре, который в подвале дома набедокурил

«О, опять пришли жалобы!», — директор лично просматривает почту, которая приходит с портала ПТС. «Хоть бы кто благодарность оставил!», — поддерживают сотрудники. «Диспетчеры — те люди, которым приходится принимать на себя первый удар, — кивает Дятлов, — Зимой разъяренные люди требуют тут же дать ответ, почему в доме холодно. Чтобы разобраться в ситуации, нужно как минимум отправить на место инженера или целую бригаду, но крайне сложно объяснить это человеку, который возмущенно кричит в трубку. Часто вначале приходится выслушивать угрозы, чтобы наконец поговорить спокойно. А проблема часто не вовсе не в ТЭЦ и тепловых сетях, а в конкретном слесаре, который в подвале дома набедокурил. Кроме того диспетчеры получают и обрабатывают информацию об авариях из сетевых районов — местных служб, отвечающих за отдельный участок города. Также контролируют температуру воды, с которой она приходит в дома. В общем, в покемонов играть некогда».

Старые сети — высокие тарифы

Как только директор выходит в коридор, за ним увязываются трое сотрудников с вопросами. Не останавливаясь ни на секунду, Дятлов дает распоряжения: «Отправьте бригаду. И не забудьте предупредить об отключении через СМИ». Параллельно отвечает на телефонный звонок, и переключается на новую тему.

07:15 утра: кабинет директора ПТС

«А вот это — наши бездельники. Весь день бумажки перекладывают», — язвит директор. Женщины привычно улыбаются: «Ой, ну что такое вы говорите!»

Дятлов продолжает: «Я, конечно, всех своих работников люблю, но эта чертова бюрократия. Столько сил уходит на бесконечное оформление отчетов. Могли бы еще сварщика нанять».

Сварщики Рождество вообще в траншее встречали

За разговором о финансах влетаем в планово-экономический отдел, с порога экономист высыпает вопросы по смете. Дятлов отвечает, одновременно бросая дротики в мишень на стене его кабинета — речь идет о тарифах. «80% городских сетей изношены и, если их не менять, мы все останемся без отопления. Мы бы хотели один раз взять и поменять все оборудование, как, например, поступили в Риге. Там тепловые сети были такие же в точности, как у нас. Только, когда Латвия отсоединилась от Советского Союза и объявила себя европейской страной, люди задумались, как дальше эксплуатировать советское наследие. В итоге взяли кредит на 1,5 миллиарда евро и за три года поменяли все сети. При этом решили вместе с жителями, что пару лет будут платить по более высокому тарифу. Сейчас живут себе радостно с хорошим оборудованием и уже платят за тепло гораздо меньше», — после напряженного разговора о деньгах Дятлов пускается в философские рассуждения.

Зимний и летний режим

8-30. Прошел всего час с начала рабочего дня. Признаюсь, что для меня это был бесконечно длинный час — Дятлов пожимает плечами: он и не заметил, как пролетели 60 минут.

Дальше по расписанию селектор — перекличка и совещание по микрофону всех предприятий и станций. В комнату-студию заходит инженер, его зам и зам директора, начинается местное собрание по текущим вопросам: где случилась авария, в каких бригадах встала работа и какому подрядчику дать участок работ.

Начинка подвала – тепловой узел

Знакомлюсь с Константином Тарасовым, заместителем Дятлова, который рассказывает о летнем и зимнем режиме работы предприятия:

«Весной и летом у нас самые напряженные дни: именно в это время года проходит капитальный ремонт трубопроводов. Нужно следить, чтобы рабочие бригады и подрядные организации заканчивали работу в срок. Весной мы проводим испытания теплотрасс повышенным давлением и по фонтанам определяем, что точно нужно заменить. Позже начинается подготовка к отопительному сезону. Жаркое время. Дальше сам отопительный сезон — с одной стороны более спокойный, так как система уже работает в своем режиме, с другой в это время реагировать на поломки нужно моментально, так как по закону прекратить подачу тепла можно максимум на 24 часа».

