4012

«Сотрудники отрываются по полной»: 3 истории самарских библиотекарей

Текст и фото: Ксения Якурнова

Образ библиотекаря многим представляется, как в детском приключении Йона Колфера «Очень страшная миссис Мерфи»: книги выдает пожилая женщина с пучком на голове и в бесформенной одежде, а сама библиотека — это место вечной тишины и толстого слоя пыли. Поговорили с тремя молодыми сотрудниками самарских библиотек и узнали, что они думают о подобных стереотипах, как выбрали свою работу и почему ни в коем случае не считают ее скучной.

Софья Сыромятникова, 32 года


руководитель Центра поддержки чтения Самарской областной универсальной научной библиотеки

Вся моя семья — филологи и педагоги, поэтому в детстве я хотела стать учителем. Причем меня привлекала не только литература, но и естественные науки — наверное, потому что моя бабушка работала химиком-биологом. Вообще все мое детство прошло в книгах: во-первых, я просто любила читать, особенно обожала сказки Андерсена. Во-вторых, бабушкина подруга была директором одного из филиалов детской библиотеки, и мое детство прошло именно там: пока они беседовали, я читала книжки. Библиотекари казались мне самыми интересными людьми: они знали все про мою учебу и, как психологи, советовали, какие книги нужно прочитать следующими.

После школы любовь к естественным наукам победила, и я пошла учиться на географа в педагогический университет. А на втором курсе через знакомых узнала, что в библиотеке, которая находится недалеко от моего дома, есть вакансия. Так в 2007 году я стала работать библиотекарем старшего абонемента. Денег было впритык — как сейчас помню, платили около 6000 рублей, — но я быстро нашла способ, как выйти из положения: начала активно сдавать аттестацию, повышать квалификацию, работать в зале электронных ресурсов.

Я обожала свою работу: мне нравилось общаться с людьми, советовать книги, втягивать в процесс чтения. Из 60-тысячного фонда я знала практически каждый том и могла подобрать каждому читателю то, что его зацепит. Кстати, никаких упреков по поводу устройства в библиотеку от близких я не помню — думаю, они видели мой гармоничный настрой и потому сразу одобрили мой выбор.

В той маленькой библиотеке я проработала до 2012 года, а потом меня позвали в областную. История простая: мы с коллегами организовали Самарский клуб любителей книги, где я вела секцию фантастики. Такое нововведение получило резонанс в публичном пространстве и быстро дошло до Союза писателей. Меня заметили и пригласили на должность руководителя Центра поддержки чтения в СОУНБ.

Наша библиотека работает на всю область и является методическим центром: мы сначала тестируем практики на себе, а потом тиражируем свой опыт. Например, если в Кошкинском районе не могут адаптировать для восприятия «Преступление и наказание», мы разрабатываем методику по устранению проблемы, применяем ее у нас, а затем делимся с районной библиотекой.

Виноват советский кинематограф, который транслировал этот образ — синего чулка с пучком на голове. На самом деле библиотекари очень стильные люди

Этими проектами я как раз и занимаюсь. У меня стандартный рабочий день — с девяти до шести. Первым делом я проверяю почту, смотрю корпоративную миранду — это что-то наподобие аськи, через нее мы общаемся с коллегами. Дальше идут встречи с партнерами и журналистами, совещания и работа с бумагами. Самое утомительное для любого гуманитария — это разбор финансовых документов, но деваться некуда: иногда я даже получаю удовольствие, если удается грамотно составить смету или договор.

Я все реже слышу, что работать библиотекарем — это скучно. Мне кажется, что в таком представлении виноват советский кинематограф, который транслировал этот образ — синего чулка с пучком на голове. Библиотекари — очень стильные люди. Я знаю это, потому что часто езжу в командировки: провожу обучающие семинары для специалистов других регионов, делюсь с ними опытом. Меня, к примеру, искренне потрясли работники библиотек в Челябинске: они там все модельной внешности.

В библиотеке уже давно нет дресс-кода, у сотрудников должен быть просто опрятный вид. У многих есть татуировки на видных местах — и это не проблема. Библиотека — это творческое место, где можно реализовать даже сумасшедшие идеи. Тут никто не удивится, если сотрудник придет на работу в костюме шляпника — просто решат, что это для какого-то мероприятия.

