955

«Я хочу экспортировать не пасту, не моду, не Челентано, а успешную модель ребрендинга города»

Текст: Сергей Баландин

Этой весной в Тольятти запускается второй сезон проекта «Итальянский парк», посвященного городской культуре и пропагандирующего итальянский образ жизни. Инициатор проекта — настоящий итальянец Марко Резидори: под его руководством уже прошла серия городских акций и кинопоказов, уроков итальянского и мастер-классов по национальной кухне, а планы и вовсе грандиозные — создать в Тольятти маленький итальянский город. Сергей Баландин поговорил с Марко Резидори о сути проекта, жизни в России, политических рамках и моделях ребрендинга города.

Фото: Артем Мущ

—Ты родом из Милана, много путешествуешь, но урбанистический проект, подобный «Итальянскому парку» делаешь впервые?

—Я участвовал в разных проектах во Львове, в 2011, в Кишиневе. Но это первый проект, который я придумал сам и которым руковожу.

—Почему именно Тольятти? Ведь это даже не региональная столица.

Акция у стеллы-панно Радость труда»

—Я всегда еду туда, где есть «итальянское общество» — учреждение, которое может приютить меня, пригласить на работу. В России оно работает в пяти городах. В Москву и Питер я не хотел, так что на выбор осталось три города: Екатеринбург, Ростов-на-Дону и Тольятти. Я решил, что Тольятти — самое подходящее место, которое дает наиболее интересный материал.

—Первый проект, который мы придумали с друзьями, это документальный фильм. В 2014 году итальянский режиссер Фредерико Скьяви снял ленту «Togliattigrad», которая описывает, как основали завод. Мы же хотели более современный взгляд на город. Правда, все осталось только на бумажке — денег мы не нашли. Но продолжаем исследовать.

—Ты знал, кто такой Тольятти, или это имя было для тебя чужим?

Итальянское кино под звёздами
Фото: Тимур Мельников

—Конечно, я знал, кто такой Тольятти. У меня есть некоторый политический бэкграунд: левые, марксизм и Тольятти — ключевая фигура в этом плане. Если рассказать итальянцу, что в России есть такой город, то многие поймут, почему. Но не все.

—Один итальянский журналист приезжал сюда в прошлом году и спрашивал у местных, знают ли они, кто такой Пальмиро Тольятти. Старшее поколение хорошо знало, а молодые вообще нет. Интервью должно было подчеркнуть внутреннюю проблему города, потому сейчас он ставит под вопрос свою идентичность.

—Ты считаешь, люди должны знать, кто такой Тольятти? В афишах «Итальянского парка» его фотография, вы ставите акцент на Италию, связь с Турином — но ведь этой связи уже давно нет. А твой проект эту связь культивирует. Со стороны кажется, что российская идентичность города заменяется на европейскую: у нас итальянская набережная, итальянский парк, мы учим итальянский язык… Зачем нам Италия?

Урок итальянского
Фото: Елена Июльская

—Во-первых, я не думаю, что людям нужно знать, кто такой Тольятти. Сейчас город переживает такой же момент, как Турин в 1990-е, когда Fiat уехал оттуда в страны с дешевой рабочей силой. Администрация Турина тогда поняла необходимость синергии, чтобы переосмыслить идентичность; и сейчас он — яркий пример того, как можно пережить переход от индустриального города к культурному центру. Раньше никто не ездил в Турин, а сейчас это один из самых туристических городов Италии, потому что вокруг него создали новый бренд, связанный с переосмыслением заводских пространств, сделали много культурных событий. И сегодня итальянцы могут гордиться Турином.

—Мы всегда говорим «Made in Italy», что символизирует знак качества, и я хочу экспортировать именно это — не пасту, не моду, не Челентано, а успешную модель ребрендинга города. И я бы хотел, чтобы в Тольятти, который развивался, в том числе благодаря помощи туринцев, вернулись к этой связи по-новому.

—Какой продукт ты предлагаешь?

Мастер-класс по итальянскому аперетиву
Фото: Владимир Масолапов

—Сейчас мы выходим из товарной эпохи, и все, что я предлагаю, это создать новую эстетику вокруг города. Поскольку Тольятти один из самых больших моногородов, это может стать примером того, как можно двигаться к культурному будущему. Когда мы провели опрос «Что для вас участие в этом проекте?», самым частым ответом был «Необычное использование общественных пространств».

—Турин всё-таки не моногород, а город с историей, даже первая столица Италии. Тольятти же — город без истории, в котором нет архитектуры
до 1930-х годов. В нем действительно ничего нет, кроме завода. Тем не менее, у вас много проектов, связанных с архитектурой. В качестве наследия вы выбрали советский модернизм. Может ли архитектура 1970-80-х годов, на которую вы ставите, быть равнозначной исторической архитектуре?

