3020

Мнения: где в Самаре гулять пешком

Екатерина Мокшанкина

Американский урбанист Джеф Спек считает, что если в городе много пешеходов, то это комфортный город: людям нравится то, что их окружает, все вокруг располагает к прогулке, а пространство организовано продуманно и безопасно. «Большая Деревня» решила выяснить, насколько комфортна в этом плане Самара: попросили горожан рассказать, как часто они гуляют пешком и гуляют ли вообще, какие места любят и в какие районы не заходят, а также мешает ли им знаменитая мордовская плитка. Бонус — интересные пешеходные маршруты от самарских экскурсоводов, поэтов и архитекторов.

Никита Рублев

Поэт

Я могу назвать себя пешеходом в квадрате: я очень много гуляю, если выдается свободный вечер, просто цепляю наушники и ухожу очень далеко. Самая сумасшедшая дистанция была этим летом: я просто вышел из дома на Полевой — и дошел до Новокуйбышевска. Друзья сказали, что я псих, но я считаю, что грех использовать машины, когда у нас такое крутое городское пространство. Если сравнивать с Москвой — там чуть выйдешь за пределы центра, и хочется материться. Собянину стоит иногда вылезти из своего лимузина и пройтись хотя бы от МГУ до Кутузовского проспекта, где ты в какой-то момент упираешься в эстакаду и бегаешь между машин, просто не понимая, как тут перейти дорогу.

Если спуститься под Южный мост и не попасть под поезд, можно увидеть дурную скульптуру лося, которому местные уже пообломали рога

Любимых мест неимоверно много: от Полевой до реки можно гулять бесконечно, ну и все банальности типа набережной и Ленинградки тоже в моем списке. На улице Пензенской во дворах много интересных граффити, а на окраине Запанского есть выход на дикий пляж. И парки у нас классные — даже парк Победы по-своему любопытный. Свернув в рандомный двор на Аэродромной, натыкаешься на бюст Ленина, на Галактионовской очень красивый недействующий фонтан. Если спуститься под Южный мост и не попасть под поезд, можно увидеть дурную скульптуру лося, которому местные уже пообломали рога. Безымянку в городской культуре принято хэйтить, а там есть и бункеры, и заброшки, и граффити — свой шарм. Подруги получили задание переписать памятники архитектуры в Запанском и попросили поехать с ними в качестве охраны — я был поражен, как в этом злачном месте много памятников.

Везде есть своя прелесть, стоит только захотеть проложить маршрут. В старом городе, в какой двор ни загляни, везде найдешь что-то крутое — хоть граффити, хоть произведения жэк-арта — и тупые до хохота, и клевые. Рядом с ЖК «Париж» поставили просто камень на постаменте с подписью «центр Самары» — и хотя это полная ерунда, даже обычный булыжник, наделенный смыслом, привлекает людей.

Чтобы пешеходов становилось больше, стоит поддерживать людей, которые делают интересные мероприятия и арт-объекты. Взять художника Клауса — он превращает Самару в гигантский квест: у меня есть знакомая, которая по всему городу собирает карту его граффити. Еще сейчас много необычных экскурсий — как только появляется новая, люди бегут туда, потому что мало знают про собственный город, а это же классно — узнать потрясающую историю про дом, мимо которого ты каждый день ходишь.

Не менее важно преобразовывать среду. Например, в Ярославле стрелку слияния Волги с какой-то маленькой речушкой к 1000-летию города превратили в такое потрясающее пространство, что стоило бы перенять такой опыт для обустройства Хлебной площади. А улица Куйбышева могла бы стать второй Большой Покровской Нижнего Новгорода — я видел потенциал такого превращения этим летом во время ЧМ.

Настя Гриценко

Менеджер по продвижению в «Большой Деревне», техно-промоутер

Одна из моих любимых фраз из разряда «О себе»: «Я всегда хожу пешком, будто [стукнутый] мешком», так что да, пожалуй, я убежденный пешеход. Я живу в районе Троицкого рынка, и, когда у меня есть время пройтись до Ипподрома или площади Кирова, с удовольствием это делаю. О четырехкилометровых дистанциях до работы вообще молчу: нет ничего гаже утреннего общественного транспорта в любое время года, а часовая прогулка быстрым шагом наедине с музыкой и собственными мыслями — просто идеальное начало дня.

