718

Итоги паблик-тока с самарскими промоутерами

Текст: Алексей Кавасин

В Москве новый подъем рейв-культуры, в Самаре хорошей вечеринкой считают ту, где собралось больше ста человек. В Cloud Cafe состоялся первый из серии паблик-токов (публичных интервью), участие в котором приняли местные клубные промоутеры. Арт-директоры самарских заведений, основатели промо-групп и устроители вечеринок сошлись, чтобы поговорить о том, почему люди больше не ходят в клубы, обсудить будущее индустрии в условиях кризиса и ответить на вопросы из зала. На обсуждении собралось такое количество людей, которое редко можно наблюдать на вечеринках.

Алексей Кавасин: Давайте для начала поговорим о том, почему вы занимаетесь вечеринками. Это рисковое и не всегда прибыльное дело. Что побуждает лично вас? Бизнес, альтруизм, любовь к музыке?

Анатолий Доровских, (арт-директор бара Party Hard, промо-группа Evil Electro): Мы тут перед началом немного троллили друг друга, что пришла такая толпа послушать, почему люди на дискотеки не ходят. Что касается меня конкретно, это было просто хобби сначала, я в электронной музыке ничего не знал, ничего не понимал. Сделали несколько мероприятий, сложилась тусовка. Не мы ее образовали, она просто срослась сама по себе. Потом мне предложили работу в клубе, а там сами знаете — алкоголь, женщины, деньги и так далее.

Александр Тархов (экс-арт-директор «ЯR Bar»): Просто было желание познакомить людей с кругом артистов, которые по всей Европе играют и собирают полные танцполы. Хотелось привезти этих людей в родной город и в то заведение, в котором я был тогда подвязан.

Сергей Пашков (промо-группа «FM8»): На своих мероприятиях мы преследуем единственную цель — удивлять людей и создавать такую атмосферу, чтобы человек, придя к нам, чувствовал себя свободным и просто мог отдыхать. Само движение «FM8» начиналось с того, что нас с нашим стилем музыки гнали отовсюду, поэтому мы и решили делать свои вечеринки.

COMPRENDO BAR

Денис Миронов (промо-группа «FM8»): Я давно этим занимаюсь, у меня вообще была школа диджеев. Там мы и познакомились с Сергеем и сошлись во взглядах. Почему мы этим начали заниматься? На тот момент такого формата просто не было в Самаре, а движет нами любовь к музыке, хочется постоянно открывать что-то новое, не стоять на месте, развиваться.

Витя Цой (серия вечеринок «Текстиль»): Если хочешь, чтобы тебе что-то понравилось, сделай это сам. По этой причине я вечеринками и занимаюсь.

Алексей Кавасин: За время вашей работы что-то изменилось в промоутерском бизнесе? Поменялся ли сам подход к тому как сделать вечеринку? Как вы делали это раньше и как делаете сейчас?

Сергей Пашков: Подход естественно изменился, потому что условия изменились. У публики в Самаре повысилась планка, люди ждут более высокого качества от мероприятия. Звук, разнообразие музыкальных стилей и т.д. И мы в этом направлении работаем.

Анатолий Доровских: Понятно, что каналы рекламные сменились. Если год назад нам было легко убить город расклейкой, я имею в виду по счетам, то сейчас цены подросли, и это неэффективно. Те же деньги проще вложить в интернет и получить большую отдачу. Вспоминая 2007, 2008 годы, было больше диджеев. Сейчас такого нет, возможно, это наш недосмотр какой-то. Из-за отсутствия молодых диджеев теряется часть молодой публики, а это катастрофа, потому что если у тебя нет молодой публики, ты схлопнешься быстро.

Витя Цой: Лично у меня изменилось только то, что раньше я возил французский хардкор, а теперь электронную музыку.

Артур Гильманов (промогруппа Deltaplan): Да все так же, только стало меньше площадок.

«Площадки загибаются потому, что на них проводятся неинтересные мероприятия»

Алексей Кавасин: Раз уж зашла речь о площадках, давайте этот вопрос обсудим. Понятно, что раньше было время клубов-гигантов, потом — баров, сейчас не знаю, какое время, но, на мой взгляд, в Самаре просто нет места, которое бы устраивало и музыкантов, и промоутеров, и владельцев заведения, и публику, и в котором что-то можно было бы делать на постоянной основе. Вы дефицит площадок ощущаете?

(многочисленные возгласы из зала: «Да!»)

Витя Цой: Все ощущают.

Сергей Пашков: Учитывая наш формат, мы такой проблемы не испытываем, потому что любое помещение со стенами, электричеством и в разумных пределах от жилых домов — уже потенциальная площадка для нас. И то, насколько крутой будет вечеринка, зависит от нас самих и от наших усилий. Все старые площадки, как бы это кого не обижало и не задевало, загибаются просто потому, что там проводятся неинтересные мероприятия, либо не происходит ничего вообще.

Алексей Кавасин: Когда вы делаете вечеринку на неподготовленном для этого месте, на крыше бизнес-центра, например, случаются ли недопонимания с владельцами помещения?

