7679

Домик в деревне: доставка эко-продукции с фермы «Своя еда»

Текст: Полина Кузнецова Фото: предоставлены эко-фермой «Своя еда»

Тренд на все фермерское и натуральное не намерен терять актуальности — и сейчас экологически чистые продукты в Самаре уже можно получить с доставкой на дом.

«Большая Деревня» встретилась с соосновательницей фермы «Своя еда» Натальей Набоковой, чтобы узнать, почему хоронят сельское хозяйство, как вести бизнес в деревне, правда ли, что на рынке размешивают деревенский творог с фабричным, и какие продукты можно заказать домой прямо сейчас.

 

— Как вы занялись эко-бизнесом? Вам надоела городская жизнь, и было принято решение уехать в деревню?

— Все было не так. Я жила в городе, не ведала никаких проблем. Проблемы начались, когда после беременности я серьезно заболела — вопрос стоял о том, буду я жить или нет. Мы с трудом нашли врача, который сказал, что для выздоровления мне нужно правильное лечение и хорошее питание — избегать еды из супермаркетов и, по возможности, употреблять продукты из деревни. Мы с семьей принялись изучать рынок и поняли, что с натуральными продуктами в городе, да и вообще в России, ситуация сейчас нездоровая.

Сельское хозяйство похоронили полностью, а те фермерские хозяйства, которые сохранились и еще пытаются что-то производить, делают это неэффективно и часто юзают гормоны роста, чтобы была хоть какая-то рентабельность. Нам ничего не оставалось, как начать производство самим: мы вынуждены были купить корову, козу, курочек, кроликов. Мне очень помогла мама-медик — она вышла в декрет с моим сыном и уехала в деревню. Оттуда меня снабжали правильной едой.

Сельское хозяйство похоронили полностью, а те фермерские хозяйства, которые сохранились — юзают гормоны роста

Через какое-то время я поправилась — благодаря эффективному лечению и своим кроликам — и подошел срок, когда маме нужно было возвращаться в больницу Калинина из декрета. Встал вопрос, идет она туда или нет, и что делать с хозяйством, которое мы развели. На семейном совете было принято решение, что мама в больницу не вернется — там довольно тяжелые условия труда, в первую очередь, моральные. Ей понравилось сельское хозяйство, это дело благодарное, тем более, что соседи часто приходили, просили молочко — у детей после него проходила аллергия, дерматиты, слабые малыши набирали вес.

Я по образованию экономист, и предложила вылить все это в бизнес-проект, а не просто заниматься благотворительностью — на то, чтобы раздавать всем и каждому, нужно много сил. Когда животные плодятся, на них требуется большое количество затрат. Львиная доля финансов уходила только на их содержание.

— Много вложений потребовалось, чтобы открыть бизнес?

— Мы вкладывались постепенно. Если мы говорим об этом, как о бизнесе, то здесь, в первую очередь, важно хорошее оборудование: я подразумеваю под этим и животных — здоровых и породистых. Хорошую корову молочной породы, которая производит много качественного молока, меньше, чем за сто пятьдесят тысяч найти невозможно.

Хорошую корову молочной породы, которая производит много качественного молока, меньше, чем за сто пятьдесят тысяч найти невозможно

То же самое касается и остальных животных — породистая коза стоит восемьдесят-сто тысяч. Правда, нашу сферу сейчас хорошо дотируют, но чтобы забрать эти дотации, нужно пройти кругов двадцать ада.

 

— С какими сложностями связано ведение бизнеса в деревне?

— Первая сложность касается не только деревни — дефицит кадров. Трудно найти хорошо обученных людей, и нам, городским, приходится учить сельчан правильному ведению хозяйства. Никто не хочет работать, но все хотят жить, как в городе — никто не держит скот даже для себя, люди идут и покупают в деревенском магазине городское молоко. Никто не хочет заморачиваться, трудиться, поздно ложиться и рано вставать. В данный момент государственных фермерских хозяйств нет, и частникам самим приходится планировать свою эффективность. А деревенские к этому не привыкли — они украли с государственной фермы, этим накормили, было удобно, а теперь все лавочки прикрыли. Они будут до последнего сидеть и бранить олигархов, а когда предлагаешь работу, то оказывается, что им ничего не надо.

Никто в деревне не держит скот даже для себя, люди идут и покупают в деревенском магазине городское молоко

— На вашей ферме сейчас много животных?

