1629

Я победил проблемы с речью: 3 истории

Текст: Николай Щера Видео и фото: Никита Юров

По данным минобра, больше половины детей приходят в школу с логопедическими проблемами — картавостью, шепелявостью, заиканием. Многие считают, что если в детстве их исправить не получилось, то в более зрелом возрасте сделать это почти невозможно. «Большая Деревня», вспомнив фильм «Король говорит», усомнилась в этом утверждении и нашла героев, которые не только научились контролировать свои речевые особенности, но и связали жизнь и работу с публичными выступлениями. Рассказываем, чего стоит лидерское произношения буквы «р», как бороться с заиканием от волнения и помогает ли обет молчания обрести правильное произношение. Бонус: советы по борьбе с речевыми особенностями от каждого из героев.

Юлия Перелома
26 лет

тренер по личностному и профессиональному росту

Раньше за мою картавость меня часто называли француженкой. Как ни странно, в детском саду я произносила букву «р» правильно. Но однажды услышала, как кто-то из взрослых умышленно в шутку прокартавил, и повторила. Все засмеялись: «Здорово, скажи еще!». И я начала говорить так постоянно, потому что мне нравилось смешить людей. Педагоги в детском саду очень удивлялись: «Как так? Она же раньше говорила правильно, а теперь картавит!»

Когда я пошла в школу, меня начали передразнивать. И я решила, что с дефектом речи надо бороться: ходила к разным логопедам, занималась по разным методикам, но все без результата — так и поступила в университет «француженкой». При этом я всегда мечтала выступать на сцене — в школе на праздниках, в университете на официальных мероприятиях — и при случае делала это несмотря ни на что. Надо понимать, что микрофон усиливает не только речь, но и все, что в ней не так. Всякий раз, когда я слышала свою «р», меня как кололо!

В 19 лет я начала заниматься вокалом. Хотела попасть на областной конкурс, но комиссия отказала — из-за моей картавости. Сказали, что на большую сцену выходят только люди с идеальной дикцией. Мне было так обидно! Я очень сильно расстроилась и пришла к своей преподавательнице по пению вся в слезах: думала, что путь на сцену и вообще везде для меня закрыт. Тогда она порекомендовала мне еще одного логопеда — женщину, которая занималась с дошколятами. Когда я пришла, у нее как раз были малыши: ходили по кругу и «рычали» — повторяли скороговорку то ли про носорога, то ли про трактор.

Логопед сказала, что я уже взрослая, и шансов, что я начну говорить нормально, очень мало, кроме того, у нее попросту нет времени на меня. Я начала ее упрашивать и в ответ услышала: «Хочешь заниматься — вставай вместе с детьми, повторяй скороговорки». Сначала было неловко: мне около 20 лет, а вокруг одни малыши! Но я встала и ходила с ними по кругу, вместе рычали. Оказалось, что у некоторых детей «р» получалась намного лучше, чем у меня.


Если хочется что-то менять — картавую «р», внешность, работу или личную жизнь, — делать это нужно только для себя самого


Еще эта женщина посоветовала мне сборник упражнений для самостоятельных занятий, показала, как ставить язык, чтобы произнести правильный звук. Я поняла, к чему нужно стремиться, и начала заниматься сама. Посвящала этому все свободное время, даже в общественном транспорте — когда ехала на учебу или возвращалась домой на 116 километр. Садилась в автобус и рычала. От меня отсаживались люди — я не шучу! Помню момент: ехала на «пазике» в политех на пары, села на заднее сиденье, перед постом ГИБДД встали в пробку на полтора часа. Так я достала свои упражнения и начала: «Носорррррог гулял по трррррррравке». Рядом со мной сидел мужчина. Услышав, как я рычу, он просто встал и переместился куда-то вперед — подальше от меня. Это было очень забавно! С годами научиться говорить правильно сложнее, и процент веры снижается. Но пара-тройка процентов все равно остается — и я хранила их, как пламя свечи.

Я помню тот момент, когда впервые выступила с речью без запинки. Это был семинар по философии. Первое слово, которое произнесла правильно, было «Здравствуйте». Тогда оно казалось мне безумно сложным. Перед выступлением я его тщательно проговаривала, и когда впервые произнесла быстро и четко на выступлении, даже взяла паузу и несколько секунд смаковала этот момент. Многие мои слушатели заулыбались, потому что и преподаватель, и сокурсники знали, к чему я стремлюсь, и в этот момент поняли, что у меня все получилось.


