4878

Жизнь после славы: 5 самарских заводов от взлета до падения

Текст: Ксения Частова

Военные годы превратили Самару в крупнейший производственный центр: сюда эвакуировали десятки заводов, наладили производство легендарных «летающих танков» и подшипников для знаменитых Т-34. В мирные годы в городе стали серийно производить знаменитые ракеты-«семерки», поднявшие в космос собаку Лайку и Юрия Гагарина. Промышленный бум свела на «нет» перестройка — многие предприятия до сих пор не оправились от кризиса. «Большая деревня» подняла исторические сводки и сравнила, какими были и какими стали самарские заводы.

РКЦ «Прогресс»

Зарождение ракетно-космической промышленности в Самаре можно датировать 1958 годом. Тогда на базе Государственного авиационного завода № 1, эвакуированного в Куйбышев из Москвы в 1941 году и выпускавшего военные самолеты, организовали серийное производство знаменитых «семерок» — межконтинентальных баллистических ракет Р-7. На разработку этого проекта у советских ученых ушло около восьми лет. Главным конструктором был Сергей Королев.

Источник фото

Именно «семерка» 4 октября 1957 года вывела на орбиту первый искусственный спутник Земли. Этот день потом стали называть «началом космической эры человечества». Спустя месяц с помощью ракеты в космос запустили экспериментальный контейнер с собакой Лайкой, а в 1961 году — первого человека, Юрия Гагарина. Вскоре Р-7 стала главной «рабочей лошадкой» отечественной космонавтики.

С начала 1960-х годов на «Прогрессе» постепенно запускают в производство космические аппараты различного назначения: «Зенит», «Янтарь», «Ресурс-Ф», «Бион», «Фотон», «Ресурс-ДК1», «Ресурс-П» и другие. Так именно Самара заслужила почетное звание космической столицы государства.

Пару десятилетий спустя мировой успех сменился затишьем: началась перестройка, а с ней и экономический кризис. В 2003 году «Прогресс» наконец возглавил прошедший путь от слесаря до заместителя директора завода Александр Кирилин, однако предприятие уже не смогло вернуть себе былой загрузки.

Еще в советское время завод, помимо основной продукции, производил товары народного потребления — моторные катера и детские коляски. В период кризиса ассортимент пополнили одноразовые шприцы и медицинские шпатели, санки и лодки.

Источник фото

В 2016 году Россия впервые за всю свою историю оказалась на третьем месте по количеству космических запусков. Со времен расцвета у нее появились сильные конкуренты — такие как американская компания SpaceX Илона Маска. Доля последней на рынке коммерческих пусков в 2017 году взлетела до уровня 45%, тогда как российская составила всего 15%.

Апогеем «падения» «Прогресса» стала череда уголовных дел в отношении топ-менеджеров предприятия. Летом 2016 правоохранительные органы заинтересовались дочерью генерального директора завода Александра Кирилина Светланой, которая занимала пост начальника управления финансами и внешнеэкономической деятельности предприятия. Ее заподозрили в выводе 309 миллионов рублей при закупке станочных центров через близкие заводу фирмы. В отношении самого Александра Кирилина следователи возбудили уголовное дело по статье «Злоупотребление полномочиями» — по их сведениям, он заключил договор на поставку оборудования «в целях получения выгод и преимуществ». В итоге завод заплатил за товар больше, чем следовало: специалисты оценили понесенный ущерб более, чем в два миллиона евро.

В июне 2018 года у «руля» «Прогресса» встал Дмитрий Баранов. «Спасти» завод ему пока не удалось: объемы производства изделий для ракетно-космической отрасли продолжают снижаться, а цеха, выпускающие непрофильную для предприятия продукцию, закрываются. Не прекращаются и массовые сокращения сотрудников — так в марте 2019 года сообщили, что до 30 мая работу на преприятии потеряет 839 человек.

На выездном совещании депутатов губернской думы 4 апреля 2019 года новый генеральный директор завода заявил, что необходимость оптимизации вызвана падением заказов почти в три раза. «Лучшие года в части загрузки предприятия приходились примерно на конец восьмидесятых, когда запускали около шестидесяти „Союзов“ в год, а теперь — от 14 до 22. Дополнительно завод ежегодно производил несколько десятков космических аппаратов. Но и срок их жизни на тот момент был порядка двух-трех недель, максимум месяц. То, что делается сегодня, может эксплуатироваться по пять лет. Поэтому, если раньше мы каждый год выпускали несколько десятков таких аппаратов, то теперь — несколько», — сообщил Дмитрий Баранов.

