991

Фильм «Кожа»: «Это — реальная жизнь, реальная Россия»

Анна Скородумова

18 ноября в Самаре пройдет показ фильма писателя и режиссера Владимира Козлова «Кожа» . По сюжету парень и девушка знакомятся в электричке Самара — Тольятти, затем выясняется, что у девушки серьезные проблемы, которые молодой человек помогает ей решить. В картине присутствует все, что мы любим: стриптиз, пивнушки, махач и бандитские разборки. При этом бюджет составил всего 250 тысяч рублей, съемки длились несколько дней в областной столице и Автограде, а главные роли сыграли непрофессиональные актеры. Накануне премьеры фильма мы спросили у Владимира Козлова, кому будет интересна «Кожа», тяжело ли снимать кино в провинции и есть ли будущее у российского независимого кинопроизводства.

 

— Почему вы решили снимать фильм «Кожа» в Тольятти и Самаре?

— С этими городами у меня давно установился хороший контакт, я несколько раз бывал здесь с чтениями и с моим первым фильмом «Десятка». Плюс здесь есть люди, с которыми такой проект можно было бы реализовать, в частности, Антон Здобнов, который выступил продюсером, и Виталий Папилкин, который много помог в работе над фильмом. Несмотря на то что российская киноиндустрия сосредоточена в основном в Москве и отчасти в Санкт-Петербурге, талантливые и заинтересованные люди есть повсюду. Сняв «Десятку» в Челябинске, я понимал, как может работать такая вот модель регионального кинопроекта, и в «Коже» она была реализована.

Нескольких героев сыграли самарцы, хотя основная часть актеров из Тольятти

Кадр из фильма Владимира Козлова Десятка

— В кадре появятся самарские актеры?

— Кастинги были открытыми абсолютно для всех, кто соответствовал заявленным типажам, не было никаких требований насчет опыта, образования и тому подобного. На отборы в Самаре и Тольятти пришли десятки людей, а потом еще почти с таким же количеством я общался по скайпу. В результате нескольких героев сыграли самарцы, хотя основная часть актеров из Тольятти. Большинство актеров — непрофессионалы, и за редким исключением опыта в кино они до этого фильма не имели.

— Какой вы видите аудиторию «Кожи»?

— В самом общем смысле — это молодые люди 20-30 лет. Более конкретно сказать сложно. Это, в принципе, одна из задач фильма — попытаться понять, готовы ли люди смотреть кино, не попадающее ни в категорию коммерческого жанрового кино, ни в категорию артхауса, попытаться нащупать «нишевую» аудиторию. Сейчас все разложено по полкам: вот это блокбастер, это — «артхаусный» фильм. Но я не люблю эти рамки, мне интереснее то, что не попадает под определения. И «Кожа» — как раз такой фильм, в нем есть элементы жанрового, зрительского кино, но также и авторского.

Актеры Юрий Колас в роли Кирилла и Пелагея Аладинская в роли Маши

— Что бы вы изменили в фильме, имея больший бюджет?

— «Кожа» — это отчасти роуд-муви. И поэтому, прежде всего, можно было бы действительно проехать с героями несколько сотен километров от Самары в сторону Туапсе — куда они едут по сюжету, — снимая сцены по ходу путешествия. Поскольку такой возможности не было, мы снимали все сцены, не удаляясь от Самары и Тольятти. «Дух» поездок автостопом передать при этом, мне кажется, удалось, но географического разнообразия могло бы быть больше. Ну и, конечно, если бы бюджетные возможности позволяли, мы использовали бы съемочную и звукозаписывающую технику более высокого уровня. По количеству съемочных объектов, например, фильм не уступает многим другим с бюджетами в десятки и даже сотни раз больше, но технические «косяки» при такой вот микробюджетной модели съемки, увы, неизбежны.

Сейчас ситуация с российским кино очень плохая, зритель не хочет смотреть даже фильмы, снятые с большими бюджетами

— Как вы думаете, почему в России сложно быть автором независимого кино?