Долговая карусель

Ближе к десяти Александр Дятлов возвращается в своей кабинет. В нем много посадочных мест, так что сотрудники, которые практически всегда ходят по коридору за ним змейкой, находят, куда сесть. На рабочем столе два телефона. Набирая оба одновременно, директор открывает красную папку «На подпись» и, пока идет сигнал, расправляется с небольшой стопкой документов. В кабинет влетает запыхавшийся главный инженер городских теплосетей, известный своей невероятной фамилией: Игорь Пужай-Рыбка едва вернулся с объекта, как тут же отчитывается перед директором. Улучив минуту, спрашиваю его об отношениях ПТС с управляющими компаниями: «Мы, по сути, постоянно находимся в долговой карусели и с каждым годом она закручивается все сильнее. Сети очень изношены и ПТС просто обязан ремонтировать хотя бы минимальный объем, даже если жители и управляющие компании не платят деньги за тепло. Приходится влазить в кредиты, проценты с которого переходят в следующую смету. Пока самарцы не поймут, что мы работаем на общее дело, а не дерем деньги просто так, тарифы падать не начнут».

08:45 Очередное совещание

Видно, что Дятлова эта тема волнует не меньше и он, дослушав инженера, включается в разговор: «Многие управляющие компании созданы только для того, чтобы сидеть на денежном потоке. Простая схема: взять с жителей денег, пару-тройку лет спорить в суде из-за платы за отопление, а средства положить на счет в банке. Не надо много ума, чтобы так зарабатывать. Поэтому, если в доме холодно или нет горячей воды, не стоит сразу пенять на тепловые сети. Не спорю, мы тоже не идеальные и, бывает, „косячим“, но часто мы подаем тепло, а управляющая компания его не принимает нормально, не ремонтирует свое оборудование или просто не передает нам деньги жильцов. Поэтому первым делом по всем вопросам с перебоями тепла надо идти в управляющую компанию. Если там помочь не могут, обращаться к нам через портал, по телефону 279-65-00 или обычной почте».

Засунуть голову в песок

К обеду в кабинете наконец-то становится более спокойно. Начальник выдыхает, достает из ящика стола варган, подносит его ко рту и начинает играть незамысловатую мелодию. «Это я так успокаиваюсь», — вспоминает обо мне Дятлов, — «За день со многими людьми приходится говорить: городскими сумасшедшими, недовольными бабушками, капризными подрядчиками, чиновниками из городской администрации и проверяющих органов. 

Хочется иногда засунуть голову в песок, но я так, к сожалению, не могу

У всех свои проблемы. Если случилась серьезная авария, я должен быть на месте, независимо от дня и времени суток. Помню, в рождественскую ночь, когда был большой прорыв, под утро уснул в машине. А сварщики Рождество вообще в траншее встречали. Хочется иногда засунуть голову в песок, сказать, что ничего не знаю, ничего не видел, но я так, к сожалению, не могу». У него трое детей, его увлечение — хоккей, а в ближайших планах сходить на концерт Prodigy.
Диспетчер ПТС на передовой

Директор, как всегда, сохраняет внешнее спокойствие, но начинает говорить чуть медленнее и тише: «В ПТС работали еще мои родители, я в этом здании практически родился, а вырос в котлованах теплотрасс. Уже в первые свои годы жизни я знал больше половины персонала. После института сразу же пришел сюда мастером, потом стал главным инженером в сетевом районе, после его начальником, затем замом директора по общим вопросам ПТС, и теперь директор самарских и новокуйбышевских тепловых сетей. Мне не с чем сравнить этот опыт — я здесь работал и жил здесь всегда и просто делаю что умею. Даже не могу сказать, люблю ли я свою работу…» Монолог прерывает телефонный звонок: «Да, я помню про совещание у губернатора. В четыре, буду».

Круглосуточный директор

В 14:00 в просторном зале на первом этаже собрались представители подрядных организаций. Дятлов оглядывается и, цепляясь взглядом за пустые места, говорит: «Кто опоздал, тот денег не получит». Все напряженно смеются. Не получая денег за тепло от коммунальщиков, ПТС сложно платить ремонтникам полной мерой и в срок.

