5824

Самара на районе: как живут люди в разных частях города

Юля Ваулина

В последние десятилетия Самара застраивается и меняется едва ли не большими темпами, чем во времена дедушки Хрущева: на окраинах вырастают районы эконом-жилья, в центре — элитные высотки. «Большая Деревня» выяснила, чем живут люди в новых районах и старом центре, кто любит городские праздники меньше остальных и почему панельки — это не способ строительства, а основа мировоззрения.

«Кошелев» с полным правом претендует на звание самарского феномена. Фундамент первого дома был заложен в 2010 году, а сегодня по официальным данным в рамках проекта уже построено больше 20 000 квартир, населенных почти 80 000 человек, и на очереди — новые территории застройки. Причина популярности проста: квартиру можно купить за миллион, дома строятся быстро и сдаются в срок. Инфраструктура тоже на уровне — зеленые насаждения, современная школа, детский сад и даже скульптуры.

Кроме поклонников, есть и критики, утверждающие, что «Кошелев» — это гетто с картонными стенами, перебоями с водой, проблемами с канализацией и отсутствием каких-либо развлечений, кроме «Меги». Спросили у местных жителей, так ли хорошо жить в «городе будущего», как об этом говорят, и узнали, почему Крутые Ключи нельзя называть бандитским районом, почему там явно лучше, чем в центре, и почему соседи для кошелевцев — лучшие друзья. Подробности — по ссылке.

Волгарь, расположенный в Куйбышевском районе Самары, мелькает в новостной ленте явно реже Крутых Ключей, а между тем, отличается от кошелевских поселков только с виду. По факту, тут то же эконом-жилье и та же комплексная застройка — разве что чуть ближе к центру города. Наряду с явными преимуществами в виде озер, парков, доступных школ и детских садов, тут очевидны и недостатки: тотальная стройка, отсутствие развлечений и учреждений здравоохранения, запах с очистных сооружений и Новокуйбышевского НПЗ.

Отделили вымышленные проблемы от реальных вместе с жителями района: спросили, нравится ли им в экограде, насколько оправданно Волгарь считают гоп-местом и за что его стоит полюбить. Правдивые рассказы о близкой природе, тотальном спорте и длинных пробках — в нашей статье.

С той же стороны от Самары, но с другой стороны от поселка Кряж расположен Южный город. Тут и проблемы такие же — плюс перманентная пробка на Южном мосту. Говорят, дорога от Южки до центра по свободной трассе занимает всего около 20 минут, но на практике проверить это представляется возможным только ночью. Узнали у местных все о звуках и запахах района, ценах на квартиры и особенностях последних: почему железная дверь в Южке — не помеха для вора, зачем уезжать сюда из центра города и кому является автобус-призрак.

Еще один предмет разговоров для жителей Южного города — цыгане, поселение которых находится в соседнем Яицком — их обвиняют в регулярном воровстве, называют их детей хулиганами, а в интернете разжигают межнациональную рознь. В начале осени «Большая Деревня» съездила в Южку, чтобы разобраться на месте, услышав мнения обеих сторон. Итоги поездки можно прочитать в нашем материале.

Ближе остальных к новому месту силы — стадиону «Самара Арена» — расположился ЖК «Новая Самара», многоэтажки которого возводят на Московском шоссе — условно, между Мехзаводом и Кошелевым. На сегодняшний день из 65 домов проекта возведено 7, а живут в них 8000 человек.

Узнали у жителей, почему район у федеральной трассы называют экологичным, чем знамениты здешние дома и квартиры, сколько времени уходит на дорогу до города и почему автомобилистам тут живется лучше, чем пешеходам. Читаем по ссылке, как местные борются с постоянным шумом всестороннего ремонта, почему не гуляют в огромном лесу у дома и что не так с пешеходным переходом через Московское шоссе.

В феврале этого года рэпер Хаски воспел «панельку»: одноименный трек рассказывает о потомственном жителе многоэтажки, повторяющем трафарет «панельной драмы». В этом шаблоне — похожие друг на друга дни и стенки с хрусталем. Так типовая застройка стала синонимом серости и неблагоустроенности. При этом в Самаре есть целые ареалы, образованные панельными домами без светлого будущего и надежд на него. Поговорили с жителями номерных микрорайонов о том, действительно ли их жизнь так плоха и кто кого формирует — место человека или наоборот. Придирчивый взгляд изнутри — в нашем тексте.

Дома в старой Самаре — сердце города, страдающего от аритмии: одни называют центр развалинами, которые давно пора снести, другие воспевают его резьбу и сутулые крыши. Урбан-сообщество много говорит о полуразрушенных зданиях, но мало — о людях, которые в них живут и каждый день борются с ощущением, что квартира вот-вот развалится или загорится. Спецкор «Большой Деревни» Карина Лебединская переехала в дом 1886 года постройки и испытала жизнь в старом центре на себе — честный репортаж-дневник опубликован по ссылке.

Дом-«кукуруза» на Осипенко/Ленина давно и чуть ли не единогласно самарцы признали самым страшным в городе. Известные планировщики при этом называют его настоящим образцом позднего брутализма. Едва появившись, муравейник на Осипенко, 32 в народе стал «теркой», «напильником», «душегубкой» и даже «прыщом» — всего мы насчитали 24 варианта названий. Образ грузного серого строения, изрешеченного окнами и испещренного балконами, останется в сознании жителей как нечто жуткое и окутанное мистическими историями — даже если его все-таки перекрасят в «жизнерадостный» цвет. «Большая Деревня» узнала, что пугает аборигенов в главном эксперименте градостроителей, почему им не выбраться при пожаре, как местные нашли в стенах «криптонит» и правда ли, что с двадцатого этажа можно услышать, о чем говорят на втором. Ответы жителей — в нашем детальном обзоре.

Знаменитый Козловский дом, или дом авиаторов на проспекте Ленина, 1, построенный в 1981 году, может смело пополнить список самых длинных домов России. Здание длиной более 700 метров протянулось от улицы Первомайской до улицы Осипенко, соединив в себе 28 подъездов и около тысячи квартир. «Большая Деревня» узнала, чем живет и с кем борется дом, задуманный как советская мечта. Узнаем по ссылке, как его строили круглосуточно и всем миром, как жители народным протестом заморозили строительство под своими окнами здания арбитражного суда и как живется внутри архитектурного феномена.

В Новый год, день Победы, а также ряд промежуточных и менее значимых дат площадь Куйбышева превращается в филиал Диснейленда — с экшеном, иллюминацией и фейерверками. Единственные люди, которые не разделяют общего восторга — жители окрестных домов. Каждое городское мероприятие для них — это грохот под окнами, перекрытые улицы и толпы незнакомцев во дворах. Публикуем истории четырех местных жителей: смотрят ли они салют с балкона, устают ли от шума и любят ли городские праздники так, как все остальные.