Автомобилисты на зебрах без светофоров – это правда страшно

У меня есть машина, но я на ней не езжу — боюсь облениться и растолстеть, хотя очень люблю водить. Когда появился телефон с шагомером, я даже одно время параноила и ругала себя, если не проходила в день 10 километров. В итоге у меня очень болели колени, за ночь я не успевала отдохнуть и просыпалась уже измотанной — сейчас в маршруте «дом-работа-дом» пешком иду только в одном направлении.

Ходить меня приучила мама — ей же я обязана длинными ногами, которые позволяют вывозить марш-броски. В начальных классах я училась в районе фонтанов Осипенко, а жили мы возле городского кладбища на Партизанской — и до школы добирались пешком. Еще у нас была воскресная традиция — гулять от дома до Загородного парка, объедаться там гадостями и возвращаться обратно на трамвае. Сейчас маме 52, воскресных традиций у нас давно нет, в школу меня водить не надо, но я точно знаю, что она много ходит пешком — постоянно жалуется на водителей-беспредельщиков, которые не пропускают на переходах. Автомобилисты на зебрах без светофоров — это правда страшно: меня не раз задевали тачки, да и сама я знаю, как порой тяжело среагировать на человека, который переходит дорогу быстрым шагом. Кроме мамы, убежденных пешеходов я не знаю, потому что мало общаюсь с людьми, но заочно респектую всем, кто любит ходить.

Вся Самара приятна для прогулок до наступления холодов: меня не волнует убитость тротуара, пока я не проваливаюсь в глубокие лужеямы при первых заморозках или пока реагентное месиво не испортит пару новеньких ботинок — очень не люблю мерзнуть и промокать. Зима переживается легче, когда ты не вязнешь в куче снега и дерьма, — Москва тому подтверждение. Для меня прогулка — это способ медитации и диалога с собой, поэтому неважно, центр или нет — люблю места, которые напоминают кого-то или что-то, а еще очень люблю Волгу. Кстати, дико бомбит с того, что причал у Речного вокзала в сторону Хлебной площади закрыли для тех, кому не нужна переправа. Вид на реку загородили уродской клеткой и все испортили, а по-моему, там было лучше, чем на парадной набережной — расстроилась, больше туда не хожу.

Мой любимый маршрут – Поляна Фрунзе – Венцека-Самарская, тут и объяснять нечего: ты идешь по прямой и за два часа проходишь весь город

На самарских улицах я чувствую себя если не безопасно, то уверенно: 90% гопоты ниже и меньше меня в два раза. С сумасшедшими, бухими или вожделеющими прохожими вести себя надо, как с животными, — тупо не смотреть в глаза, кротко опускать их, в моем случае этот приемчик действительно работает. Помню только один случай, когда стало страшно — и одновременно смешно: этим летом, часов в девять вечера, я шла по безлюдной Венцека, и на светофоре со мной рядом встал бухой и очень грязный мужик. На улице было прохладно, я была легко одета, он сначала посмотрел на меня и улыбнулся, а потом снял с себя воняющую мочой куртку, накинул мне ее на плечи и проблеял: «Ну че ты мерзнешь, а?» — джентльмен!

Мой любимый маршрут — Поляна Фрунзе — Венцека-Самарская, тут и объяснять нечего: ты идешь по прямой и за два часа проходишь весь город, видишь его таким разным. По необъяснимым причинам я мечтала пожить в панельке в районе Поляны на той стороне Ново-Садовой, что ближе к Волге, так что могу зайти в какой-нибудь двор на перекур, посидеть на скамейке минут 20 и позалипать на жизнь местных. Еще люблю Солнечную — она ассоциируется у меня с семейной жизнью и абстрактными людьми, у которых все благополучно, — мысли о них очень успокаивают. Дальше — Загородный с детскими воспоминаниями. За ним — трансгрузовские муравейники в Овраге Подпольщиков — огромные и некрасивые, но в них так круто отражается закатное солнце. После Осипенко начинаются сталинки — их сейчас модно любить. Ну а за Полевой — родные гнилушки вперемежку с глыбами-новостроями: можно сколько угодно ругать эту уродливую компашку, но без нее Самара уже не будет собой — угловатой и несуразной, но любимой до ужаса.