Члены комиссии сказали мне, что на большую выходят только люди с идеальной дикцией


Однажды во время утренней пробежки на стадионе у нас на «стошке» я слушала радио. Диджей пытался растормошить позвонившего слушателя, который был очень немногословен и зажат. Но у ведущего получилось его разговорить и развеселить! И я подумала, что тоже хочу быть такой, дарить людям радость и помогать им раскрепощаться. И я начала искать работу на радио. К тому моменту я уже говорила намного лучше, но моя «р» все еще была не идеальна. Я пришла на «Русское радио» в Самаре. Программный директор Дмитрий Анатольевич дал мне дополнительный цикл упражнений (тоже скороговорки и методики дыхания) и сказал: если хочешь у нас работать, занимайся по два-три часа в день. Я так и поступила и через некоторое время меня взяли в команду.

Потом я получила еще одно высшее образование — психологическое, и сейчас работаю в компании «МегаФон», веду тренинги по личностному и профессиональному развитию. Могу спокойно выступать перед аудиторией в 200 человек. Люблю свою работу, однако и про медиа не забываю: хочу стать ведущей программы «Орел и решка».

Тому, кто переживают из-за каких-то особенностей речи, хочу пожелать меньше заморачиваться и больше жить. А если хочется что-то менять — картавую «р», внешность, работу или личную жизнь, — делать это нужно только для себя самого. Нужно быть верным себе и своему сердцу — только тогда жизнь получится прожить счастливо. А на хейтеров махни рукой и порычи на прощанье!

Максим Аконит
32 года

преподаватель, музыкант

(по просьбе героя фамилия изменена)

Я понял, что с моей речью что-то не так, когда пошел в детский сад. Ребята там говорили странно — заикались или картавили. Я будто увидел себя со стороны: оказалось, что я и картавлю, и заикаюсь одновременно. Но тогда я не придавал этому особого значения, а вот когда пошел в школу, решил, что от заикания нужно избавляться: общаясь, ты все больше осознаешь, что твой дефект заметен окружающим.

Я стал контролировать себя, замечать, на каких моментах запинаюсь и пытаться их избегать. Картавость получилось исправить довольно быстро. Я занимался с логопедом, делал упражнения и в конце концов привык говорить правильно. На заикание ушли годы.

Сейчас я уже гораздо лучше контролирую свою речь, чем раньше. Могу спокойно провести лекцию для большой аудитории студентов — я работаю в вузе. По мере взросления, я понял, что сложнее всего мне даются слова с сочетанием определенных согласных. И постепенно я научился работать с дыханием, быстро подбирать синонимы, которые мне проще произнести, по-другому строить предложения. Но в особо волнительные моменты заикание может появляться снова — начинаешь «вязнуть». Особенно это мешает при общении с девушками. Ты только познакомился и пытаешься наладить отношения, но застрял на каком-то элементарном слове, пытаешься его выговорить, но не выходит, и это продолжается несколько минут — просто какой-то ад, хочется провалиться под землю! Выйти из этого состояния сложно. Правда, девушки обычно говорят: «О! Ты заикаешься? Это так мило».


Постепенно я научился работать с дыханием, подбирать синонимы к сложным словам, по-другому строить предложения


Никакой травли из-за моей речи ни в садике, ни в школе не было. В подростковом возрасте случались насмешки, передразнивания, но это были единичные случаи — я их обычно просто игнорировал. А учителя, когда поняли мою проблему, просто перестали вызывать меня к доске.

Я с детства хотел стать артистом, и уже в студенческие годы стал выступать на сцене. Мой проект называется Laudan, я пишу и исполняю песни. На концертах вообще никогда не заикаюсь, потому что знаю тексты, декламирую их под определенный ритм.

Насколько я понял, причина заикания связана с психологическими моментами. Но исправить это можно «технически»: пойми, какие слова даются сложнее всего, расширяй словарный запас, вооружайся синонимами, научись регулировать дыхание и практикуйся! Если подумать и позаниматься, все получится.