— Основная трудность в том, чтобы донести такое кино до зрителя. Снимать благодаря «цифровой революции» можно очень дешево. Талантливых людей, готовых участвовать в независимых проектах, не получая за это денег или получая очень мало, тоже достаточно. Но любой, кто берется снимать кино вне индустрии, без поддержки государства и участия кинокомпаний, должен осознавать, что по определению находится в более сложном положении. Сейчас ситуация с российским кино в принципе очень плохая, зритель не хочет смотреть даже фильмы, снятые с большими бюджетами, прогремевшие на фестивалях. Да и индустрия сопротивляется: продюсерам, вписанным в эту систему, не может нравиться, что кто-то снимает за копейки такие же фильмы, как те, на которые они получают от государства миллионы. Независимому фильму очень сложно попасть на кинофестиваль, в прокат — практически невозможно. Но при этом я по-прежнему верю в независимое микробюджетное кино как один из путей развития, в частности, авторского кинематографа. Это формат, в котором возможно настоящее авторское высказывание. Думаю, постепенно независимых фильмов, снятых вне индустрии, будет становиться все больше.

актриса Пелагея Аладинская в роли Маши

— Проявляет ли московская публика интерес к независимому малобюджетному кино о провинциалах?

— Столичная аудитория очень неоднородная. Среди нее есть и те, кому такое кино интересно, и те, кто смотрит на него свысока, с некоторым снобизмом. Но мне кажется, что уже скоро не будет смысла вообще выделять московскую или, например, самарскую публику, потому что просмотр кино — кроме голливудских фильмов-аттракционов, которые все же лучше смотреть на большом экране, — все больше перемещается в интернет.

— Как вы решили снимать фильмы по своим произведениям?

— С одной стороны, интерес к кино у меня был давно, еще со времен работы над сценарием фильма «Игры мотыльков» с режиссером Андреем Прошкиным в середине двухтысячных. С другой, мои идеи были слишком «неформатными», чтобы их реализовать в рамках киноиндустрии. И когда появилась возможность снимать независимые микробюджетные фильмы, я, естественно, захотел попробовать. Сыграл роль и случай. «Десятка» состоялась исключительно потому, что на меня вышел Евгений Графов из Челябинска, который захотел снять фильм по другой моей книге, но права на тот момент уже были заняты. Меня заинтересовала сама возможность сделать полнометражный фильм без бюджета в Челябинске, и мы начали работать.

Это — реальная жизнь, реальная Россия, которой в большинстве современных фильмов и сериалов просто нет

— Любопытно, что основная часть Ваших героев — гопники, дети с рабочих окраин, провинциалы. Чем вам близки эти образы?

— Ну, я же сам из провинции — еще советской. Я вырос на рабочей окраине белорусского города Могилева, среди гопников, пролетариев и уголовников. Я, конечно, давно оттуда уехал, но мне понятна эта среда, эти люди. Истории, которые могут там разыгрываться, взаимоотношения между людьми — они не менее интересны, чем то, что происходит в пределах Садового кольца в Москве, даже более интересны. Потому что это — реальная жизнь, реальная Россия, которой в большинстве современных фильмов и сериалов просто нет.

оператор Аркадий Курносенко и режиссер Владимир Козлов

— Над какими литературными произведениями вы сейчас работаете и планируете ли снять новый фильм?

— Новая повесть «Пассажир» выйдет в декабре этого года в журнале «Знамя». Это история о москвиче, у которого все в жизни круто меняется, он уезжает в провинцию и «зависает» там надолго. Новый фильм — «Аномия» — в процессе подготовки, съемки пройдут в ноябре в Калининграде. Можно сказать, это будет последняя часть условной «молодежно-провинциальной» трилогии, начатой «Десяткой» и «Кожей».

 

 

Киноклуб «Треугольник» (ЦРК «Художественный»), ул. Куйбышева, 105.
Начало в 18-30, вход — 100 рублей