1307

«Я испытала полтергейст на своей шкуре»: интервью с главным уфологом Тольятти

Алексей Юртаев

Татьяна Макарова работает главным специалистом комиссии по социальной политике в гордуме Тольятти. Но многим она известна другим — женщина возглавляет Тольяттинскую уфологическую комиссию и пишет книги об НЛО в Самарской области, которые расходятся тысячными тиражами. «Большая деревня» настигла Татьяну прямиком в ее служебном кабинете — героиня, одетая в тотал блэк, рассказала, часто ли над Самарой кружат тарелки, чем занимаются местные уфологи и как не наделать в штаны при виде аномальных явлений.

В качестве иллюстраций мы подобрали видео из сообщества «Сергей Дружко на все случаи жизни». Дружко — ведущий в прошлом популярной программы «Необъяснимо, но факт» на телеканале ТНТ.

Татьяна Макарова

— Как вы начали заниматься аномальными явлениями?

— Аномалиями всегда интересовались по всей России, но до девяностых годов публикаций об этом не было, хотя необъяснимые случаи происходили, а наблюдения существовали. Партийная парадигма была таковой, что аномалистика — не та тема, о которой нужно информировать общественность. Но в 1989 году наступила свобода, и тогда Дворец культуры и техники ВАЗа объявил, что ищет людей, заинтересованных в изучении подобных феноменов — я сразу откликнулась. Из увлеченных людей сформировали группу — в нее входило шестьдесят человек совершенно разного рода деятельности, были и кандидаты наук и те, кто пришел вообще без образования. Первые полгода мы просто поглощали информацию изо всех возможных источников, а потом поняли, что мало просто слушать, и начали сами изучать аномалии.

— На вашей странице вконтакте написано, что вы занимаетесь психологией, являетесь членом географического общества, а беседуем мы с вами и вовсе в здании городской думы, как вы все это совмещаете?

— Да, я имею отношение к юридической экспертизе, законодательству, исследованиям в области психологии человека — но я не смешиваю эти вещи.

— Госслужба не мешает исследованиям НЛО?

— Не надо об этом.

— Хорошо, тогда расскажите о работе Тольяттинской уфологической комиссии.

— Нас десять человек, я отвечаю за общение с масс-медиа — не все хотят светиться на телеэкранах. Люди, которые профессионально занимаются уфологией, должны иметь широкое мировоззрение и не быть последователями какого-то идеологического учения. Знаменитостей Тольятти в наших рядах нет — есть только поставщики информации, среди которых — занимающие первые посты в городе, но фамилии я не буду называть, сами понимаете. Они оказываются в роли наблюдателей и очевидцев, рассказывают с ушка на ушко. Наше общество существует за счет личных средств и времени. К нам приходят с разными проблемами: видели тарелку, чувствовали присутствие, участвовали в аномальном явлении — а мы уже в этом разбираемся. Есть еще всероссийская и международная ассоциация — в нее, правда, входят, в основном, ученые стран СНГ.

— Не совсем понимаю, как проходят ваши исследования.

— Это внутренняя профессиональная работа. Если говорить о методах, то, например, эксперимент здесь очень сложно провести, ведь он предполагает повторение, а где найти ту же тарелку, которая еще раз бы прилетела и села?

Большую часть исследования занимает детективно-психологическая работа с очевидцами. Если к нам приходит человек и рассказывает, что видел тарелку, естественно, мы будем разбираться: что за человек, как он видел, в каком был состоянии, как реагировали объекты природы. Доказательств-артефактов у нас еще никто не нашел, а вот фото и видео стали появляться — но с ними приходится работать. Далеко не все снимки запечатлевают аномальные явления — например, один человек спутал отблеск люстры на окне с летающей тарелкой.

— Где вы публикуете результаты ваших исследований?

— Я размещаю банк на нашем сайте, но за последние года три я его не пополняла, просто руки не доходят. Еще я пишу — три тысячи экземпляров моей книги «Хроники аномальных явлений» разлетелись за год. Сейчас пришлось еще и двухтомник делать. В нем объясняю, что аномалистика — та область бытия, которую хоть и нужно оставлять под вопросом, но следует изучать.

— Можно ли верить мистическим программам на телевидении вроде «Фантастических историй» или «Необъяснимо, но факт»?

— Я лично общалась со многими из тех, кто создает эти программы. По моему опыту, семьдесят процентов достоверной информации дает Игорь Прокопенко в «Секретных материалах» или «Странном деле». Там ребята работают профессионально и если где-то приукрашивают, то делают это без изменения смысла. Остальным передачам я так не доверяю.

