1048

Личный опыт: я озвучиваю фильмы и спектакли для слепых

Текст: Анна Хмелёвская Фото: Артем Голяков

Тифлокомментирование — это описание для слабовидящих пространства или действия, которое они не могут понять без дополнительных комментариев. Как правило, эту технику используют в фильмах и театральных постановках: между репликами героев специалисты объясняют повороты сюжета и немые сцены, а также описывают костюмы персонажей и окружающую обстановку.

В стране не больше сотни тифлокомментаторов, а в Самаре — только один. 22-летняя Екатерина Аверьянова рассказала, как и где учат этой профессии, что должен описывать комментатор и насколько такая работа вообще нужна городу.

Обучение и первые шаги в профессии

Я не знала, что такое тифлокомментирование, до начала 2018 года. По образованию я филолог, работала журналистом на фрилансе и раньше никак не была связана с темой инклюзии. В октябре 2017 года я делала репортаж о фестивале для слабовидящих, который ежегодно проводит Самарская областная библиотека для слепых. Его участники соревновались в ориентировании с тростью на местности, чтении по Брайлю и обращению со смартфоном, а еще сами устраивали десятиминутные театральные постановки. Через месяц я озадачилась поиском постоянной работы и узнала, что в библиотеке есть вакансия «техника по адаптации электронных ресурсов для незрячих».

Я проработала там три месяца, а затем меня пригласили на ускоренный курс по тифлокомментированию в институт «Реакомп» — московский вуз, который готовит специалистов по доступной среде. Он выиграл президентский грант и смог принять людей на бесплатное обучение: приглашения на конкурсный отбор рассылали по библиотекам для слепых и другим госучреждениям — искали тех, кого это действительно заинтересует. Сам отбор состоял из онлайн-тестирования и собеседования по скайпу: задания и вопросы в основном касались внимательности и грамотности речи. Я прошла конкурс и не раздумывая поехала в Москву.

В «Реакомпе» я училась чуть больше месяца с утра до вечера. Группа состояла из восемнадцати человек. Нам рассказывали и теорию тифлокомментирования, но по большей части это были практические занятия. Программа поделена на блоки: несколько дней мы учились описывать спортивные мероприятия, затем — музеи, исторические костюмы, писали комментарии к отрывкам из фильмов. Сложно было работать со спортивными соревнованиями — попробуй их опиши, учитывая, что почти тем же занимается комментатор. Но если он обычно дает представление о ключевых моментах игры, то тифлокомментаторы должны кратко описать едва ли не все, что происходит на экране — нельзя упустить ни одной детали.

Здорово, что на занятиях присутствовал директор института Сергей Ваньшин: сам будучи слабовидящим, он объяснял, насколько понятно мы описываем происходящее.

В последнюю неделю обучения мы готовили тифлокомментирование для десятиминутного отрывка фильма — любого, который понравится. На выпускном экзамене мы представляли комментарий к этому фрагменту и отчитывались по теории.

До того, как «Реакомп» реализовал президентский грант, тифлокомментаторы были сосредоточены в Москве и Санкт-Петербурге, но наш выпуск расширил географию на регионы. При этом в стране нас не больше ста, а в Самаре только я одна.

Из-за гранта я бесплатно проходила сокращенное обучение, но вообще это дорого — трехмесячный курс стоит 92 тысячи рублей. Если бы мне предложили учиться в институте за свой счет, я бы несколько раз подумала.

Я вернулась в Самару в марте 2018 года, и уже в апреле совместно с библиотекой для слепых мы устроили в кинотеатре «Художественный» тифлопоказ «Елены» Звягинцева . Я составила комментарий для слабовидящих, записала его и сама вмонтировала в аудиодорожку картины. На обсуждении после показа я впервые осознала, что моя работа кому-то нужна: незрячие говорили, что без моих разъяснений они бы сюжет фильма не поняли — в нем слишком много немых сцен.

Правила и особенности работы

Задача тифлокомментаторов во время фильмов и спектаклей — максимально емко и лаконично озвучивать для незрячих все, что не воспринимается на слух: мы описываем пространство, в котором находятся герои, их костюмы, то, как падает свет, — у слабовидящего должно сложиться визуальное впечатление. Также мы объясняем повороты сюжета и немые сцены: когда в фильме играет фоновая музыка, тифлокомментатор рассказывает, что в это время происходит на экране.