Минимальный оклад библиотекаря первой категории составляет около 15000 рублей, но за 13 лет работы я не слышала, чтобы кто-то работал только за эти деньги

Стереотип, что в библиотеке полная тишина, тоже не соответствует действительности. Работа здесь очень активная: к тебе постоянно приходят читатели, и надо не просто книгу выдать, но и поговорить, обсудить, кому-то составить библиографический список, кому-то дать консультацию или даже помочь в написании научной работы. Мероприятий столько, что я даже не всегда знаю, что проводится в библиотеке на неделе. О какой скуке может идти речь?

Коллектив у нас очень слаженный, несмотря на то, что в нем 200 человек. Мы обязательно отмечаем совместные праздники, причем не банально — в кафе или ресторане, а устраиваем капустники и концерты в нашем конференц-зале. Сотрудники отрываются по полной: у нас многие танцуют и поют.

Минимальный оклад библиотекаря первой категории составляет около 15000 рублей, но за 13 лет работы я не слышала, чтобы кто-то работал только за эти деньги, ведь еще существуют премиальная и стимулирующая системы, так что общий заработок напрямую зависит от нагрузки.

Алексей Шебуев, 33 года


ведущий библиотекарь Центральной городской детской библиотеки

Я вырос в девяностые и, как многие, мечтал стать бизнесменом, хотя мои родители и родственники работали в культуре: мама — в театре юного зрителя, папа — в департаменте культуры и молодежной политики, прабабушка, прадедушка и тетя были артистами. До 18 лет и я подрабатывал в театре: монтировал декорации на сцене, настраивал свет и звук.

В детстве у меня не было необходимости посещать библиотеку, потому что дома было полное собрание классики, да и вообще в моей театральной семье много читали — и книги, и сценарии. При этом я почему-то не любил художественные произведения, зато зачитывался книгами Перельмана по занимательной логике.

После школы я не сразу поступил в университет: в юности не понимал, что надо учиться. Пошел работать в торговлю, а потом открыл свое дело — компанию по установке техники. Мы работали с крупной сетью бытовой электроники, а после того, как она закрылась, остались без якорного спонсора, и я разочаровался в бизнесе. В 25 лет я наконец понял, что мне нужно высшее образование. При этом я, как и многие, хотел просто получить корочку, поэтому выбрал для поступления, как мне казалось, самый простой вариант — заочку библиотечного факультета в Ульяновском государственном университете. Мой папа просто к тому времени переехал в Ульяновск и я решил совместить приятное с полезным — и учиться, и его навещать.

Простой вариант оказался не таким уж простым: еще в самом начале обучения я понял, что библиотекарь — это человек, который должен знать все. В Ульяновске на кафедре работают серьезные преподаватели, некоторые из них относились ко мне очень требовательно, потому что не понимали, зачем мне все это надо. На курсе было всего два парня — я и мужчина намного старше меня. Остальные — девочки, которые уже какое-то время работали в библиотеке и пришли получать высшее образование для продвижения по службе.

Мы, как и все студенты, ходили на пары и сдавали сессии. Отличие состояло лишь в том, что многие занятия проходили в ближайших от университета библиотеках. Мы учились работать с автоматизированными библиотечными системами, разбирались в библиографической классификации.

После окончания университета я закрыл бизнес и начал искать работу. Жил тогда рядом с детской библиотекой на Аэродромной, поэтому решил устроиться туда. На сайте нашел вакансию, отправил резюме, меня пригласили на собеседование и сразу приняли.

Мы обучаем ребят при помощи очков виртуальной реальности: совершаем с ними путешествия, например, в Пекин или Британский исторический музей

Друзья, конечно, говорили, что я выбрал неправильный путь, отказавшись от бизнеса и начав работать в библиотеке, но со временем поменяли свое мнение. Сейчас многие из них приезжают ко мне на работу со своими детьми. Жена и отец меня поддержали сразу, мама тоже, только недоверчиво спросила, как я буду кормить семью. Я ответил, что со временем разберусь.