Мастер-класс по итальянскому аперетиву
Фото: Владимир Масолапов

—Мне кажется, да. Мы основывались на понимании, что советский модернизм стал модной темой в стране — об этом выпускаются книги, путеводители, и поэтому над ней сейчас можно работать. В Тольятти много памятников, которые могут стать туристическими достопримечательностями. Конечно, не для всех, но на иностранцев это очень хорошо работает: это экзотика, это пахнет советским. Посмотреть город уже приезжали фотографы, архитекторы, люди, которые занимаются урбанистикой. Они не едут в Комсомольск, в Старый город смотреть «Собаку» (имеется в виду Памятник Преданности, установленный в 2003 году — прим. ред.). Нет, они хотят увидеть брутализм этого города, потому что в плане архитектуры и монументального искусства интересно именно это.

—Одна из наших задач — чтобы тольяттинцы стали первыми туристами своего города. Сейчас они проходят мимо достопримечательностей — или того, что мы ими называем — и не замечают их. Если дать информацию и рассказать о значимости тех или иных объектов, для местных жителей это может стать причиной гордиться своим городом. Многие из них спрашивают: «Зачем сюда приезжать? Мы сами хотим уехать, здесь ничего нет». Мы бы хотели ответить: «Здесь есть что-то! Нужно просто смотреть другими глазами». Здесь есть, чем гордиться, здесь яркие-яркие примеры этого стиля (брутализма — прим. ред). Да, нету «renaissance», — но с тем, что есть, можно и нужно работать.

—Есть тенденция строить — новые церкви, новые памятники, — и тут возникает проблема ценности для города. Не буду утверждать, что мы сможем на это влиять, — это понятия, которые должны быть у администрации, — но мы можем предложить. Чтобы создать туристическую систему, нам кажется, нужно по-другому относиться к наследию города. А строить «Собаку» — это такой вариант… не очень.

—Как вы взаимодействуете с администрацией?

Лекция от организаторов арт-фестиваля в Турине «Паратиссима
Фото: Дмитрий Осинов

—Мы понимаем, что писать письма — неинтересно и невыгодно, и пытаемся своими силами, своим творчеством поднимать нужные темы.

—Сейчас нужно заниматься Пятаком (танцевальная площадка, построенная в 1983 году — прим. ред.) — организовывать там мероприятия, вернуть туда людей, потому что многие даже не знают, что есть такая штука. Если они придут и проведут там один вечер, это будет гораздо лучше, чем письмо или длинная беседа с чиновниками. Мы делаем видеоакции — потому что минута просмотра видео эффективнее тысячи писем.

—Твое марксистское прошлое никак не…

—Я давно вышел из всего этого. Россия и Восточная Европа заставили меня изменить свой политический образ, найти другой язык и другие темы. Поэтому по личным причинам я не хочу возвращаться к этому и знаю, что нужно быть очень аккуратным.

—Когда мы делали экскурсии к мозаике «Радость труда» (стелла-панно 1977-1981 годов — прим. ред.), появилась политическая группа, которая предложила нам поддержку, но я сказал: «Нет! Политикой здесь не занимаются!». Кто занимается политикой, пусть пишет письма и сидит в администрации, а я хочу, чтобы наш проект был очень-очень далеко от всего этого.

—Здесь политику понимают совсем не так, как понимаем ее мы, европейцы. У нас это ангажированность, вовлеченность, а в России такая модель не работает — другие коды, другой контекст. Политика тут — очень жесткая пропаганда и монополия на историю. Но в этом и плюс путинизма, так как он заставляет людей выходить из политических рамок и искать другие языки, поскольку нельзя использовать язык политики.

—Что вы уже сделали в рамках «Итальянского парка»?

Итальянское кино под звёздами
Фото: Тимур Мельников

—Прошлым летом мы проводили уроки итальянского языка, показы современного итальянского кино на площадке парка. Каждый урок заканчивался акцией по осмыслению пространства, например, были акции, посвященные «Радости труда» и ДКиТ. Для привлечения людей устроили несколько простых мероприятий в неформальной обстановке — в баре Hide & Seek провели мастер-класс по итальянским аперитивам и кухне. Были и два больших мероприятия: неделя высокой итальянской кухни, которую организовал Поволжский институт итальянской культуры в разных заведениях города, и выставка натюрморта «Cum grano salis», которую мы запустили вместе с Отделом современного искусства. Также сюда приезжали ребята из туринской организации YLDA, читали лекции, — мэрия поддерживает нас в налаживании международных контактов.

—Какие у вас планы?

Итальянское кино под звёздами
Фото: Тимур Мельников

—Во-первых, конечно, продолжение проектов прошлого года: кино, уроки итальянского. Но будут и новые проекты: экскурсии по городу с архитектором Михаилом Солодиловым, акции с библиотекой «Экоград», где будем изучать флору Итальянского парка и создадим маленький итальянский огород. Специальный проект подготовим вместе с итальянскими партнерами: стрит-арт от художников из Италии и Тольятти на территории Итальянского пляжа и «озвучание» Пятака: видеолекция от архитектора, который проектировал эту площадку, экоакция, чтобы навести там порядок, концерты, перформансы, спектакли и стрит-арт.

—Много людей посещает ваши мероприятия?

—Это зависит от предложения. Кино под открытым небом — 150-180 человек, уроки языка в мае — где-то 40 человек, уроки по аперитиву, итальянской кухне, лекции — до 80 человек, паблик-арт — 20-25. Цифры вроде небольшие, но для Тольятти, когда ты видишь вместе 80 человек — это значит, что-то происходит.