1236

Мнения: что думают об отмене «Смерти Сталина» кинокритики и коммунисты

Любовь Саранина

Минкульт отозвал прокатное удостоверение у картины «Смерть Сталина» за два дня до старта. Понятно, что проблемы у фильма с таким названием в России начались сразу: еще в сентябре его решили проверить на предмет провокаций. Общественный совет заявил, что «Если фильм про Сталина так же провокативен, как „Матильда“, не надо выпускать его». По итогу кинодеятели все же посчитали ленту оскорбительной, а старт проката решили отложить из-за юбилея окончания битвы за Сталинград (!).

Разбираемся, что вообще творится с российским кинопрокатом и как это ощущает Самара. Адекватно ли сравнивать случаи «Матильды», «Смерти Сталина» и «Приключений Паддингтона-2»? Чем оборачивается для кинотеатров отмена и перенос ленты в последний момент? Можно ли оправдать цензуру и легально ли высмеивать историю? Собрали мнения самарских кинокритиков, представителей мультиплекса и коммунистической партии.

Для тех, кто на информационном детоксе: комедия британского сатирика Армандо Ианнуччи рассказывает о событиях в Советском Союзе 1953 года: генсек умирает, а в стране и Политбюро начинается война за власть. Премьера картины состоялась на фестивале в Торонто, после которого критики сыпали самыми лестными отзывами о ней. В частности, российские обзорщики говорили, что режиссеру удалось не скатиться в клюкву и разыгрывание русского акцента, Стив Бушеми выглядит в фильме просто феноменально, а великолепных шуток в этой комедии — ну очень много. А вообще, Стив Бушеми сыграл Никиту Хрущева — и это едва ли не главное, что нужно знать о фильме.

При этом Россия и оскорбление чувств, по мнению журналистов «Медузы», интересует Ианнуччи меньше всего — объектом его сатиры на самом деле выступает нынешний политический истеблишмент США и вообще адресован президенту Трампу. В КПРФ, напротив, посчитали показ «Смерти Сталина» частью информационной войны против России.

Роман Черкасов

Кинокритик, руководитель киноклуба «Треугольник»

Я не удивлен. Я был удивлен несколько месяцев назад, когда узнал, что «Смерть Сталина» должна выйти в российский прокат. Второй раз я удивился, когда захотел взять этот фильм в «Треугольник» и, соответственно, в кинотеатр «Художественный», и это не вызвало никакого неодобрения сверху (в итоге фильм взять не удалось, но не из-за цензуры, а просто потому, что мы не смогли столковаться с прокатчиками об условиях). А сейчас, когда прокатное удостоверение у фильма отозвали, произошло, напротив, вполне ожидаемое событие: все мы знаем, что среди тех, кто руководит культурой в РФ, есть люди, которые начинают нервничать и что-то пафосно декламировать каждый раз, когда речь заходит об отечественной истории. Потому что работа у них такая — нервничать и пафосно декламировать. И было маловероятно, что они оставят «Смерть Сталина» без внимания.

Режиссер Армандо Ианнуччи специализируется на политическом юморе: с 2005 года он делал для BBC комедийный сериал The Thick of It, а в 2009 снял фильм «В петле» — злую сатиру на мир британской и американской политики и одну из лучших политических комедий десятилетия — обязательно посмотрите ее, если не видели. Теперь Ианнуччи обратился к политике советской, но депутаты и члены Общественного совета при минкультуры сочли, что такое нам смотреть нельзя. Так-то не беда, посмотрим в интернете, но все равно неприятно.

Я убежден, что показывать можно все, критиковать можно все и смеяться можно тоже надо всем: и над российской историей, и над английской, и над белыми, и над черными, над евреями, арабами, гомосексуалами, гетеросексуалами, мужчинами и женщинами, и над любыми религиями, идеологиями и убеждениями. Любое высказывание должно иметь право быть озвученным, а там уж люди сами разберутся.

Но если министерство культуры все-таки решило осуществлять цензуру, то можно было делать это как-то более профессионально, что ли. Например, не давать прокатное удостоверение фильму или, если уже дали, отозвать его заранее, а не за два дня до начала проката. Жест минкультуры выглядит тем более по-дурацки, если вспомнить, что только на прошлой неделе уже была похожая история с фильмом «Приключения Паддингтона 2», когда министерство известило о переносе российской премьеры буквально накануне. «Художественному» и другим кинотеатрам пришлось в авральном порядке менять расписание и затыкать образовавшиеся дыры, а два дня спустя, когда расписание показов было изменено и все дыры заткнуты, в минкульте снова передумали и все же решили выпустить фильм в прокат. Что-то подозрительно неладное происходит в последнее время в его высоких кабинетах.

Конечно, такие вещи создают неудобства кинотеатрам. Размеры материальных убытков оценить сложно, в каждом конкретном случае они будут разными, но когда из, скажем, трех запланированных на этой неделе премьер одна вдруг неожиданно слетает, кинотеатр с высокой степенью вероятности теряет деньги, которые мог бы заработать.