— Я спросил из-за того, что сегодня эти программы превратились в мем — над ними смеются в интернете.

— Над этим можно смеяться, пока сам не столкнулся. Многие очевидцы приходят к нам в панике — с квадратными глазами и поднятыми дыбом волосами. Когда с тобой происходит что-то такое, чему ты не можешь найти объяснения, это страшно. Вы ведь знаете, что ни один врач не поможет избавиться от физиологических последствий, которые приобретаешь рядом с излучающей ультрафиолет тарелкой? Человек заболевает и не может понять, что с ним, ведь «такого быть не должно».

У нас в области есть пространственно-временные аномалии — об этом говорит сама форма волжского русла. Хоть это и редкая вещь, но с ним столкнулось уже двадцать очевидцев, которые, к счастью, оттуда вернулись. Я всегда на открытых встречах делаю акцент на технике безопасности, потому что нужно знать, куда соваться нельзя.

— И куда?

— Этого я вам не скажу, туда сразу же ломанется толпа любителей остренького, а брать на себя ответственность за тех, с кем что-то может случиться, я не хочу.

— Тогда расскажите, что ощущали очевидцы в других измерениях.

Снежного человека у нас в Самарской области видели всего несколько раз

— Если это пространственно-временные аномалии или хрономиражи, то, как правило, привычный знакомый пейзаж вдруг непонятно каким образом превращается в портал и переносит в место, которое ни по природе, ни по архитектуре не может относится к нашему привычному миру. Человек может туда зайти, но не слишком глубоко — иначе вовремя не выйти. Явление длится несколько секунд или минут, а самый продолжительный случай произошел в 1984 году — два с половиной часа.

— Есть какая-то статистика по встречам с аномалиями в нашей области?

— Если брать НЛО, то явлений, насчет которых я могу дать руку на отсечение, что это действительно неопознанные объекты, — около шестидесяти в год. Они делятся по категориям — есть техногенные тарелки из так называемого металла, а есть такие, которые относятся к энергетическому миру, например, крупные красные шары. Снежного человека у нас в Самарской области видели всего несколько раз. Постоянного места жительства у него нет.

— Лично вы сталкивались с аномалиями?

— Да, и достаточно много. И тарелки наблюдали, и полтергейстов на своей шкуре я испытала — представьте, что из ниоткуда в тебя падает предмет и делает больно. Всякое было, разве что в хрономираж не попадала, слава богу (стучит три раза кулаком по деревянному столу — прим. ред.). У меня было чувство легкой оторопи перед могуществом этих явлений и, признаюсь, небольшая белая зависть — мне тоже бы хотелось владеть технологиями, по которым созданы летающие объекты.

— Вам приходилось работать с событиями в области, о которых знала вся страна? Например, образовавшиеся круги на тольяттинских полях в нулевых?

— На самом деле, круги 2005 года — это подделка, которую взяли и вытоптали за одну ночку. Это очень быстро привязали к каким-то небесным явлениям, датам, но не было ни одного признака аномалии — там варварски поломали гречиху, а при НЛО такого не бывает. В 2015 году произошло то же самое — взяли и потоптали, даже не особо стараясь. Событий бывало много, но те, которые заставили прошуметь Тольятти на всю Россию, кроме этих кругов, я и не назову. СМИ не интересны наблюдения людей за тарелками — это же не жареные факты.

— Может быть, вы дадите совет нашим читателям: что делать, если вдруг увидел НЛО или столкнулся с аномалией?

— Если попадаете в хрономираж — лучше выйти тем же путем обратно, а не гулять по пространству. Когда встречаете НЛО, нужно обеспечить дистанцию в минимум десять метров между собой и объектами, чтобы не попасть под энергетическое воздействие — у очевидцев бывали страшные ожоги. Если это тарелка, которая решила посидеть, то лучше к ней не приближаться. Здесь важно понять, не померещилось ли, а то был у нас юмористический случай. В районе Березовки высаживался военный десант для обучения, а местные бабушки пугались — «Ой, к нам инопланетяне прилетели».

— У уфологии есть шанс стать полноценной наукой?

— Мне вообще слово «уфология» не очень нравится, оно уже, чем тот комплекс, которым приходится заниматься исследователям. Мне больше нравится аномалистика. А направления исследований будут продолжаться однозначно, даже если их по политическим мотивам прикроют — люди должны знать правду.