1391

Блеск и нищета: уникальные и типичные дома Самары

Антон Радучев

Самара — город контрастов. Здесь стена к стене стоят покосившиеся деревянные дома и типовые панельки, купеческие особняки и гостинки с кухнями для очень маленьких людей — и за каждым из зданий стоит история. «Большая Деревня» рассказывает, как в городе появился ни на что не похожий фахверковый дом и дом из сена и глины, чьи столетние «деревяшки» отремонтировали волонтеры и так ли типичны типовые самарские сталинки и хрущевки.

Если исторический центр Самары — это блеск и нищета, то дом Субботиной — едва ли не самый яркий пример такого контраста. Фасад особняка в неоготическом стиле угрожающе осыпается, а внутри жители силятся сохранить его былое величие. Здесь по-прежнему есть коммуналки с постыдными коридорами, а есть квартиры с метражом больше ста метров, принадлежащие одной семье. СМИ в красках рассказывают о здешних легендарных подземных ходах, где проходили сборы масонской ложи, но дальше разговоров дело не заходит: так, например, власти намеревались отремонтировать здание к Мундиалю, но так и не сделали этого.

Мы попытались разобраться, как на самом деле живется в доме на Алексея Толстого сегодня: почему жители призывают не ассоциировать их личную жилплощадь с фасадом дома, как они борются за сохранение наследия и вырезают из газет исторические заметки, а главное, почему не собираются никуда съезжать — хотя, конечно, не все. Рассказ о том, как дом в заупокойном состоянии может стать народной скрепой, в нашем материале.

Дореволюционный дом на Фрунзе, 75А — еще одна иллюстрация к выражению «смешанные чувства»: как и большинство других уникальных с архитектурной точки зрения строений в Самаре, он находится в аварийном состоянии. Фасад здания обваливается по кусочкам, а фундамент проседает сразу в нескольких местах, но при этом чисто внешне он будто прибыл к нам из европейского Средневековья.

«Большая Деревня» отправилась на собственную экстремальную экскурсию, чтобы выяснить, как связаны деревянный каркас дома и тоска его владельца по родине, почему его не чинят вот уже 50 лет и кто борется за сохранение этого памятника самарской архитектуры. А еще — как сами жильцы относятся к экскурсоводам, постоянным паломникам у себя под окнами и почему считают публикации о доме в СМИ «полной брехней». Больше оскорблений — по ссылке.

Отголоски немецкого стиля можно уловить и в облике дома на Сухой Самарке. Павда, его фишка не в многолетней истории и не в борьбе с властями, а наоборот — в современности и самостоятельности. Историки Ярославна Петрова и Павел Копылов сами отстроили дом из сена с глиной и воспитывают в нем двоих детей. Они отважились на переезд из исторического центра Самары в дачный массив без развитой инфраструктуры и не жалеют об этом. «Большая Деревня» отправилась в гости, чтобы расспросить семью об опыте эко-миграции: узнали, каково зимовать в глиняных стенах, ездить по несколько километров до ближайшего магазина, бороться с наводнениями, стереотипами и призывами родителей «обшить все сайдингом». Все это и фото очень красивых котов — в нашей статье.

Если дом не ремонтируют власти, на помощь приходят волонтеры: в октябре завершился очередной сезон проекта «Том Сойер Фест», благодаря которому старые мрачные «деревяшки» в историческом центре Самары приобретают свежий вид, а самим жильцам становится «не стыдно приглашать к себе людей». «Большая Деревня» пообщалась с горожанами, которым посчастливилось наблюдать за преображением своих домов, и выяснила, насколько изменилась их жизнь после участия в проекте, как проходила реставрация и повлияла ли она на их отношение к сносу собственного жилья (спойлер: мнения разделились). Все подробности — в нашем материале.

Впрочем, Самара — это не только и не столько исторический центр с его домиками и бывшими особняками. В наследство от массовой застройки 1950-1990-х годов городу достались сталинки, хрущевки, брежневки, ленинградки, гостинки и малосемейки. Они должны были удовлетворить резко возросшие потребности в обеспечении самарцев жильем в послевоенные годы. Типовые серии этих зданий быстро заняли целые кварталы: некоторым из них было отведено всего 25 лет жизни и роль «перевалочного пункта» для молодой семьи, другие могли похвастаться просторным вестибюлем и подземной парковкой. «Большая Деревня» рассказала о самых распространенных жилищных проектах в городе — ищите свой по ссылке.