786

Метод Митрофанова: как сделать бизнес из лозы и веток

Текст: Светлана Гребенникова
Всем, кто хоть раз бывал на Полевом спуске, знаком силуэт деревянной лошади из коряг, который совсем не вписывается в диктатуру пластиковых витрин и часто играет главную роль в фотосессиях перебравших туристов. «Большая Деревня» познакомилась с автором наивного паблик-арта и узнала, что работы Андрея Митрофанова из села Борское можно встретить по всему городу, а его собственный дом напоминает музей криповых фигур из веток.

Характер хозяина

Плетение точно не было моей детской мечтой. Просто у меня характер такой, что люблю быть хозяином сам себе. Десять лет занимался лекарственными растениями: выезжал в пять утра в поля и работал до десяти вечера. В какой-то момент это дело перестало приносить доход, и я сменил сферу деятельности — начал плести.
Учиться всему пришлось самому. Интернета тогда еще не было, поэтому основы я вычитывал из потрепанной книжки, которая даже не помню, откуда у меня взялась, а дальше все сам, старым, как мир методом научного тыка.

Я такой один не только в городе, но и во всем мире

У меня нет художественного образования, я даже рисовать не умею. Для меня плетение — это просто ремесло. Приятно, конечно, когда говорят, что у меня талант, но на самом деле все проще, чем кажется: когда сто раз одно и то же делаешь, рано или поздно результат появится.
Моя главная проблема — нехватка лозы. Чтобы сплести одну корзинку, нужно несколько сотен веточек, а по кустам их не насобираешь. Искусство заготовки мне пришлось постигать буквально на ощупь. Сегодня у меня целые плантации в радиусе десяти километров по лесу, которые круглый год обеспечивают меня сырьем для производства корзин и всего остального.

Звери из горелого леса

Универсальное правило для любого бизнеса: чтобы что-то заработать, нужно постоянно удивлять. Идея с животными пришла ко мне случайно — дочь как-то поставила на заставку в компьютере деревянную лошадку, и сразу щелкнуло — оно! Тем более, что я давно приметил один сгоревший лесок — там так много материала, что даже ветки гнуть специально не нужно. Идешь и смотришь: вот одна лошадиная нога, вот другая, вот хребет.
В первый раз вернулся с рабочей экспедиции весь в саже, черный, как шахтер. Зато напиленных веток хватило сразу на двух лошадок, с которыми я потом поехал на первый Фестиваль цветов. А там уже мои звери по всему городу разбежались: ослик у гостиницы «Моя» прописался, а лошадей можно встретить в парке Гагарина и на Полевой, чуть ниже Макдональдса. Корзина плетется быстро, а вот на зверей из дерева уходит больше времени. Маленького зверька я за пару дней делаю, а медведя я неделю собирал. Там же сначала деревянные части фигуры нужно сделать, потом морду, хвост и лапы, затем все это закрепить на проволочном каркасе, который нужно оплести веточками.
В нашей губернии я знаю всего двух мастеров, которые плетут сами, все остальные — просто перекупщики. А фигуры из дерева, как у меня, больше никто не делает. Чего тут скромничать, я такой один не только в городе, но и во всем мире. Пытался найти что-то в интернете и не увидел ничего похожего. Встретились только плетеные фигурки животных, которые для туристов делают мастера на Канарских островах, и гигантские силуэты, которые принято сжигать в финале фестиваля Burning Man, вы же знаете такой?

Два километра пешком в обе стороны

Обычно мой рабочий день начинается с восьми утра. К этому времени я прихожу в свою мастерскую, которую обустроил в трехкомнатном доме родителей. На работу стараюсь ходить пешком. Двухкилометровая прогулка туда и обратно — отличный способ держать себя в форме.
Кроме меня в семье больше никто не плетет. У жены своя работа, старший сын — гитарист, закончил Гнесинку, младший поступил в Политех, дочь — филолог. Я детей силком приучать не хочу, а сами они как-то желания не выказывают.

Работать до потери сознания

Честно говоря, когда я начинал заниматься этим делом, рассчитывал на большее. Арифметика простая: средняя стоимость моей корзинки 400 рублей. Чтобы получить 26000 рублей — сумму, которая считается средней зарплатой в городе — мне нужно продать примерно 1000 корзинок. Я столько в месяц просто не сделаю. Спасают только фигуры для сада и звери деревянные. Мои клиенты газет не читают, телевизор не смотрят и в соцсетях не зависают — это какие-то особые люди, фанаты, которым нравится стилистика необработанного дерева. У меня есть один заказчик, который купил уже несколько фигур, другой каждый год по фигурке заказывает.
Я не умею отказываться от работы — берусь за все. Никак не могу избавиться от дурной привычки: сначала сказать «делаю», а потом подумать, с какой стороны за это вообще браться. Так и получается, что кроме плетения времени не хватает ни на что: ни на сад, ни на огород. Работаю с утра до вечера. Хочется, конечно, еще больше работать, но не могу: у меня голос пропадает, и сознание начинаю терять. Я люблю свое ремесло — никогда бы не стал заниматься тем, чем не горю.