Работа мне сразу показалась ненапряжной. В первый день я занимался расстановкой литературы, знакомился с документацией, порядком расположения формуляров и выдавал книги. Уже через месяц я досконально запомнил, что где находится, и мог найти в огромном фонде все, что угодно.

Сейчас мои обязанности сильно расширились: я могу стоять на книговыдаче, но в основном работаю в медиатеке — месте, где дети могут получить доступ в интернет, подготовить доклад, посмотреть мультфильмы и обучающие фильмы. Также с 2019 года мы обучаем ребят при помощи очков виртуальной реальности: совершаем с ними путешествия, например, в Пекин или Британский исторический музей.

Библиотека работает с 10-00 до 20-00, и сотрудники выходят по сменам — кто-то к 9-30, кто-то к 11-30. Если я прихожу в первую смену, то сначала подготавливаю свой зал и проверяю статистические данные по посетителям и книговыдаче за предыдущий день, а если во вторую, то сразу вливаюсь в работу с детьми, там нет времени на раскачку. Дальше проходят мероприятия: мы разговариваем про культуру, проводим встречи с работниками художественного музея и театра оперы и балета, лекции, виртуальные путешествия. При этом я стараюсь не трогать школьную программу, потому что она и так надоедает в школе.

Так как изначально я работал на старшем абонементе, у меня появились постоянные читатели. Большинство меня знают по имени, могут ко мне обратиться за советом.

Работа библиотекаря изнутри выглядит совсем не так, как я себе ее представлял до поступления в университет. Кажется, здесь все очень просто: взял книжку и выдал ее читателю. На самом деле, это занимает только 15% рабочего времени, остальное отводится на мероприятия, общение с посетителями и работу с документами. Но даже после полного рабочего дня я не чувствую себя вымотанным: усталость от общения с маленькими гостями библиотеки скорее приятная, та, о которой хочется рассказать своей семье.

Наталья Мерзлякова, 28 лет


художник отдела маркетинга Самарской областной юношеской библиотеки

Меня воспитывала только мама. По профессии она педагог, но после того, как ее еще до моего рождения сократили по беременности, работала там, где могла: занималась коммерцией и недвижимостью. Педагогическое образование оставило маме любовь к литературе, которую она с детства прививала и мне. У нас дома была целая коллекция сказок народов мира с одинаковыми корешками, но разными обложками. Каждый том был посвящен фольклору отдельной страны. Книжки были зачитаны до дыр, я их просто обожала.

Параллельно с обычной школой я ходила в художественную, а после 11 класса поступила в архитектурно-строительный университет на изобразительное искусство. Уже тогда я четко представляла, что хочу работать в этой сфере. В 2012 году я закончила учиться и следующей же осенью устроилась педагогом по изо.

Три года спустя я поняла, что эта работа не совсем творческая, и перешла в типографию: занималась полиграфией и дизайном — беспощадным и неинтересным трудом. Надолго там тоже не задержалась и как-то, просматривая вакансии, наткнулась на место в галерее «Новое пространство» при научной библиотеке. Я все еще мечтала связать себя с искусством и устроилась туда на полставки.

Оказалось, что и здесь я не могу развиваться — вместо этого приходилось постоянно заниматься монтажом выставок, выполняя тяжелую физическую работу. К тому же, нужно было круглосуточно быть на связи.

Пять лет назад меня по знакомству пригласили художником в Самарскую областную юношескую библиотеку. Первое время я пыталась совмещать обе должности — и мне приходилось по несколько раз в день перебегать с одной работы на другую. Через год я поняла, что так больше продолжаться не может, уволилась из галереи и устроилась на полную ставку в юношескую библиотеку: решила, что здесь больше простора для самореализации.

Люди думают, что я сижу в тишине среди пыльных книг. Это, разумеется, неправда: там, где есть подростки, тишина в принципе невозможна

На мой выбор работать в библиотеке родные и друзья отреагировали неоднозначно. Некоторые отмечали, что быть художником — это прикольно, другие считали, что библиотекарь не очень-то уважаемая профессия, не говоря уже о зарплате. Но со временем все изменилось: сейчас все мои близкие знают, что у меня творческая работа, и не говорят, что в библиотеке скучно. Конечно, иногда люди, которые не знакомы с моей деятельностью, рассуждают о том, что я, наверное, сижу в тишине среди пыльных книг. Это, разумеется, неправда — хотя бы потому что старые книги регулярно списываются, да и уборку проводят часто. И еще у нас не так тихо, как может показаться: там, где есть подростки, тишина в принципе невозможна.

