33

Монах и голуби

Лина Прутская


В 70-ых годах голубятня была почти в каждом дворе и занимались ей всегда самые авторитетные пацаны. Сегодня самарские голубятни можно пересчитать по пальцам, а престиж их и вовсе исчез. «Большая деревня» съездила в Подгоры, чтобы увидеть одну из самых необычных голубятен области, которую построил монах Потапий.

 

— Как давно вы занимаетесь голубями?

— 63 года. Мне было лет семь, когда кто-то из соседей дал мне парочку голубей связать. Эту голубятню я перевез сюда осенью 2011 года, у меня здесь монастырь рядом, собрал голубей в коробку и перетащил. На участке сам все построил, когда-то здание голубятни было баней, я надстроил второй этаж. К зиме везде были голуби, штук 100 было точно. Сейчас меньше, недавно какое-то наваждение нашло, к ним внутрь забралась кошка и загрызла 17 голубей. Стаскала их в кучу и лежит на этой горе, как безумная, ну съела бы одного и успокоилась, ну нет же. Мне ее убивать было нельзя, мне за это еще месяцев десять молиться, я к соседу с просьбой, он мужик свой — сразу ее и тюкнул.

 Мне ее убивать было нельзя, мне за это еще месяцев десять молиться, я к соседу с просьбой, он мужик свой — сразу ее и тюкнул

— Легко справляюсь, воду и пшеничку даю, убирать тяжеловато, но я без голубей не могу, без них нет значительного звена в жизни. В них весь свет. Да и зачем мне кто-то в помощь? У меня для голубей накопленный капитал есть. Зимуют они здесь же, главное, слежу, чтобы большого сквозняка не было. Не впускаю воробьев, у голубей иммунитет слабый, им с воробьями нельзя пить из одной плошки. Собака у меня их не трогает, она умная, все понимает, это кошки — хищники. Еще копца правда очень сильно боюсь, на той неделе прилетал, я на следующий день четырех голубей не досчитался. Не знаю, кто навез сюда этих небольших хищных птиц, они для голубей хуже орла. Копец маленький и быстрый, его моим пташкам не видно, он голубей — хвать, и полетел! Лучше бы белочек привозили в деревню, а не птиц диких.

— Как вы справляетесь один?

— Легко справляюсь, воду и пшеничку даю, убирать тяжеловато, но я без голубей не могу, без них нет значительного звена в жизни. В них весь свет. Да и зачем мне кто-то в помощь? У меня для голубей накопленный капитал есть. Зимуют они здесь же, главное, слежу, чтобы большого сквозняка не было. Не впускаю воробьев, у голубей иммунитет слабый, им с воробьями нельзя пить из одной плошки. Собака у меня их не трогает, она умная, все понимает, это кошки — хищники. Еще копца правда очень сильно боюсь, на той неделе прилетал, я на следующий день четырех голубей не досчитался. Не знаю, кто навез сюда этих небольших хищных птиц, они для голубей хуже орла. Копец маленький и быстрый, его моим пташкам не видно, он голубей — хвать, и полетел! Лучше бы белочек привозили в деревню, а не птиц диких.

 — Сколько здесь голубей сейчас?

— Штук 60, самому старшему пять лет. Каждый голубь — уникальный. У взрослых нарост на носу, у молодых клювы длинные. У каждой пташки свое платье, у кого бывает розовое, у кого — кипельно-белое.

— Отпускаете часто?

— Часто, я их нашугаю, и полетели. Бывает, не видно ни одного, как высоко. Молодые птицы боятся, это, в основном, старенькие кружат. Им застаиваться нельзя, они летать должны, у них в облаках стихия.

— Как разводите?

— Разводить очень тяжело, это особая наука. Чтобы были хорошие детки, это нужно постараться. Подбирать нужно по платью, по полету. Брак часто получается, например, голубка красная, а перо одно темное торчит. Раньше все домашние голуби выходили из монастырей, эта была традиция. Какой монастырь без голубя? Другое было время. Я за своих очень переживаю, с современной экологией они долго жить не будут. Сейчас мало кто интересуется голубями, а ведь эта птица такая умная и благородная.

Смерть — не повод для расстройства, это естественно. Выпустишь птиц там, где горе — людям легче становится

— Гости бывают?

— Детишки всегда приходят, просят подержать, погладить, а так — больше никто. Я сам иногда с птицами прихожу, когда у кого-то траур. Смерть — не повод для расстройства, это естественно. Выпустишь птиц там, где горе — людям легче становится. Ну ушел человек и ушел, голуби помогают снять лишний траур.

— В Самаре трудно найти действующую голубятню, в которую можно прийти и посмотреть на птиц. Как вы думаете, эта культура исчезает?

— Я не знаю насчет культуры, голубятники потихоньку стареют точно, а тут же нужна забота и любовь от сердца. Сейчас людям это все стало не нужно, они на небо-то почти не смотрят.