48

Dowdy

Азамат Жанбыршинов

Женя Dowdy — самарский продюсер, тревожащий своим появлением национальное медиаполе с частотой треска счётчика Гейгера вблизи энергоблоков Фукусимы-1. Начинавший карьеру в начале нулевых с создания битов на крякнутой версии fruity loops, он прошел долгий музыкальный путь, сменив по ходу не один моникер. На его счету уберпопулярная самиздатовская ипишка «Бородинский Бит», обласканная критиками с портала «Другой Хип-Хоп» Monsters EP и относительно недавно появившийся в сети релиз на питерском Ritmo Sportivo. Променяв дымовую завесу самарской ТЭЦ на зубчатые стены московского кремля, Dowdy теперь обитает в других географических широтах. Его, мучающего микрокорг с лаунчпадом и заряжающего танцпол беззаботной, как жизнь дезоморфинщика, энергетикой 15-го микрорайона,  регулярно можно встретить в душных клубах столицы. По просьбе редакции «Большой Деревни» Женя рассказал о сигаретных рейвах, своей любви к трип-хопу, тусовках по четвергам и влиянии группы «Руки Вверх» на умы самарцев.

Когда я был в 5-ом классе, родители отправили меня учиться играть на гитаре. Учился я ровно год. Нот не понимал. В основном играл на слух. Потом преподаватель уволился, ну я и решил, что больше не буду учиться.

Я слушаю реп с 8 лет. До сих пор это моя самая любимая музыка. Лет в 12 подсел на реперов старой школы, funk. В 14 слушал drum’n’bass, а потом уже всё подряд. Переломный момент был в 15. Тогда я вскрылся, услышав Bonobo, Pest и The Cinematic Orchestra.

Не люблю когда читают реп, будто сейчас обосрутся. Ну, хотя вот «Death Grips», как мне кажется, в этой манере читает. И он крутой. Он просто бог этого стиля, делает всё как надо. И выглядит серьезно. Будто всех попереубивает пойдет.

Если на саундклауде мне пишет какой-то чувак: «Эй мен! зацени мои треки!», я никогда не слушаю. Сейчас слишком много информации и усвоить всё просто невозможно.

Я устал от всякого рода концепций. Я делаю музыку, потому что люблю музыку. Хочется, чтобы люди могли танцевать под неё в клубе и слушать дома или в машине. Надо поймать середину – это моя главная задача.

«Руки Вверх» прошли через все мозги в Самаре.

Как-то я договорился с Мишей Балу, что мы с братом (Little Nastya) будем играть музон у него в баре каждый четверг. Приходили, играли, шёл народ. На одной из тус познакомились с чуваком по имени Саша, он приехал из Карелии. В Самаре был в командировке, и как-то так оказалось, что взял с собой винилы. Я позвал его поиграть с нами в следующий четверг, и мы круто угорели. Было очень много людей, классная музыка. Выпили тогда полбара.

Еще я делал презентацию фильма знакомых райдеров. Их тусовка называется МСК (мир сипа кутёж). Тогда пришли все: завсегдатаи четвергов, друзья друзей и, собственно, сами виновники торжества. Самое забавное, что мы смотрели фильм, где эти самые райдеры не катались, а бухали. Все последующие тусы были в подобном ключе, всё делалось по угару. А потом я уехал в Москву.

Саундклауд не оказывает на меня никакого музыкального влияния вообще, хотя на многих – точно.

Сейчас много слушаю Shlohmo, Blithe Field, Little Nastya, Bluezr, Matthewdavid, Mark Aubert, MNDSGN, Galapagoose. В моём плейлисте обязательно есть Moka Only. Самый продуктивный продюсер и репер на сегодняшний день.

Я редко куда-то выбираюсь. А с трэпом у меня всё нормально. Мне нравится, как он звучит у Cashmere Cat. Это вообще чума!

Мальборо пати? Летом играл на мальборо пати в «Звезде». В кислородке. Было классно. Нормально сотрясался воздух. Ну мне лично угарно было. Народу много, все тусовщики такие. Я играл джук и трэп такой конкретный. Никто не врубал, чего происходит вообще. Ну, просто по привычке. В Москве всех качает такой музон.