Андрей Олех

Писатель

Я коренной житель Безымянки, и обычно хожу пешком, потому что все рядом. Такси пользуюсь только для поездок в историческую часть города по делам. Друзья с автомобилями моего пешего энтузиазма не разделяют, что понятно — надо же им оправдывать свою покупку. Я же считаю, что машина в большом городе не нужна: такси пользоваться проще и дешевле, а для всего остального хватит ног.

Безымянка – это родное место, а Волга просто красива

Исторический центр и моя любимая Безымянка — более чем удачные места для прогулок. В «городе» есть набережная, а у нас много зелени, очень красивая улица Победы с потрясающими «сталинками», много скверов. В микрорайонах, на мой взгляд, не очень приятно гулять, хотя, наверное, для тех, кто там родился, и в них есть свое очарование.

Из очевидных мест могу назвать парк «Молодежный» и сквер «Калинина», очень люблю гулять по улице Свободы, она такая тихая, зеленая и уютная. Разумеется, сложно представить человека, которому не понравится прогулка по набережной, — тут и объяснять ничего не надо. Но Безымянка — это родное место, а Волга просто красива

Я много работаю по ночам и для смены обстановки стараюсь гулять перед рассветом. Например, я видел сухое озеро в парке Молодежный, доверху заполненное туманом, он перетекал на легком ветру, казалось, что оранжевые фонари вокруг обозначают пристани.

Сейчас город стал безопаснее, чем в прошлом. Десять лет назад я боялся заходить в парк «Молодежный» с двумя немаленькими собаками, а теперь спокойно гуляю там с дочкой и катаюсь на велосипеде по ночам. К сожалению, все это сильно зависит от экономической ситуации. Как только станет хуже, тьма снова затопит улицы.

Надо понимать, что все славословие пешим прогулкам относится к пяти или, если повезет, шести месяцам в году. Прошлой зимой на Безымянке, кажется, вообще не чистили снег — так что если ты не Беар Гриллс, получить удовольствие от прогулки будет непросто. Отсюда и мое пожелание властям — чистить улицы. Сами жители могли бы меньше сорить, но я понимаю, что сложно удержаться и не выкинуть окурок, если кругом нет урн, а все газоны покрыты мусором.

Дмитрий Орлов

Архитектор

В отношении выбора, быть пешеходом или автомобилистом, я не впадаю в крайности: с удовольствием вожу машину, пользуюсь общественным транспортом и много хожу пешком. Оставить автомобиль за несколько кварталов до точки назначения или пройтись от парковки до дома минут пятнадцать — это нормально для всех, не только для меня.

При выборе маршрута качество тротуаров для меня на 25 месте

Конечно, для пеших прогулок больше подходит старый город с развитой и многообразной средой. В районе Заводского шоссе, например, я вспоминаю про машину гораздо чаще и с большей нежностью.

При выборе маршрута качество тротуаров для меня на 25 месте: ноги ломать, конечно, никто не любит, но если в центре города асфальт кривоват — это не беда. Приятно ходить там, где много интересного для пешехода — от деталей фасадов и зелени до магазинов и кафешек.

Что касается любимой Меркушкиным плитки, ее одинаково любят все губеры по всей стране — это просто более экономичный и экологичный способ мощения, чем асфальт. Там, где плитка качественно уложена, ходить хорошо, где некачественно — плохо.

Я крупный не очень соблазнительный мужчина — мне передвигаться по улицам в одиночку не страшно. Если серьезно, безопасность в городе зависит от количества глаз: если пространство просматривается, освещено, благоустроено и там есть люди — на улице или за стеклами окон и витрин, — там безопасно. Таким образом, безопасность и количество пешеходов — это взаимно обусловленные величины.

Простых рецептов комфортного города
не существует

По любимым маршрутам у меня никаких сюрпризов: набережные, общественные пространства, парки, скверы, улицы старого города. Выбираю, где больше зелени, где красиво, где почище воздух, где больше встреч со знакомыми, открытых дверей и витрин.

Преимущество уличной прогулки перед поездкой на общественном транспорте — не только в возможности чувствовать ветер и запах, но и в возможности самому выбирать сценарий. Даже гуляя по непрезентабельной улице, можно получить удовольствие — нужна либо музыка в уши, либо хороший друг рядом.

