1928

Вокзал, храмы и розовые мечты: какую Самару строили двадцать лет назад

Анастасия Левкович

Двадцать лет назад архитекторы придумали новую Самару — со сказочными домами, причудливыми сочетаниями цветов и форм, благоустроенными площадками у школ и настоящими дворцами на просеках. Но суровые девяностые наложили на город свой отпечаток, — и на смену розовым мечтам пришла серая реальность с хаотичной застройкой и конфликтом старой и новой среды. «Большая Деревня» спросила у профессора архитектуры, заведующего кафедрой «Информационное проектирование» СамГТУ Сергея Малахова, как Самара могла стать городом-сказкой и почему не стала, как девяностые отняли у самарцев невероятные проекты, но подарили ж/д вокзал и онкоцентр, почему молодые архитекторы не разъезжались по столицам и какое наследие осталось от лихих времен.

Что происходило

Кризис Советского Союза тянулся слишком долго: именно он в начале девяностых вынудил правительство провести реформу экономики и буквально в миг перевести страну на рыночную систему. Все решило объявление Бориса Ельцина на V съезде народных депутатов РСФСР, где он сообщил о переходе к рынку с января 1992 года. Все сферы, связанные с финансами, были вынуждены переориентироваться с плановой экономики на рыночную, — и строительство не стало исключением.

Сергей Малахов

Профессор архитектуры, заведующий кафедрой «Информационное проектирование» СамГТУ

На место типовой застройки пришла индивидуальная, вследствие чего возникло множество мелких архитектурных бюро. Появились интересные заказы на жилые дома причудливой формы, частные замки на просеках, банки и разные многофункциональные комплексы. Но как вести работу, тогда никто не понимал: как правильно составлять техзадание, согласовывать макеты, формировать бюджет и, самое главное, строить. Прежние государственные проектные институты и строительные корпорации практически исчезли. Заказчиками в этот беспокойный период чаще всего были не политики и бизнесмены в белых рубашках, а люди, больше похожие на бандитов. Помню, как такие клиенты приходили в наше бюро «Ковчег» с мешками денег и просили спроектировать все что угодно — от виллы на берегу Волги в ретро-стилистике до современного здания в историческом центре. У них были реальные деньги, и вовсе не на банковских счетах, а буквально в карманах. Они могли внезапно появиться и также внезапно исчезнуть.

В каком-то смысле это было романтическое время, полное свободы и новых идей: архитекторы могли разрабатывать любые фантазии, придумывать невероятные проекты, за создание которых люди были готовы платить, — но большая часть из них так и осталась пылиться в архивах. Например, в 1992 году по заказу администрации Ленинского района мы проектировали «Джоан-хаус» — проект многоквартирного дома, сделанный в нетиповой стилистике с интригующей архитектурой в стиле постмодерна и большим количеством закодированных смыслов. Но несмотря на то, что проект рассматривался всерьез и был доведен до рабочей документации, его так и не построили.

Макет «Джоан-хауса» — проекта многоквартирного дома.

Что строили

Несмотря на массу сказочных проектов, до строительства в девяностые доходило крайне редко: у государства был огромный долг, который не позволял тратить большие средства на архитектурные изыски, а для людей с деньгами еще не было четко отлаженной системы, которая позволяла бы воплощать задуманные проекты. Однако кое-что в это время все же возвели. Так, еще в 1995 году архитекторы разработали проекты нового здания железнодорожного вокзала; в архиве «Волжской коммуны» сохранились публикации двух первых вариантов — Вагана Карканьяна и Юрия Храмова. Победил Храмов: окончательный макет выбрали и утвердили к 1996 году, и тем же летом в канун Дня железнодорожника в фундамент нового вокзального комплекса заложили первый кирпич. Полностью первую очередь здания вокзала реализовали уже к 2001 году — притом, что строительство вели без остановки движения пассажирских и пригородных поездов через станцию Самара.

Визуализация проекта железнодорожного вокзала. Источник фото

Сергей Малахов

Профессор архитектуры, заведующий кафедрой «Информационное проектирование» СамГТУ

Поскольку соотнести желания с реальностью было трудно, архитекторы в Самаре, как и по всей стране, в то время чаще всего работали вовсе не в жанрах современной архитектуры, как это происходило на Западе. Людям, уставшим от типовой застройки, понадобился стиль с ретроспективными, сказочными мотивами. В таких проектах много деталей, причудливых сочетаний форм и цветов. Если же говорить о постмодерне серьезно — это сложный язык с несколькими слоями: один из них рассчитан на обывателя, а второй на профессионала. Это такая игровая архитектура, где преобладает мечта об историческом городе.

Параллельно к нам начала приходить практика Запада с продуманным и реалистичным минимализмом. Так в 1995 году под руководством канадской фирмы Peri в Самаре на Поляне Фрунзе строят онкоцентр. Там впервые используют современный стиль и технологии: ленточные окна, белый цемент, монолитный каркас, навесные панели сложной формы и стеклянные крыши.

Строительство Самарского областного клинического онкологического диспансера. Источник фото

По публикациям в общественно-политических газетах «Волжская коммуна» и «Самарская газета» можно заметить, что в девяностые началось восстановление церквей. Причем средства на них чаще всего собирали всем миром: на страницах изданий регулярно появляются объявления по сбору пожертвований на новый храм.

Строительство собора во имя святых равноапостольных Кирилла и Мефодия

В интервью «Самарской газете» от 1996 года замглавы администрации Самары Константин Ушамирский отмечает, что именно в девяностые в городе увеличился объем хаотичной жилой застройки, при этом за первое полугодие на строительство потратили около 700 миллиардов рублей и 80% всей застройки велось на частные средства.

Как строили

Если говорить о технологиях, с начала девяностых в строительстве стали использовать монолитный каркас из железобетона. Этот метод позволяет в короткие сроки возводить сооружения практически любой этажности и формы. Главный плюс — возможность создания гибкой планировки и фасадов в любой архитектурной стилистике.

Кто проектировал

Сергей Малахов

Профессор архитектуры, заведующий кафедрой «Информационное проектирование» СамГТУ

На подъеме в девяностых были архитекторы Альфред Хахалин, Юрий Храмов и Алексей Герасимов — все они открывали свои конторы. Сначала это были просто мастерские, а с 1992 года все частные предприятия приказали перерегистрировать в ООО. К нам стала подтягиваться молодежь — дети архитекторов, выпускники архитектурной школы. При этом никто особо не рвался в столицу: специалисты были нужны и востребованы здесь, в Самаре.

Сейчас же выпускники стремятся уехать из города, так как в основном ведется типовая застройка, для которой не нужна сложная и интересная авторская работа. Это грустно, — ведь если бы мы воплотили все те проекты, которые были намечены еще в девяностых, то получили бы гораздо более логичную и прекрасную городскую среду без конфликта новой и старой архитектурной формы.