АО «Авиакор-авиационный завод»

«Авиакор» когда-то был одним из флагманов советской авиапромышленности. Он заработал в марте 1932 года в Воронеже под названием «Авиационный завод № 18». Позже его эвакуировали в Самару. Предприятие выпускало 11 видов самолетов, а с 1939 года начало производить «летающие танки» — легендарные штурмовики Ил-2, которые солдаты вермахта прозвали «черной смертью». К началу войны на вооружении стояло 1510 таких машин, а всего до конца 1945-го завод произвел около 15 000 самолетов — то есть практически половину всех Ил-2 в СССР.

Источник фото

В 1950-е годы на заводе собрали 50 бомбардировщиков Ту-95 и Ту-95М, 18 противолодочных самолетов Ту-142, 90 стратегических бомбардировщиков Ту-95МС, 998 пассажирских самолетов Ту-154, несколько дальнемагистральных пассажирских самолетов Ту-114. Под «Авиакор» специально стали готовить кадры в Куйбышевском авиационном институте (ныне — «Самарский университет» — прим. ред.) и средних технических учебных заведениях города.

Как и для многих других предприятий, с девяностых для авиационного завода настали сложные времена. Заказы на авиатехнику резко сократились: с 1994 по 1999 год там был изготовлен 21 самолет, а в период с 1999 по 2005 год — всего 5. К 2005 году число рабочих «Авиакора» уменьшилось до 3200, тогда как в лучшие годы в цехах трудилось около 30 000 человек.

Надежду на возрождение завода должны были дать заказы от госведомств на Ту-154М, а также масштабный проект сборки самолетов Ан-140 — на предприятии планировали за 15 лет поставить около двухсот таких машин как российским, так и зарубежным заказчикам. Однако осуществить задуманное не удалось: в 2014 году российско-украинские отношения осложнились, и производство забуксовало. Примерно в то же время самарский завод лишился и Ту-154 — самого массового советского самолета, серийное производство которого, продолжавшееся 42 года, решили прекратить.

Источник фото

Сейчас предприятию приходится перебиваться заказами на ремонт авиационной техники. Чтобы как-то спасти «Авиакор», в 2016 году на его базе даже хотели организовать производство дирижаблей — в частности, о вероятности такого развития событий заявлял бывший глава региона Николай Меркушкин. Но задумку так и не реализовали. Вместо этого в 2017 году сотрудников завода стали то переводить на трехдневную рабочую неделю, то возвращать «пятидневку», то время от времени вводить сокращенный график.

Судя по всему, собственник компании — холдинг «Русские машины» Олега Дерипаски — не считает «Авиакор» перспективным активом: в апреле 2019 года появилась информация о его намерении продать завод.

ПАО «Кузнецов»

ПАО «Кузнецов» — это бывший «Моторостроитель», а еще раньше — Куйбышевский моторостроительный завод имени Фрунзе, который эвакуировали в Самару из Москвы в октябре 1941 года. Во время войны здесь изготовили более 43 000 двигателей для самолетов Ил-2, Ил-10, МиГ-1, МиГ-3, торпедных катеров и морских охотников.

Источник фото

Сразу после запуска первого искусственного спутника Земли моторостроительный завод наладил выпуск жидкостных ракетных двигателей для «семерок» — РД-107, РД-108 и их модификаций. На них летали все пилотируемые и грузовые космические корабли в СССР и России: «Восток», «Восход», «Союз», «Прогресс». По состоянию на 1 января 2018 года всего их запустили 1882.

Но в последние годы загрузка «Кузнецова», как и «Прогресса», стремительно падает. Седьмой год подряд завод работает в минус, а в 2016 году его убытки достигли рекордного показателя, приблизившись к отметке в 4 миллиарда рублей. В 2017 году на предприятии обещали достигнуть «принципиально иных финансовых показателей» , но этого до сих пор так и не произошло: в 2018 году убытки составили 3,2 миллиарда рублей. О сокращениях пока речи не идет.

Источник фото

Как и на «Прогрессе», на «Кузнецове» не обходится без уголовных дел. В марте 2019 года на начальника управления завода по строительству и капитальному ремонту завели уголовное дело по статье «Коммерческий подкуп». По версии следствия, он получил от менеджера подрядной организации полмиллиона рублей за «беспрепятственное согласование вопроса о смене производителя продукции, не предусмотренной проектной документацией по договору».

