574

Адский труд и угроза слепоты: как создавались российские деньги

Текст: Анастасия Левкович Фото: Нуся Джамолдинова

1 ноября в 18-00 в Музее истории сберегательного дела открылась выставка о художниках, которые работали на фабрике «Гознака» во времена СССР. Их работы мы видим каждый день — когда расплачиваемся за проезд, смотрим в паспорт или клеим почтовую марку. Но при этом мало кто догадывается, какие люди и как создавали изображения для государственных бумаг.

Экспонаты, призванные познакомить Самару с сотрудниками фабрики — редкие марки и купюры, эскизы изображений, инструменты и личные вещи авторов, которые своими силами собрали москвичи Анатолий и Галина Анисимовы. Выставка уже проехала всю Московскую область, побывала в Германии, Испании и Болгарии. Перед открытием родственники, ученики и друзья советских художников рассказали «Большой Деревне», где и как набирали специалистов для печатной фабрики ценных бумаг, откуда появились современные купюры и как получилось, что художник с «Гознака» создал акции для «МММ».

БД: Как попадали на фабрику «Гознак»?

Галина Анисимова

Автор идеи, организатор и куратор выставки. 
Дочь гравера-художника «Гознака»

Моя мама уже ушла из жизни, но я успела расспросить ее, как все было. Она рассказывала, что их команду художников набрали буквально с улицы. В разгар войны (это был 1943 год) учеников шестого и седьмого класса взяли обучать в техникум при фабрике. Многие были босые и голодные, но государство выделило деньги, чтобы поставить их на ноги и вырастить специалистов.

Сначала их учили общим предметам: русскому языку, математике. После стали замечать, у кого из ребят какие наклонности. В зависимости от этого делили на специальности. Так, кто-то ушел в графику, а кто-то в гравюру. После пяти лет обучения их уже взяли на работу. Неудивительно, что для этих людей фабрика стала вторым домом: дети выросли на ней, поэтому сложилась целая команда профессионалов, которая любила свое дело, несмотря на то, что оно было очень сложным.

Команду художников набирали буквально с улицы

Потом эти люди брали себе учеников и передавали знания и умения им. Сейчас, к сожалению, в нашей стране решили, что граверы старой закалки не нужны. Якобы всё могут сделать машины. Тем временем люди из этой команды умирают, а вместе с ними и традиционная русская школа оформления ценных бумаг.

БД: А в чем особенность этой школы?

Юрий Ковердяев

Художник-каллиграф, ранее художник-график «Гознака»
(принимал участие в работах над сериями бумажных денег России и разработке проекта Российского общегражданского паспорта)

В купюрах других стран, как правило, просто идет набор видов защиты. У нас же всегда большое внимание уделяли их расположению: даже виды защиты скомпонованы так,
чтобы все складывалось в одну красивую картинку.

Каждый новый начальник считал своим долгом сделать новые деньги

Так и в других ценных бумагах: у нас, в первую очередь, стараются создать деловой и торжественный образ. Пожалуй, это и есть те каноны, которые характеризуют традиционную русскую школу, которая идет еще с купюр с портретами царей.

Владимир Мочалов

Академик Российской академии художеств,
художник-карикатурист, ранее гравёр-художник «Гознака»,
главный художник журнала «Крокодил», автор мирового рекорда:
111 узнаваемых шаржей за час.

Еще есть такое понятие, как русская классическая школа резцовой гравюры. Так, на производстве были художники, которые рисовали изображения на бумаге, а мы, граверы, переносили его на металл, чтобы после получались готовые формы для печати.

Русская резцовая гравюра отличается своей точностью, но при этом живостью изображения. То есть, все штрихи должны быть сделаны под определенным нажимом, но при этом не казаться однотипными, как их сейчас делает машина. То, что создавалось традиционной школой, — настоящее искусство, и понять это можно, просто пощупав и сравнив марки, сделанные по старому образцу и по новому. Разница в деталях ощутима.

БД: Как появились современные купюры с пейзажами?

Юрий Ковердяев

Художник-каллиграф, ранее художник-график «Гознака»
(принимал участие в работах над сериями бумажных денег России и разработке проекта Российского общегражданского паспорта)

Когда я пришел в 1990-м году на «Гознак», в обороте еще были деньги 1961 года. После распада Советского Союза убрали надписи на пятнадцати языках республик, поставили новый вид защиты,
и, чтобы деньги как-то отличались от старых, добавили веселенький орнамент. За него эти купюры потом прозвали «фантиками».
Пока игрались с этой серией, начали быстро меняться руководители Центробанка. Каждый новый начальник считал своим долгом сделать новые деньги, причем сделать быстро, хотя сам процесс создания изображения довольно сложный.

Когда мы делали современные купюры, то думали, что это очередной заказ, который не одобрят

Сначала нам давали тему. Главный художник рисовал,
как он все это видит. Когда ему утверждали эскиз (что происходило далеко не с первого раза), уже создавался оригинал изображения. Здесь работала вся команда: кому-то поручали делать надпись,
кому-то портрет, кому-то защитные элементы. В течение нескольких месяцев все работали в своем режиме. После элементы собирались в один макет; по нему работали граверы, делали формы.
Когда все эти этапы были пройдены, включались печатники: подгоняли оборудование, чтобы краски совпадали и ложились правильно.