Планерка начинается с вопросов по каждому участку ремонта теплотрасс: «Александр Иванович, а я на Алма-Атинской не могу копать, там щиты, за которые администрации уже заплатили. И гаражи»; «А у меня нет экскаватора»; «А нам изоляции не хватает», — по очереди жалуются подрядчики.

Оперативка с подрядчиками: у строителей МНОГО проблем

Еще час от вопросов нет отбоя, но Александр уже заканчивает планерку, быстрым шагом добирается до своего кабинета, а после быстро собирается на совещание к губернатору.

Гаражи цепляй за крюк и увози, экскаватор вам найдем, а изоляцию я тебе привезу

«Во сколько заканчивается ваш рабочий день?», — напоследок спрашиваю директора ПТС. Преодолев нервный смешок, отвечает: «Официально — в пять, а так черт его знает. Директор я круглосуточно».

Проверка по объектам

Пока начальник на совещании, прыгаю на хвост к Владиславу Азякову, заместителю главного инженера по ремонту и капитальному строительству, который едет на плановую проверку по объектам. Ожидала поездку на желтом аварийном грузовике, но нас забирает аккуратная черная легковушка.

На объекте: плановая перекладка теплотрассы

На месте встречает бригадир. Он отвлекается от работы и смотрит на нас в полной готовности докладывать о ситуации. Рабочие приветливо улыбаются, но остаются на своих местах. Рядом желтая аварийная машина и экскаватор-грузовик.

Смотрю в разрытую яму, вижу две трубы и много воды. Не понимаю, что вообще происходит и спрашиваю об этом специалистов, которые уже обсуждают рабочие вопросы. Азяков быстро отвечает: «Ведется замена устаревшей запорной арматуры».

Аварийная бригада

Заметив мое непонимание, он указывает на ржавое сооружение размером с человека. «Вот эту штуку меняем, так как старая уже износилась и зимой может случиться прорыв. Завтра, думаю, уже все закончат. Так?». «Да, закончим», — твердо отвечает начальник бригады. Арматура — это у них типа крана на трубе. Она нужна, чтобы перекрывать участок теплотрассы, если она порвалась. Кстати, если вы видите пар от земли или, что по асфальту течет горячая вода — бегите прочь. Ожоги — страшное дело!

Рабочий откачивает воду перед ремонтом теплотрассы

По дороге на следующее место Владислав Азяков рассказывает, что раньше директора теплосетей сами всегда ездили на все точки, где ведутся работы. Замы и инженеры взяли на себя эту работу с назначением руководителем Дятлова: «Мне кажется правильным, что начальник не тратит время на мелочи, у него есть более глобальные вопросы».

Приезжаем на Академика Платонова, 67, где по плану тоже меняют трубы. Бригада работает прямо под солнцем. Зам инженера сразу замечает это и жалеет работников: «Представляете, каково им так целый день жариться?»

Подхожу к ним поближе. Из ямы мне машет сварщик, надевает смешные зеленые очки для защиты глаз и начинает работу. Мимо проходит женщина и застает нашего иллюстратора врасплох возмущенным вопросом, когда ремонт наконец закончится — решила, что иллюстратор из предприятия.

Спрашиваю заместителя инженера, не обидно ли ему, что жители так относятся к их работе. Практически не раздумывая, отвечает: «Да не особенно, я просто правда люблю свою работу, потому что знаю, что занимаюсь большим и важным делом. Если бы не любил, давно ушел бы. Подчиненные, бывает, начнут капризничать, что работать им не нравится. Я каждому советую: нужно либо искать плюсы в том, что ты делаешь или увольняться, не занимать чужое место, ведь без правильного настроя хорошей работы точно не выйдет».

Владислав Азяков отправляется по другим точкам, а я прощаюсь с ним. Измотанная еду домой. На въезде во двор вижу свежую разрытую яму: сотрудники ПТС добрались и до меня.