Простых рецептов комфортного города не существует — приоритеты в изменении сперва формируются общественным мнением, затем становятся головной болью власти и только тогда реализуются. Чтобы улучшить то, что вы видите вокруг себя, нужно в первую очередь формировать запрос — то есть, оценивать и требовать. Потом нужна размеренная, рациональная и честная работа на каждом рабочем месте, которое есть в городе. Это звучит очень скучно — но это только так, по-другому не бывает.

Андрей Кочетков

Журналист, идеолог фестиваля «Том Сойер Фест»

Большая часть времени, которого я провожу пешком на улицах города, — это не прогулки. Я хожу пешком по делам, если нужные места находятся в доступности 30-40 минут. Не нужно сводить пешее передвижение только к прогулкам в свободное время, к чему постоянно нас пытаются привести некоторые рассуждающие о пешеходной инфраструктуре люди.

Говоря о зонах, комфортных для пешего передвижения по городу, могу назвать основную часть исторического центра и отдельные «островки» за его пределами — например, улицу Победы.

Гулять же интересно там, где есть привлекательная среда — заведения, куда можно зайти по пути, разнообразные фасады, точки активности. Нужно отметить фактор сезонности — когда у нас лежит снег, ходить по городу сложно.

Часто автомобилисты, изолированные в салоне от общества, склонны демонизировать население

Покрытие также играет роль в удобстве передвижения: есть такие места, где тротуар вообще не проложен. В районах Заводского шоссе все очень печально — наверное, у властей не доходят руки, хотя и там пешеходов предостаточно. Что касается плитки, то надо посмотреть, как она поведет себя, когда «перезимует». Если же она не вспученная, не раздолбанная и не скользкая, ходить по ней приятнее, чем по асфальту.

Если говорить о том, что теряют люди при отказе от пеших прогулок, стоит разграничить автомобилистов и пользователей общественного транспорта — у последних есть возможность смотреть в окно, а водитель машины видит только то, что происходит на трассе. Кстати, часто автомобилисты, изолированные в салоне от общества, склонны демонизировать население. В этом одна из проблем россиян: все стараются закрыться, огородиться, будто вокруг живут дикари, которым нельзя доверять.

Если вспомнить легендарный снегопад 2008-го года, когда вся Самара встала и пошла по сугробам пешком, я с искренней радостью наблюдал, как люди готовы помогать друг другу: незнакомцы подавали руку, настроение на улицах царило невероятное. Горожане осознали, что вокруг них живут неплохие люди.

С засильем автомобилей в центре очень качественно борются в Москве: платные парковки, доступность общественного транспорта, благоустройство города. Конечно, многие москвичи очень недовольны тем, что бесплатно оставить машину теперь нельзя, но это вынужденная мера, которая нужна для того, чтобы отказ от личного автотранспорта, которого непозволительно много в столице, был выгоднее и удобнее, чем его использование.

Десять лет назад на городских улицах еще могло произойти что-то из ряда вон выходящее, однако сейчас на них совершенно спокойно. Не знаю, с чем это связать — вряд ли с патрулями ДНД, которые исчезли так же внезапно, как и появились.

Ходить вдоль Московского шоссе будет некомфортно в любом случае

Квартальная советская застройка своими масштабами не очень располагает к удовольствию от прогулок. Модернистский советский размах не соразмерен человеку, мне в таких местах неуютно. С этой точки зрения кварталы хрущевок могут быть даже симпатичнее — уютные, зеленые. А некоторые люди, рожденные в Тольятти, находят приятными панельную застройку вдоль широких улиц.

Пешеходная доступность города для меня очень важна. Например, в Красноярске или Уфе мне нравится меньше, чем в Самаре, потому что там через исторический центр проходят шумные многополосные трассы, которые сложно перейти, заметны проблемы с озеленением. Хотя и у нас в городе достаточно проблем с озеленением, — и это серьёзный минус для пешеходной инфраструктуры.

Есть стандарты благоустройства, которые разработало КБ «Стрелка», — там прописана адекватная ширина тротуаров, как располагать зеленые посадки. Но важно понимать, что контекст играет роль: ходить вдоль Московского шоссе будет некомфортно в любом случае.

Андрей Артемов

Журналист, экскурсовод

Я к пешеходному передвижению отношусь положительно, воспринимаю его зачастую как спорт. Японские ученые считают, что в день стоит проходить от восьми километров, — по выходным стараюсь достигать этого показателя, борюсь так сказать, с сидячим образом жизни. В общем, ходить пешком — хорошо, правильно и полезно.