— Я считаю, что мало. По крупному рогатому скоту — коров у нас пять единиц, коз — двенадцать, кроликов порядка трехсот и они каждые три месяца приносят новых кроликов, количество птицы проанализировать сложно — она постоянно идет в оборот.

Наш спрос либо равен предложению, либо его окупает. Сейчас хотим постепенно подключать к делу соседей, которым близка наша философия — не кормить животных химикатами и содержать их в хороших условиях.

 

 

— Где вы расположены географически?

— Село Екатериновка, Безенчукский район.

 

— Как выглядит ваша ферма?

— У нас обычный деревенский дом с отоплением и канализацией, отведен небольшой цех под молочное производство, отдельное помещение для забоя птицы и крупного рогатого скота. И, конечно, постройки для животных — на зиму и летний вариант.

 

 

— Ваше хозяйство — это такой домик в деревне, а как там осуществляется контроль качества?

— За здоровьем животных следит ветеринар. Ветеринарная служба в Безенчуке работает отлично: там есть несколько лабораторий, в нашей маленькой деревне два ветеринара приходят каждые два месяца. Это важно — сейчас в нашей области очень серьезная ситуация касательно лейкоза у коров. Официальная статистика — около шестидесяти процентов больных животных, неофициальная, думаю, достигнет девяноста. Очень сложно найти в Самаре крупную ферму без зараженных буренок. Нормальные хозяйства я знаю наперечет.

Очень сложно найти в Самаре крупную ферму без зараженных буренок

В деревне та же ситуация — в стадо сгоняют всех животных, и вероятность заражения повышается. Но наши ветеринары следят за здоровьем коров, мы очень переживаем на этот счет и часто проверяемся.

Касательно качества конечной продукции: мы сдаем Ростест, и нам приходит результат. Полуфабрикаты мы производим в цехах на Сухой Самарке — там тоже все аккредитовано.

 

— Легко ли поддерживать высокое качество конечной продукции? В вашей группе Вконтакте клиентка жаловалась, что молоко привезли прокисшим.

— Да, я специально не стала удалять этот отзыв — из песни слов не выкинешь. Прокисшее молоко — странный нюанс, у нас такое было в первый раз. Мы очень долго разбирались, из-за чего произошла такая ситуация, и пришли к выводу, что коровы перестали пастись на воле, их перевели на зимние квартиры, и животное испытало стресс — после четырех месяцев гуляний его поставили в три стены с одним окном.

Гормональный фон любого животного очень нестабилен — понижение температуры, любые стрессовые факторы — это все сильно отражается на качестве продукта — в данном случае, на молоке. Процесс его обработки и сборов у нас всегда одинаковый — чистые аппараты и емкости, одноразовые бутылки. Этапы, где оно стоит и перегревается, мы исключаем — разлитое молоко мы сразу же резко охлаждаем и везем в город. Почему оно скисло в этом конкретном случае? Да кто его знает! Мы принесли извинения клиентке и предложили вернуть деньги или привезти другую партию молока — нам дороги хорошие отношения с нашими заказчиками.

 

 

— Как вообще осуществляется доставка?

— Вы делаете заказ через сайт, там есть подробная инструкция. Мы просим заказывать за сутки до того дня, когда привозим продукты в город — а привозим мы во вторник и в пятницу. Молочка есть в наличии всегда, а вот забой цесарок и индеек лучше планировать. После принятия заказа мы отправляем смс с подтверждением. После оформления — выписываем накладную и присылаем точные вес и цену, иногда вес животного может немного отличаться от заказа, на сто-двести граммов.

 

— Сейчас в стране растет спрос на фермерскую продукцию. Как вы думаете, с чем это связано?

— Это такой же тренд, как когда-то угги, а сейчас — спорт. За границей этому тренду десять-пятнадцать лет, и там он не ослабевает. Нужно понимать, что не все эко, которое позиционируется в России, адекватное. Торговые сети — не фонд благотворительности, и есть определенная стоимость экопродукции — невозможно получить девятнадцать рублей за литр молока, если не докладывать туда химикатов.

Торговые сети — не фонд благотворительности: невозможно получить девятнадцать рублей за литр молока, если не докладывать туда химикатов

— А у вас какая политика ценообразования?