В первый рабочий день в юношеской библиотеке меня сразу познакомили с начальством и нарезали коротких задач. Одной из первых обязанностей, которая сохраняется и сейчас, было оформление меловой доски перед входом: ежемесячно я обновляю расписание, рисую актуальные картинки, мемасики — в общем то, что понятно молодежи. Через несколько месяцев прибавились верстка полиграфии и оформление книжных выставок. Теперь же у меня большой фронт работы: я занимаюсь афишами, флаерами, раздаткой и курирую творческие объединения. Кроме того, я помогаю организовать крупные мероприятия, например, готовлю площадку к «Библионочи» и «Ночи искусств».

Я быстро адаптировалась к работе — в нашей маленькой библиотеке это несложно. Из помещений тут лишь отдел обслуживания, где читатели получают книги по запросу, актовый зал для мероприятий и лаунж-зона. Вот разве что в самом фонде мне до сих пор нелегко разобраться: я точно знаю, где у нас лежат комиксы и художественные произведения, а в остальном приходится просить помощи у коллег.

Рабочий день у меня не всегда нормирован. Чаще всего я прихожу к 9-00, до 12-00 у нас совещания и работа с документами, потом обед, а после — задачи по плану, например, подготовка к мероприятиям. Раз в неделю я занимаюсь творческими объединениями — это косплей-клуб и художественная мастерская при библиотеке. Вместе с ребятами мы рисуем, изучаем комиксы и готовимся к гик-фестивалям. В такие дни я могу залипнуть на работе и до 21-00, а если есть горящий проект, например, выставка, то чуть ли не ночую здесь. При этом мастерские — это то, что дает мне сил. Они созданы, в основном, для школьников, но иногда к нам хотят присоединиться и взрослые — правда, спустя несколько занятий их интерес обычно слабеет. Для детей еще есть клуб любителей головоломок, где собирают кубик Рубика и устраивают интеллектуальные соревнования.

Из-за того, что мы работаем со подростками, у нас нет дресс-кода: молодежь отталкивают сотрудники в строгой одежде, а нам хочется создать комфортную атмосферу. Я могу позволить себе прийти на работу с темно-коричневой помадой или в шарфе с ушками — художнику в этом плане многое сходит с рук.

Явный минус работы в том, что я постоянно сижу за компьютером. Создавая афиши и постеры, просматривая фотографии, я все время смотрю на яркие цвета — глаза очень быстро устают, начинает болеть голова. Я стараюсь делать перерывы, отходить в соседние кабинеты и общаться с коллегами.

У нас нет дресс-кода. Я могу позволить себе прийти на работу с темно-коричневой помадой или в шарфе с ушками

В нашем коллективе 42 человека, и это люди разного возраста. Есть сотрудники, которые работают здесь по несколько десятков лет, и совсем молодые ребята. За все время так и не сложилось определенных традиций — разве что поздравления с днем рождения: мы встаем в круг почета и хлопаем имениннику.

Кстати, один из коллег — мой муж. Мы познакомились еще до того, как я стала работать в библиотеке, и именно я позвала его устроиться сюда же. Первое время Сережа встречал гостей на рецепции, а через год его повысили до должности редактора. Теперь мы сидим в одном кабинете. Иногда у нас даже возникают рабочие конфликты: мы оба творческие и у нас разные видения тех или иных процессов. Но после споров мы всегда приходим к общему знаменателю: чаще всего муж уступает мне, потому что я очень настойчивая, а он просто настоящий джентльмен.

В отличие от Сережи, у меня не может быть никакого профессионального роста: в библиотеке есть только одна должность художника первой категории, и я уже ее занимаю. Но я отношусь к тому типу людей, для которых карьера — не самое главное в жизни. Гораздо важнее то, что я чувствую себя здесь на своем месте.