Основные правила: говорить кратко и понятно и попадать в паузы героев. При этом не нужно объяснять очевидное: если в фильме слышен шум дождя, не стоит об этом упоминать. Мы стараемся быть максимально объективными и не вдаваться в эмоциональные оценки, потому что незрячий воспринимает комментарий как единственно верный вариант.

Вообще подготовка комментария — достаточно долгий процесс: на полуторачасовой фильм в среднем уходит две недели. В самом начале я смотрю нужную картину несколько раз и делаю пометки, а последний просмотр провожу вслепую: слушаю фильм и стараюсь понять, где у незрячих может возникнуть недопонимание, и поправляю слабые места. Затем пишу сам комментарий так, чтобы он не мешал слабовидящим воспринимать фильм и сопоставляю с таймингом: помечаю минуты, в которые должен вступать диктор. Иногда заказ приходит за неделю до сдачи фильма в прокат — тогда приходится усиленно работать и днем, и ночью, я так не люблю.

Сейчас я сотрудничаю с тремя московскими студиями на удаленке, и на мою работу есть спрос: летом 2017 года вышел закон, согласно которому фильмы, выпущенные при поддержке Минкульта, обязательно должны снабжаться комментариями для слепых. Киностудии вышли на меня очень просто, потому что контакты дипломированных тифлокомментаторов есть на сайте «Реакомпа». Для них я составляю текст и вписываю его в тайминг картины, но сама не озвучиваю — это делают московские дикторы.

У киностудий есть общепринятый ценник — 300-350 рублей за минуту фильма. У бюджетных учреждений оплата гораздо ниже. При этом деньги я получаю не за озвученное время, а за весь хронометраж.

Механика работы со спектаклями совсем другая. Я вклиниваю комментарии в текст пьесы и озвучиваю их в реальном времени. С таймингом тут работать бесполезно, потому что структура постановки меняется на ходу: актеры — живые люди, которые делают разные паузы и меняют свои реплики. При этом основной комментарий я готовлю по видеозаписи спектакля, а уже потом хожу на показы и вношу изменения. Так было с постановкой «Манюня», которую я озвучивала осенью 2018 года в «СамАрте» при поддержке Фонда «Искусство, наука и спорт». В феврале в ТЮЗе готовится другая премьера с тифлокомментариями — спектакль «Свет-луна».

Мои комментарии слышат только незрячие посетители театра. Оборудование для тифлоспектаклей похоже на то, что используют для синхронного перевода: зрителям выдают наушники и плееры, которые настроены на ту же частоту, что и микрофон, в который я наговариваю свой текст.

По-хорошему, для работы в театре мне нужна рубка со звукоизоляцией и экраном, на котором я вижу трансляцию спектакля, но «Манюня» идет на малой сцене, где такого попросту нет. Поэтому я сижу рядом со световиками и звукорежиссерами, а от зрителей нас отделяет небольшой помост.

Благодарность за труд и новые проекты

Профессия тифлокомментатора в России — то ли есть, то ли нет. Кроме киностудий, ни у кого нет четких цен за такой труд. За социальные некоммерческие проекты в принципе много не получишь, поэтому для этой работы нужен внутренний огонь.

Я знаю, что многие люди с сертификатами тифлокомментаторов при всем спросе на профессию не работают по специальности не только из-за денег: для большинства проблемно правильно подобрать слова. Даже на занятиях в «Реакомпе» наряду с емкими комментариями ученики делали очень многословные описания.

Я замечаю, что последний год в России — это прорыв в улучшении доступной среды. К примеру, вышел закон, который обязует все кинотеатры в стране создать хотя бы по одному залу для слабовидящих. Даже в Самаре появились таблички и указатели со шрифтом Брайля, а в Художественном музее пять картин — например, «Портрет женщины в синей шляпе» Попова и «Пейзаж с красным домом» Лентулова — снабдили тактильными копиями и тифлокомментариями.

А еще этой осенью Самарская библиотека для слепых выиграла грант на новый проект «Театр без границ», в рамках которого я готовила комментарии к десяти постановкам из репертуара театра драмы. Их используют на большом фестивале весной 2019 года.

Мне нравится создавать тифлокомментарии, потому что это работа со словом: я решаю, как можно максимально кратко и ясно объяснить незрячим то, что они не могут увидеть. Но самое лучшее — живой отклик, когда я понимаю, что сделала чей-то вечер. Так, после «Манюни» слабовидящая пара рассказала, что очень любит ходить в театры, но до появления тифлопоказов они просто не понимали, над чем смеется зал.