— Мы исходим из себестоимости. Цена уменьшается только при росте объема. Наша себестоимость включает доставку в город и зарплаты работников. Цены у нас однозначно не низкие и вряд ли подойдут среднему классу. По факту, нашими клиентами являются жители просек, Ленинского района, Царевщины, коттеджных поселков. Сейчас мы еще запустили розничную точку на проспекте Металлургов, 96, но там, конечно, не совсем наш клиент.

 

 

— Чем представлен ваш ассортимент?

— Наша гордость — это молочная продукция. На ферме мы производим козье и коровье молоко, жирный и нежирный творог, сметану, сливки, сливочное масло, йогурт, кефир, ряженку, закваску, мягкие сыры — брынзу и козий сыр. Из птицы можем предложить курицу, индейку, цесарку, утку. Из мяса — говядину, свинину, кролика. И еще имеются полуфабрикаты из всего этого — пельмени, манты, голубцы и блины, ассортимент которых мы планируем увеличить.

 

— Сезонность сказывается на ассортименте?

— Однозначно. Лактация у коров начинается в середине февраля и сейчас заканчивается, а спрос начинает расти как раз в осенний период. Приходится заниматься селекцией, подгадывать оплодотворение животных так, чтобы молоко было круглый год.

Сложно с птицей — мы начинаем выращивать цыплят с марта, а к зиме приходится их забивать, так как куры просто не могут выдержать холода и, в противном случае, погибают сами. Поэтому зимой с нашей фермы можно заказать только замороженное куриное мясо, и это нормально.

 

— У вас есть хит продаж?

— Пельмени с кроликом. Они очень нежные и диетические, хотя сами по себе пельмени — блюдо тяжелое. Наши пельмени часто берут детям — они маленькие, ручной лепки и очень вкусные. Хит по молочке — ряженка и кефир, их скупают по три-пять литров. Масло сливочное у нас тоже покупают часто, оно совсем иное на вкус.

 

 

— Вы работаете с поставщиками?

— Нет. Мы сначала хотели попробовать, и начали работать по яйцам. Спрашиваем: «— Свои? — Свои!» Взяли сто штук на пробу. Девяносто девять нормальных, а на сотом печать птицефабрики. А это — никакой гарантии, что туда не докладывают никакую гадость. Недавно на нашу торговую точку на Металлурге заходит женщина и говорит — у меня тут тоже точка, только на пятьдесят метров дальше. Цены у нас с вами одинаковые, но вы тут не выстоите. Вот творог вы где берете? Мы говорим, свой. Она так удивилась, мол, да что вы, это такой труд производить самим, я делаю просто, покупаю творог на рынке и мешаю с деревенским, получается вкусно, его и продаю по двести пятьдесят рублей килограмм. И смотрит на нас, как на дураков.

Наверно, большинство торговых агентов идут на подобные сделки, но когда я понимаю, что у меня порядка сто двадцати маленьких деток от нескольких месяцев и далее в клиентах, начинается паранойя — меня кроет от ответственности, это очень серьезно, когда люди голосуют своим рублем и здоровьем. Нужно ценить в клиентах, в первую очередь, людей.

Когда я понимаю, что у меня порядка сто двадцати маленьких деток в клиентах — меня кроет от ответственности

— К нам обращались некоторые, нравилось наше качество. Но просили слишком маленькую цену — себестоимость кролика не может быть ниже трехсот тридцати рублей, а ресторан хочет, чтобы мы отдали за двести шестьдесят. Так мы не можем. Мы планируем создавать собственные точки, кроме той, что на Металлурге. Вторую точку хотим открыть на Сухой Самарке, а третья точка будет самой интересной: на Садовой/Чкалова мы хотим сделать магазин-кулинарию и небольшой ресторан. Но это будет не раньше, чем через полгода.

— А с ресторанами сотрудничаете?

— К нам обращались некоторые, нравилось наше качество. Но просили слишком маленькую цену — себестоимость кролика не может быть ниже трехсот тридцати рублей, а ресторан хочет, чтобы мы отдали за двести шестьдесят. Так мы не можем. Мы планируем создавать собственные точки, кроме той, что на Металлурге. Вторую точку хотим открыть на Сухой Самарке, а третья точка будет самой интересной: на Садовой/Чкалова мы хотим сделать магазин-кулинарию и небольшой ресторан. Но это будет не раньше, чем через полгода.

Сделать заказ фермерской продукции и задать все интересующие вопросы можно в группе Вконтакте.