Несколько раз бывало, что когда мужики из типографии ждали команды нажать на кнопку и прогнать тираж, приходил новый начальник и командовал снимать все и делать новые деньги.
Конечно, было обидно.

На каком-то этапе новым начальникам надоели портретные серии, хотя эти деньги в руки людей так и не попали, — было решено сделать города. Тогда никто, как сейчас, народ не спрашивал, какие достопримечательности должны попасть на купюру. Просто решали начальством и все. Вообще, вся эта серия делалась на бегу.
Даже, помню, работали мы не по готовым, а по карандашным эскизам. Центробанк очень торопил, да и мы, если честно, полагали,
что это просто очередной заказ, который нам не одобрят. Мы и подумать не могли, что эти купюры будут использовать
так долго. Нет, делали мы их так же старательно, но без творческого энтузиазма. На него у нас просто не было времени.

БД: Помимо купюр, на «Гознаке» работали над марками. В чем особенность работы с ними?

Ольга Клочкова

Гравер-художник «Гознака» (до 2014 года)

С июня 1978 года и до марта 2014 года я проработала на «Гознаке». За это время технология, конечно, сильно изменилась. Так,
мои учителя работали еще на пантографах. На этих станках с одной стороны был цинковый шаблон, а с другой медная пластина. Нужно было врчную вывести изображение в натуральную величину марки: работа не легче, чем подковать блоху. При этом должно было быть идеальное сходство с оригиналом. Если находили какое-то расхождение, марку не подписывали.

Многие создатели марок ушли из дела со стопроцентной слепотой

Нас же уже от этого освободили, потому что многие учителя ушли из дела со стопроцентной слепотой — работа была слишком напряженной. В частности, такая судьба ждала уникальных
граверов-художников Смирнова и Лукьянова. Мы же работали
на так называемой затравке, которую обводили по трафарету. Но в девяностых и это отменили, заменив штихели (стальной резец, используемые при работе с металлом, деревом, костью, камнем, кожей — прим. авт.) на мышку и компьютер. Приехал программист из Венгрии и через переводчика обучил программе. До сих пор сейчас на ней и работают. Конечно, это сильно упростило процесс, но и работать стало не так интересно.

Раньше, помню, марки шли потоком: пока ты делаешь одну, другая
уже ждет тебя в кладовой. Я правда любила гравировать. До сих пор помню серии: ягоды, цветы, совы, мотоциклы, велосипеды, пожарники. А первая моя марка была из серии новостроек Москвы. Я делала детский музыкальный театр с лошадкой на крыше.

БД: Один из экспонатов выставки — портрет
Сергея Мавроди для билетов «МММ». Расскажите,
что за история с этим связана и кто автор работы?

Юрий Ковердяев

Художник-каллиграф, ранее художник-график «Гознака»
(принимал участие в работах над сериями бумажных денег России и разработке проекта Российского общегражданского паспорта):

Это была забавная история. Я тогда уже ушел из «Гознака». Кстати,
тоже в организацию, которая имела лицензию на выпуск ценных бумаг. Специалистов по ценным бумагам не готовят нигде, кроме соответствующих предприятий (что логично), поэтому, когда я уходил с фабрики, за моей дальнейшей дорогой следили. Так вот, это предприятие получило заказ на один из видов акций «МММ». Поскольку я из «Гознака», повернут на бумажных деньгах, нам предложили сделать акции в виде купюр. Мой коллега Юрка Ермаков на тот момент палец себе на производстве случайно отрезал и поэтому сидел дома без дела. Попросили его нарисовать портрет Мавроди. Он с ним намучился, потому что самого Мавроди его люди
так берегли, что не могли привести к художнику. Принесли фото, где прямо посередине поставили штамп. Работать надо было на просвет, поэтому пришлось уговаривать сделать новое фото без штампа.

В итоге ладно, сделали купюры, директора наши перед приходом заказчиков накидали так на стол кучу денег и среди них «мавродьку» забросили. Заказчик ее даже не сразу нашел.

Печатались, кстати, эти акции за границей. Металлографская печать у нас была разрешена только на «Гознаке», а офсетную они не захотели. Американцы там как смогли с готовой бумажки портрет отсканировали, но он сильно поплыл, поэтому готовые «мавродьки» качеством изображения получились так себе. А у нас на выставке вы можете увидеть эту работу в отличном качестве, какой его изначально сделал художник — и никаких штампов на лице.

Выставка работает со вторника по пятницу с 10-00 до 18-00. 
Вход свободный
Музей истории сберегательного дела
Поволжского банка, адрес: Куйбышева, 93, второй этаж.

Подробнее о работе музея и бронировании экскурсий можно узнать по телефону +7 (917) 168-28-53 или в группе на фейсбуке.