Евгений Салей
36 лет

начальник охраны

Мой дефект речи называется картавость. То есть, звук «р» рождается не на кончике языка, как у нормальных русских людей, а где-то в гортани, как у французов прононс. Когда мне было несколько месяцев, бабушка заметила, что у меня не показывается язык. Тогда меня отвезли в райцентр и врач констатировал, что язык действительно намертво прирос. Взял скальпель и подрезал — но, как оказалось, недостаточно. Произносить правильно звук «р» я так и не научился. О том, что картавлю, узнал в школе от учительницы музыки. Она сказала, что такая грассирующая «р», как у меня, делает мужчин более интересными для женщин. Моя соседка по парте этот факт подтвердила.


Никогда причиной расставания с девушками не была моя картавость. Виной тому — алкоголь, наркотики и разные обстоятельства


Аня была рыжая, а таких, как известно, вообще несколько столетий сжигали на кострах. Я же никаких гонений со стороны сверстников или взрослых людей в школьные годы не испытывал, и о моей картавости больше никто не говорил. Именно по этой причине исправлением дефекта речи в юном возрасте я не занимался — просто не задумывался об этом. Отношения с девушками складывались сложно. Одни уходили от меня, от других я. Но никогда причиной не была моя картавость. Виной тому — алкоголь, наркотики и разные обстоятельства.

Что касается троллей, персонажи, которые пытаются самоутвердиться за счет слабостей других людей, всегда сами неполноценны. Если речь идет о подростковой агрессии, пресекать такое нужно сразу. Обратиться за помощью к взрослым или авторитетному члену коллектива, если ты девочка. И, конечно же, бить оппонента, если ты мальчик. Если ты физически слаб, лучше использовать подручные предметы. В противном случае издевательства повторятся и станут частью твоей жизни на долгие годы. Чтобы избежать этого, картавым, шепелявым и заикам всегда нужно следовать простому правилу — сначала бить, потом говорить. Тогда твоя речь не будет восприниматься как повод для насмешек. И никогда нельзя впадать в истерику, показывать, что тебя задели за живое. Нужно вести себя как кинолог, который воспитывает щенка.


Редактор спросила, зачем ей прислали картавого, пьяного человека с протокольной рожей


Однажды я сильно напился с журналистом телекомпании «Орион». На утро он напомнил мне, что накануне в разгаре пьянки мы позвонили его редактору, устроили меня на работу и пора ехать исполнять редакционное задание. Поэтому еще пьяный я поехал на Сорокины хутора, где располагался офис компании. Редактор позвонила тому журналисту и нецензурно спросила, зачем он прислал ей картавого, пьяного человека с протокольной рожей. Потом мне дали водителя, оператора и мы отправились в сокский карьер брать интервью у директора про опасность посещения местных штолен. После коньячка и шашлычка вернулись в редакцию. Сюжет пошел в эфир, а новоиспеченный корреспондент — в отдел кадров. Так я стал журналистом, но, тексты мне начитывать не разрешали из-за картавости — таким образом я впервые столкнулся с дискриминацией по речевому признаку.


По одной методике мне пришлось молчать месяц, а потом заново учиться говорить. Не помогло


С тех пор мной занимались лучшие логопеды — в редакции было принято, чтобы с речью журналистов работали специалисты. Но тщетно. По одной методике мне даже пришлось молчать месяц, а потом заново учиться говорить. Тоже не помогло. Тем временем уровень региональной журналистики упал ниже нулевой отметки. Телевизионная реклама стала стоить дешево, как и слова, произносимые с экрана. Все СМИ стали на сто процентов зависеть от госконтрактов, и разницы, каким голосом ты начитываешь пресс-релизы, уже никто не ощущал. Во всяком случае, я со своей картавостью выглядел неплохо на фоне людей, чью речь было и вовсе не разобрать.


Каждый может стать кем захочет. Лучший, на мой взгляд, отечественный журналист Познер не выговаривает шесть букв


Сейчас моя жизнь не связана с журналистикой. Но попыток исправить свой дефект речи я не оставляю: живу в Питере и мной занимается целый профессор. Сейчас я уже могу произносить звук «р», но в речи он звучит еще не достаточно органично. На вопрос, зачем мне это нужно, отвечаю просто — хочу стать рэпером. Каждый может стать, кем захочет. Лучший, на мой взгляд, отечественный журналист Познер не выговаривает шесть букв.