«Самарский подшипниковый завод»

«Самарский подшипниковый завод» начал работу в 1935 году, в советские времена входил в группу государственных подшипниковых заводов и был известен горожанам под названием «9-й ГПЗ». Именно на этом предприятии изготовили первый подшипник для легендарного танка Т-34, а всего в военные годы выпустили два миллиона танковых подшипников, что обеспечило ежегодное комплектование 30 тысяч бронемашин. Кроме них, завод успел произвести 630 тысяч авиационных и 260 тысяч автомобильных подшипников, 70 тысяч минометов, 5 миллионов артиллерийских снарядов, 500 тысяч гильз для снарядов, 2,5 миллиона гранат и 45 тысяч тонн литья для мин. Позже его даже наградили орденом «За заслуги в обеспечении Советской Армии и Военно-морского флота в годы Великой Отечественной войны», а пять тысяч рабочих получили ордена Ленина «За добросовестный труд».

Источник фото

В девяностые «Самарский подшипниковый завод» передали в частные руки, и он сосредоточился на выпуске шариковых и роликовых подшипников диаметром от 19 до 4500 мм (такие используются в разных видах автомобилей и сельхозтехники — прим. ред.). Несмотря на тяжелые постперестроечные годы, новому собственнику предприятия, Игорю Швидаку, удалось не только сохранить преприятие, но и создать финансово-промышленную империю — «СПЗ-групп», которая являлась одной из крупнейших в России корпораций по производству подшипников качения.

В начале двухтысячных Игорь Швидак передал эту часть бизнеса сыну Александру, который привлек к управлению компанией своего друга и партнера Вадима Егиазарова. Предприниматели развивали дело на заемные средства, и очень скоро эта тактика вылилась в большие неприятности: завод стал с трудом отдавать долги и с завидной регулярностью сталкиваться с риском банкротства. В апреле 2017 года очередной кредитор — компания «ЧМЗ-Урал» — потребовала признать его несостоятельным. Скоро на предприятии стартовал первый этап процедуры банкротства — внешнее наблюдение, хотя и тогда руководство продолжало утверждать, что это не конец. Владельцы заявляли, что происходящее «поможет не останавливать производство и финансово оздоровить компанию, которая в последнее время столкнулась с острой нехваткой оборотных средств».

Источник фото

В итоге СПЗ продолжал производить подшипники, однако платить сотрудникам не торопился: в конце 2017 года стало известно, что заработную плату рабочие завода смогли получить только после вмешательства прокуратуры. По данным ведомства, долги по зарплате 800 сотрудников предприятия составили более 25 миллионов рублей. Сейчас завод вошел во второй этап процедуры банкротства — конкурсное производство, а это значит, что совсем скоро его имущество будет выставлено на торги. Долги СПЗ составляют более 2,3 миллиарда рублей.

ЗАО «Алкоа СМЗ» («Металлург»)

«Алкоа СМЗ» ранее назывался «Самарским металлургическим заводом», и многие горожане продолжают именовать его по-старинке — «Металлургом». Предприятие появилось B4 в 1951 году и специализировалось на производстве алюминиевых полуфабрикатов. Ему предстояло обеспечить растущие потребности авиационной и космической промышленности. Советские власти хотели, чтобы завод затмил все существующие аналогичные производства и в СССР, и в Европе  — и у него получилось осуществить этот план.

Источник фото

Вместе с предприятием в городе рос и новый жилой район. Он начинался с рабочего поселка на 70 тысяч квадратов жилой площади, который за считанные годы вырос в десятки раз и обзавелся собственными школами, детскими садами, магазинами, больницей, фабрикой-кухней, ДК, кинотеатром и стадионом.

Сейчас предприятие продолжает динамично развиваться, но вот назвать его отечественным уже не получится: в 2005 году завод был продан американцам и стал структурным подразделением международной корпорации Alcoa. Сделка, воплотившая собой решение правительства России, шокировала многих: люди полагали, что власти не решатся продавать один из крупнейших металлургических заводов страны. Заводчане же порадовались тому, что, по крайней мере, не останутся без работы — девяностые не обошли стороной и «Металлург».

Источник фото

Вскоре после прихода нового собственника на предприятии научились делать ленту для изготовления алюминиевых банок под газировку и пиво . Несмотря на «новое гражданство», федеральная антимонопольная служба обязала завод оставлять часть произведенного алюминиевого проката на российском рынке.