18

«В тюрьме наш солист научился играть на пианино»

Текст: Лера Алфимова

Фронтмен квартета The Frozen Gold играл концерт, отпросившись из тюрьмы, харпер использует микрофон 56-го года, у группы не было ни одной репетиции, но скоро выйдет альбом — и сразу на виниле. Ярые поклонники Чака Берри, Литтл Ричарда и Мади Уотерса, ребята искусно каверят их песни, соблюдая все правила аналогового звучания и устраивая из каждого концерта настоящее шоу в духе 60-ых годов. Да так, что творчество группы положительно оценил сам Евгений Хавтан. Мы поговорили с великолепной четверкой в преддверии грядущего выступления и узнали, ради чего сегодня играть классический рок-н-ролл.

— Так, ну стандартный вопрос: с чего все началось?

Вуди Аллен: Мы пересеклись не случайно. Я прознал, что в Самаре живет единственный в России человек, который играет на губной гармошке подобно Литтл Уолтеру и зовут его Мистер Джем. Разведка донесла, что он — гордый тип и считает, что ни одна команда не достойна такого шикарного харпера. Тогда я применил хитрость: под видом проезжих музыкантов мы с ритм-секцией пришли в хостел, где он как раз обдумывал, куда бы пристроить банку водки, оставшуюся у него в морозилке еще после дня рождения. Увидев у нас инструменты, он, естественно, поинтересовался, какую музыку мы играем. Мы сказали: «Рок-н-ролл». Джем скептически наморщил нос и сказал, что все говорят «рок-н-ролл», а на поверку оказывается говнорок. Тогда мы достали гитары и сыграли ему несколько песен. В ответ харпер достал гармошку, сыграл пару соляков, и все мы сразу всё поняли. Джем спросил, когда у нас концерт. Концерт был на следующий день. Мы сразу собрали полный клуб, при этом ни разу не отрепетировав ни одной песни.

«Все говорят „рок-н-ролл″, а на поверку оказывается говнорок»

Мистер Джем: Честно говоря, за все полтора года репетиций у нас так и не было. Парни просто говорят мне: «Сегодня играем эти песни, ну ты понял».

— Расскажите подробнее о своем месседже. Я так понимаю, вы отходите от понятия «кавер-группа», чем вы отличаетесь? За счет чего создается эффект 60-ых в ваших песнях, кроме того, что эти песни сами родом оттуда?

Мистер Джем: Каждый наш концерт отбрасывает слушателей на полвека назад. В первую очередь, мы добиваемся этого за счет инструментов, на которых играем. У меня, к примеру, похожий на заднюю фару Каддилака микрофон 1956 года, который раньше использовался на стоянках такси и автобусов: «Машина номер пять, на выезд!». Самый дешевый по тем временам микрофон был популярен у афроамериканцев для усиления звучания губной гармошки.

Микрофон 1956 года выпуска, который использует харпер квартета

Ронни Даймонд: Я ставлю на свой Fender Precision Bass струны с плоской обмоткой и играю медиатором — получается тот самый аутентичный ламповый звук. А для того, чтобы приблизиться к звуку 50-х годов, я расчехляю контрабас.

Вуди Аллен: Я спрашиваю зрителей, правда ли, что в СССР в качестве виниловых пластинок используют рентгеновские снимки и рассказываю им, что недавно виделся с Карлом Перкинсом и он хвастался передо мной новыми примочками. Кстати, о примочках — мы любим играть на чистом звуке, используя усилители тех времен или стопроцентные аналоги.

 

Стив Джонс: Ну и, конечно, мы ратуем за внешний вид — штаны-дудочки, галстуки-селедки, бабочки, отутюженные белые рубашки, напудренные прически.

Мистер Джем: Мы хотим, чтобы наши слушатели почувствовали то, что чувствовали люди на концертах The Rolling Stones и The Kinks.

— Ну а по поводу каверов что скажете? Насколько старые хиты сейчас актуальны?

Джем: Если ты не умеешь писать свою музыку, но отлично и с душой играешь чужую — не нужно писать свою музыку. Мы же не говорим на концертах академической музыки: «Вот негодяй, играет произведения Шопена! Сам что ли ничего написать не может?»

«Если ты не умеешь писать свою музыку, но отлично и с душой играешь чужую — не нужно писать свою музыку»

Вуди: Рок-н-ролл — та же классика. Круче рок-н-ролла еще никто ничего не придумал: мы несем его в массы в том виде, в котором он был записан, а иначе все так и умрут во мгле. Кто, например, в глуши евразийских просторов слушает Вилли Диксона?

Ронни: Во всех городах, куда мы приезжаем, нас встречают на «ура», публика совсем разная: и стар, и млад, и на спорте, и интеллигенция. Рок-н-ролл объединяет всех.

— Что, кстати, насчет гастролей? Где уже выступили и где только мечтаете выступить?

Стив: Пока мы охватываем центральную часть России, осенью планируем сыграть во Франции. По понятным причинам, хочется концертов в Америке и в Англии — думаю, эти времена не за горами.

«В тюрьме Вуди, кстати, не скучал — научился довольно хорошо играть на пианино»

— А что за история приключилась с вокалистом Вуди — якобы, он играл концерт, будучи под арестом?

Вуди: Да, я и в самом деле почти как отец рок-н-ролла Чак Берри, которого в свое время арестовали, когда тот выехал с несовершеннолетней за пределы штата («Sweet Little Sixteen» — прим.ред.). На один из концертов по просьбе фанатов меня, действительно, отпустили из-под стражи, правда, с браслетом на ноге. И с тем условием, что я вернусь к назначенному времени. Ну, мы отыграли концерт, и я вернулся обратно.

Джем: В тюрьме Вуди, кстати, не скучал — научился довольно хорошо играть на пианино.

— Да уж, нет смысла спрашивать про другие казусы на концертах — это шах и мат. У вас помимо концертов есть студийные записи? Планируете ли альбом?

Стив: Мы записывались на студиях и в гаражах — но эти записи не отвечают нашим перфекционистским запросам. Мы добились аналогового звучания на концерте, и повторить его на записи довольно сложно. Мы приняли решение сделать достойную запись грядущего концерта — это и будет первым альбомом. Альбом, само собой, выйдет на виниле.