Для меня Самара — комфортный город, потому что я человек еще молодой, могу преодолевать различные препятствия, а вот пенсионерам, молодым мамам с колясками, детям и маломобильным гражданам, конечно, тяжелее — особенно на окраинах, где нет должного благоустройства пешеходных пространств. Я не вел специальной статистики, но недавно по краеведческой необходимости был в Юнгородке — там с тротуарами все не очень радужно: как в советские годы их проложили, так с тех пор и не трогали.

Мои любимые городские маршруты предсказуемы: это набережная и центр города, где я работаю и вожу экскурсии. Если же говорить о далеких от центра районах, есть отличный проспект Юных Пионеров, который тянется от Металлурга через Безымянку — там можно и пройтись пешком, и пробежаться, и на лавочке посидеть. Чего я не понимаю, так это недавнего превращения разделительной полосы от «Современника» до госуниверситета в бульвар: поставили скамейки, уложили газоны, какие-то арочки для фотосессий. Вроде красиво, но как можно наслаждаться отдыхом, когда с обеих сторон от тебя непрерывно несутся машины? Я бы там отдыхать не стал.

Не все граффити одинаково полезны

Чтобы сделать город комфортнее для пешехода, стоит в первую очередь озаботиться озеленением. Даже на Московском шоссе, на участках, где между тобой и машинами есть деревья, идти приятно. Не так давно появилась пешеходная зона от Ташкентской до нового стадиона — там и велосипедисты ездят, и пешеходы движутся, а от потока автомобилей их ничто не ограждает. Еще стоит позаботиться о маломобильных группах граждан — людях на колясках и с колясками: пандусов должно стать больше.

И о том, что раздражает. Повальное увлечение граффити играет двоякую роль — не все они одинаково полезны: часто можно встретить надписи (так называемый теггинг), которые выглядят очень убого, а подчас и портят уже существующие, красивые граффити.

Ирина Саморукова

Литературовед, литературный критик

Самара не самый удобный город для пешеходов — тротуары узкие, вокруг шныряют машины, а мест, где можно передохнуть, мало. Но если погода хорошая и настроение подходящее, я с удовольствием гуляю: я здесь выросла, к тому же, мне нравятся заброшенные, пустынные ветхие места.

Если говорить о Безымянке, то там я стараюсь бывать только в случае необходимости и передвигаться исключительно на такси — просто потому что я выросла в то время, когда туда, как в другой город, ходило всего два-три автобуса. Так что не могу судить о прелести этих мест.

Мне нравится скверик на площади Куйбышева, тот, что перед Домом актера — он уютный, может быть, потому что пустынный. Мне вообще публичные пространства нравятся, а народ наш в последнее время — нет.

Люблю гулять от Ленинградки в сторону Самарки — там есть прекрасные дома, нетронутая усадебная застройка, кажется, что там и дух другой, и жизнь другая. Правда, дороги там, в отличие от многих других в центре, не отремонтированы — просто жесть. Когда мне нужно поднять настроение, я спускаюсь к Волге от ЦУМа по Красноармейской или лучше по Рабочей, потому что там нет машин и трамваев.

Хочется, чтобы город был уютен и прекрасен для его жителей, а не для гипотетических туристов

Чтобы пешеходам нравилось в городе, нужно, как в Европе, жить на улице — то есть, гулять, не забиваться в квартиры, не уезжать в теплые деньки за Волгу. Вообще, наличие Волги — это наша беда: чуть становится тепло, она становится центром притяжения, а улицы пустуют, кроме тех, что примыкают к набережной.

В нашем городе тигра на улице не встретишь, здесь интересны случайно подслушанные разговоры, увиденные сценки, мелочи вроде необычного скола на здании — это все очень личное. Самару постоянно пытаются представить туристической столицей, ищут что-то, чтобы удивить какого-то условного гостя, мне очень не нравится такая политика. Это логика чиновника, которому хочется отчитаться, что «и мы не лыком шиты», хотя мы не Москва и не Берлин. Самара для меня — дом, у меня здесь жили родители, дед, бабушка, прабабушка — многие-многие поколения. Хочется, чтобы город был уютен и прекрасен для его жителей, а не для гипотетических туристов. Дом должен быть удобен для меня, а не чтобы кому-то его предъявлять, — и только тогда он станет интересен другому.