Сергей Пашков: Они вообще не понимали, что будет. Просто любой арендодатель не упустит лишний раз возможности подзаработать на таких ребятах, как мы. После первой вечеринки нам в два раза подняли арендную плату.

Артур Гильманов: У «FM8» специфика другая. Они делают мероприятия раз в два месяца, а другие промоутеры по 9 раз в неделю. Разница есть. У нас сейчас только один бар в городе, в котором уютно, и это Bridge ID.

(аплодисменты в зале)

Арт-Бар «PARTY HARD»

Сергей Пашков: Хочу сделать замечание, что мы не полтора-два месяца готовим вечеринку. Мы готовимся буквально за неделю. А Bridge — очень специфическое место, они не всю музыку воспринимают. То есть в плане концепции нужно быть крайне осторожным.

Анатолий Доровских: Я немного отклонюсь от электронной музыки. Чтобы сыграть живьем сейчас, можно по пальцам одной руки пересчитать площадки в городе: «Подвал», «Сквозняк», «Звезда», ну и «Манхэттен». Хотя у нас город-миллионник, и групп полно в каждом дворе.

Алексей Кавасин: Каких вечеринок на ваш взгляд сегодня не хватает Самаре? Многие направления обделены вниманием, бейс сцена слабо представлена, например. «Вичаут», «Скотобойня» еще есть. Может, стоит что-то такое привозить?

Артур Гильманов: Большая проблема в нехватке новых промоутеров. Многие боятся вкладывать в это свои деньги. Ну и я не тот промоутер, который мог бы привезти условно того же Pixelord. Если это сделаю я, никто не придет просто. Еще проблема в том, что экспериментальной площадки нет. Я хотел, например, пригласить Максима Eclise, но руководство бара, в котором я работал, отнеслось к этому негативно. Потому что он молодой, а бару нужны деньги, и там не готовы к экспериментам.

Анатолий Доровских: Мне кажется, мы сейчас не можем какой-то рецепт выдумать из головы. Мы можем пробовать, а уж воспримет публика или нет, от нас не зависит. Все субкультуры сами рождают что-то, бизнес ничего сам не рождает. Он подглядывает, упрощает, выкидывает лишнее. Здесь такая же ситуация.

Арт-Бар «PARTY HARD»

Витя Цой: Музыки хорошей не хватает.

Вопрос из зала: Совсем нет вечеринок в заброшенных местах, почему?

Сергей Пашков: Будут. Мы пока набираем обороты, но все упирается в финансы. И опять же нет пока такого масштаба, чтобы сюда пришли спонсоры — крупные табачные и алкогольные компании. Правда, учитывая тенденции, будущим летом мы, возможно, разразимся такой вечеринкой.

 

Вопрос из зала: У меня скорее не вопрос, а замечание. Я сам столкнулся с такой проблемой. Пытаюсь организовать большой сольный концерт своего коллектива. Площадки есть, пускай их 5, 6 или 8, но попасть в них нельзя, почему?

Анатолий Доровских: Ключевые слова здесь «сольный концерт». Проблема в следующем. К тебе как к арт-директору пришло, скажем, 10 групп. В 9 случаях у них если и есть паблик «ВКонтакте», то там даже стили не прописаны, в которых они играют. Но им нужен сольник обязательно, потому что они альбом записали, о котором знают 4 человека из этой группы. Есть только творчество, и они в этом творчестве живут, а выносить его никуда не выносят: мол, люди сами найдут. Дело даже не в промоушене по канонам, а в элементарном. Вот есть группа, они хреначат 8 лет где-то в гараже и даже стили себе не прописали. И так всегда почти.

«Если у тебя нет ста рублей, может быть, ты не уровень?»

Алексей Кавасин: В Самаре то вообще некуда сходить на выходных, а то сразу два-три мероприятия в одно время. Еще был случай, когда «СБПЧ» приезжали за одну неделю два раза. Может быть, стоит договариваться о времени проведения вечеринок?

Виктор Цой: Раньше мы о времени вечеринок договаривались, сейчас нет. Все делают разные мероприятия, публика у всех разная.

Артур Гильманов: Про «СБПЧ» сейчас расскажу. Я какое-то время был арт-директором «По Ту Сторону». Господин Горкунов (владелец заведения — прим. автора) спрашивает: «Знаешь такую группу — „СБПЧ“?» Я отвечаю: мол, да, классная группа, везите, народу будет полно. Идет концерт во вторник, народу и правда полно, и он такой: «Ох, ничего себе, а давайте еще и в пятницу их привезем». Вся история.

Анатолий Доровских: Классический бизнес-подход. Один пирожок продался, давайте еще испечем. И таких директоров много. Когда ты приходишь и предлагаешь сделать драм-н-бэйс, на тебя смотрят квадратными глазами, а в итоге в пятницу там сидят хозяин и два друга его.

Алексей Кавасин: Сейчас постепенно возвращается (если уже не вернулся) платный вход. Почти везде мероприятие с привезенными артистами стоит денег. Понятно, что ценник формируется исходя из затрат организаторов: из этих денег платятся гонорары, дорога, проживание и т.д. и т.п. Несмотря на это, многие привыкли ходить по плюсам и проходкам, то есть бесплатно. Как вы решаете эту проблему и насколько она существенна?

