660

Алиса Николаева: «На „русских“ темах паразитировать нельзя»

Текст: Константин Зацепин Фото: Петр Гридин

Художница Алиса Николаева, которую все любители искусства в Самаре некогда хорошо знали по ее исповедальным перформансам, уже пять лет как сменила Россию на Францию, где успела получить художественное образование, объединиться в творческий тандем с Николя Куржоном, а также сменить амплуа. Константин Зацепин пообщался с Алисой и Николя в преддверии их проекта «Золотой запас», открывающего номадическое шоу на IX Ширяевской биеннале 27 августа.

f

— Расскажи, чему ты училась во Франции?

Алиса Николаева: Сейчас получила второго бакалавра в Парижской академии искусств. Обучение там больше похоже на свободные мастерские для молодых художников. Тебе дают куратора, кого-нибудь из знаменитостей. Например, у Николя был японский скульптор Тадаши Кавамата (автор больших инсталляций из деревянных предметов, например из стульев — прим. ред.). Ты записываешься к нему в ателье и он тебя курирует, это работает как арт-резиденция. У меня нет пар, нет предметов и нет заданий. Ты просто сам работаешь над своими проектами. У нас есть разные мастерские — кузницы, мастерские по металлу, по дереву. Исходя из своих задач, сам идешь в ту, какая тебе нужна. Последний год я писала дипломную работу, тема была на стыке эстетики постсоветских руин и ностальгии по космосу в научно-популярных фильмах, забытых абсолютно.

— А как художник чем сейчас занимаешься?

Алиса: Если в Самаре я в основном делала перформансы и разные интерактивные проекты, то после переезда все это оставила и сейчас занимаюсь скульптурой. Переход этот произошел вполне логично. В перформансе меня изначально интересовала реакция зрителя на произведение искусства в момент встречи с ним, прежде всего, реакция на уровне жестов, физическое взаимодействие. Внимание к жесту перешло в скульптуру, где большое значение имеет телесность.

— С Николя давно вместе работаете?

Николя Куржон: Мы знакомы два года, но работать вместе начали не очень давно. Мы пытаемся максимально упростить визуальный язык друг друга, чтобы слить его в единое высказывание. Например, в проекте, над которым мы сейчас работаем для биеннале, мы имеем дело с материалом, с которым больше работает Алиса, но в формах, которые ближе мне.

Фото: Николя Куржон, Алиса Николаева

— Расскажите подробнее о своем совместном проекте. Как он связан с темой кэша?

Алиса: Изначально проект предполагался как мой персональный, я задумала его еще на прошлую биеннале. Потом предложила Николя участвовать, после чего мы вместе полностью его переписали. Куратором была поставлена задача работать на корабле, нам показалось это интересным, потому что здесь всплывает тема реки, природы, а с ними и целый пласт символов места. Во-вторых, мы исходили из того, что по-французски «кэш» будет «liquide», что переводится как «жидкость». Наличные деньги все время «текут», они приходят и уходят. Это нечто сколь материальное, столь и эфемерное. Кроме того, мы хотим поработать с ветром, сделать конструкции, которые развеваются под его напором во время движения корабля и взаимодействуют с контекстом реки. В качестве материала мы хотим использовать огромные полотна золотой ткани, блестящей в лучах солнца — в этом блеске для нас есть осознанный элемент кича.

— Алиса, как ты себя сейчас позиционируешь — как российского автора или все-таки европейского?

Алиса: Если честно, последние года четыре я отчаянно старалась не позиционировать себя как российского художника и уходила от каких-то «русских» тем. Потому что на западе если ты скажешь: «я из России, пишу иконы с веселыми пони и ношу на майке портрет президента », то сразу с тобой все понятно: ну, русский художник! Сразу тебя классифицируют в соответствующую ячейку. На «русских» темах категорически нельзя паразитировать.

— Переезд, учеба, переход от перформанса к скульптуре — изменило ли все это тебя внутренне как художника?

Алиса: Последние года три я работаю над темой, как бы это сказать на русском, чтобы не получилось плохо… Над вопросом миграции как утопической возможности ускользнуть, уйти, избежать чего-то. Это о сообществах людей, которые против режима в своих странах, но не уезжают, а объединяются в новые общности, уходят в иные пространства. Как минимум, интернет является таким пространством. Наверное, эта тема меня больше всего интересует и кажется актуальной. Вот мы приезжаем в Россию и здесь очень хорошо видно, что есть Россия, которую мы видим по телевизору, а есть тот очень узкий сегмент «России», которую мы сами вокруг себя пытаемся выстроить. Но по сути, это есть в каждой стране, где есть утопия сообщества энтузиастов, которые хотят что-то изменить.

Проект Алисы Николаевой и Николя Куржана можно увидеть в рамках Номадического шоу на IX Ширяевской биеннале современного искусства

27 августа, начало в 11- 40 с прибытием паромов на пристань села Ширяево

Расписание здесь

Группа вк, Фейсбук