Сергей Пашков: Мы стараемся стоимость входа изначально делать низкой, но при этом окупить все, что задумали. Людям просто нужно донести, за что они платят, чтобы они знали, а плюсы мы даем только тем, кто помогает нам с организацией. Я, идя на вечеринку к друзьям, не обломаюсь отдать денег, потому что ценю чужой труд.

Арт-Бар «PARTY HARD»

Александр Тархов: Раньше везде был платный вход, и если вдруг анонсировалась вечеринка с бесплатным входом, все думали, что же там будет вообще, раз даже за вход не берут. Потом все стало бесплатным. Я привозил диджеев, которые стоили по 3, 4, 10 тысяч евро, и делал бесплатный вход. Все закусывались из-за того, что орхидеи на потолке висят (интерьер «ЯР Бара» — прим. автора), и нечего туда идти. Потом уже вырос курс и начал возвращаться платный вход. На таких артистов, как President Bongo из Gus Gus, например, был платный. Что касается плюсов, я считаю, что для определенного круга людей плюсы необходимы. Для какого-то костяка людей, которые точно будут танцевать или выпивать. Здесь все зависит от целей промоутеров. Если тебе нужно, чтоб все танцевали, как в «Мичурине», будешь звать танцоров; если нужно, чтоб пили, — тех, у кого не 1000, а 5000 рублей в кармане. Список плюсов у каждого свой.

Виктор Цой: Музыка должна стоить денег. Если нет 200 рублей на хорошую музыку, то пивка можно и дома попить.

Артур Гильманов: На одно из первых мероприятий в Comprendo мы делали вход 100 рублей. Привозили Гришу Бабака, кстати. Мне тогда кто-то сказал: «Платный вход — это не уровень». Если у тебя нет ста рублей, может быть, ты — не уровень? Грубо, конечно, но смысл понятен.

«Дно нащупано. Падать ниже некуда»

Алексей Кавасин: Есть же и другой способ заработать на привозах. Например, спонсорские вечеринки. Расскажите о своем опыте. Насколько это реально в Самаре?

Витя Цой: Однажды я занял 2000 рублей у мамы, чтобы купить билеты артисту. Больше спонсорства никакого в моей карьере не было.

Денис Миронов: Сейчас деньги на вечеринки не выделяют. Просто Самара пока не интересна ни алкогольным, ни табачным брендам.

Артур Гильманов: Спонсорам нужен народ. Не ходит народ — нет спонсоров.

Сергей Пашков: А мне кажется, что просто никто не заморачивается поиском спонсоров и не работает над тем, чтобы преподнести свое промо как действительно стоящий продукт.

(аплодисменты в зале)

Алексей Кавасин: Что ждет клубную индустрию в обозримом будущем? Каковы перспективы на ближайшие год-два? Может ли отсутствие зарубежных привозов послужить толчком к развитию локальной сцены, например?

Сергей Пашков: Я скажу за нашу промо-группу. Мы будем ориентироваться только на российских музыкантов. Если их в Самаре много, то в России еще больше.

Арт-Бар «PARTY HARD»

Артур Гильманов: Пока все будет так же, как сейчас. Я буду возить недорогих артистов с гонораром до 20 тысяч рублей, и стану делать это реже. Раз в два-три месяца.

Сергей Пашков: Кстати, по поводу этого года. На самом деле он был насыщенным на привозы, вечеринки. Отметим открытие танцевальной площадки «Мичурин» — событие достойное: было много народу, ребята создали отличную атмосферу. Разве этого не было? Разве у нас не открылся тот же Bootlegger Bar? Тот же самый Bridge — единственное место в Самаре, которое не прогнулось под коммерцию из-за страха не заработать?

Вопрос из зала: Ребят, тут в комментариях к фотке в «Инстаграме» вопрос. В 2000-х в Самарской области был наркотический бум, можно было достать вообще все, поэтому на вечеринках было весело, много народу. А сейчас прикрыли это все, поэтому и в клубах пусто.

Сергей Пашков: Теперь все идут не в клуб, а в паб пить. Вот и все.

Анатолий Доровских: Проблема наркотиков всегда будет на мероприятиях, но если ты хочешь зарабатывать деньги на наркотиках, тебе не нужно тусовки делать.

Алексей Кавасин: Какой итог сегодня можно подвести? Все плохо или все хорошо?

Александр Тархов: Нужно быть проще. Не нужно ставить клеймо на заведении, не ставить клеймо на промо. Без разницы, где, если там классная музыка и идет хотя бы один твой друг, позови еще двух-трех друзей и идите вместе. Так тусовка и собирается. Когда начинаешь думать: мол, привоз-то крутой, но туда я, наверное, не пойду, запускается цепная реакция.

Bar&Grill «Конь в пальто»

Виктор Цой: Нужно просто любить музыку. Не ставить на каждой вновь открывшейся площадке «трэпчик», а повышать культурный уровень людей. Тогда все у нас будет хорошо.

Анатолий Доровских: Я не знаю, честно. Дно нащупано. Падать ниже некуда.