В «Треугольнике» и «Художественном» мы показываем, что хотим и что считаем нужным. На моей памяти был только один случай цензуры: тогдашний министр культуры Ольга Рыбакова, встревоженная шумихой вокруг «Левиафана», на всякий случай решила запретить его показ. Запретить негосударственным киноплексам она не могла, поэтому запретила тем, кому получилось, — то есть кинотеатру «Художественный». В итоге мы были, наверное, единственным кинотеатром в городе, который не показал «Левиафан» и, конечно, потеряли на этом деньги, потому что интерес к фильму был высокий, и это было именно то кино, на которое люди к нам охотно ходят.

Кроме этого курьезного случая, с цензурой я не сталкивался — «Треугольник» имеет полную свободу в выборе фильмов. Этой осенью мы показали «Матильду» — не скрою, во многом назло Поклонской с ее бесноватыми друзьями. Был полный зал (ну, с таким-то пиаром), фильм, конечно, понравился не всем, но никто вроде не оскорбился.

Лично с оскорбленным зрителем я сталкивался лишь однажды — поздним вечером на улице ко мне подошел очень серьезный человек, сказал, что узнал меня, что своими кинопоказами я пропагандирую всякие нехорошие вещи и начал размахивать перед моим лицом ножиком. Особенно его возмущали фильмы Озона. Хотя, полагаю, на самом деле двигало им не чувство оскорбленности, а нечто иное.

Вообще уметь громко оскорбляться и, прикрываясь праведным гневом, вести наступление на свободу слова и свободу художественного высказывания — тренд, который в последние годы получил распространение по обе стороны Атлантического океана. Конечно, фильм может не понравиться, может шокировать, но вот оскорбить — не знаю. Однако если даже вдруг такое случилось — если ты абсолютно уверен, что фильм тебя оскорбляет, — может, стоит это просто пережить? А не требовать его немедленного запрета для всех людей — в том числе для тех, кого он вовсе не оскорбляет. Мне кажется, это правильное решение — придавать чуть меньше значения своим драгоценным эмоциям. Особенно, если они мнимые.

Светлана Дорохова

II секретарь ГК КПРФ, доверенное лицо кандидата
в президенты Павла Грудинина в Самаре

Конечно, запретить снимать гражданам иностранного государства фильмы о нашей истории мы не можем, но мы однозначно должны контролировать то, что мы показываем нашим гражданам. Поэтому я считаю справедливым и правильным запрет этого фильма в России. Мы должны не отложить прокат, а запретить вообще. Все события, о которых идет речь в этом фильме, показаны с сатирической точки зрения, они искажают и наших героев, и произошедшие события. В год 75-летия Сталинградской битвы вообще оскорбительно появление такого фильма в прокате: это глумление, насмешка над нашей историей. Я думаю, авторы не согласились бы демонстрировать у себя в стране подобный фильм об их истории и национальных героях, снятый российскими кинематографистами.

Я считаю, что Сталин — величайший человек планеты. Он очень много сделал для нашей страны, и мы не должны никому позволять очернять его имя. Это наша история, наш герой, а те, кто пытается его критиковать, — пусть сначала сами что-то сделают.

Я видела только трейлер фильма. Ощущение: неприятно. Но если бы лента была в прокате, я бы, конечно ее посмотрела — чтобы оценить с идеологической точки зрения, но чисто по-человечески это противно.

Михаил Куперберг

Руководитель киноклуба «Ракурс»

В первую очередь, нужно сказать, что «Матильда» и «Смерть Сталина» — это разные случаи. «Матильда» — разрешенный фильм с прокатным удостоверением. Там роль сыграла вся эта идиотическая ситуация, связанная с госпожой Поклонской. «Смерть Сталина» — тут просто глупость, перестраховка, абсурд — какими еще словами это назвать? Я не видел саму картину, но и желания смотреть ее у меня нет. Не из-за темы — просто не хочется. И все дело в том, что художник имеет право на высказывание, а зритель имеет право это высказывание услышать, соглашаться или нет. Я за то, чтобы все, что производится, — если оно не нарушает закон, конституцию, уголовный кодекс, — имеет право на существование.

Все эти общественные советы при министерстве культуры, включая примкнувших к ним кинематографистов, которые давно уже потеряли свой кинематографический облик, не имеют никакого отношения к реальности. Тем более, это же министерство выдало прокатное удостоверение организации «Вольга», а теперь, вдруг — показав картину самым одиозным фигурам — решило это удостоверение изъять. Картина все равно будет существовать в интернете, и ее будут смотреть с еще большим интересом. Молодежь и Сталин — вещи очень далекие, но теперь и они будут интересоваться этим фильмом.

Екатерина Первова

Арт-директор кинотеатра «Киноверикаль»

Этот фильм изначально не был запланирован у нас в прокате: на эти даты у нас заявлено много других проектов. К тому же, «Движение вверх» до сих пор хорошо собирает, и мы уж лучше продлим его, чем будем доставлять в сетку такие «узкие» фильмы. Если бы была возможность, мы бы и «Зомбоящик» не брали, но у нас есть обязательства перед прокатчиками, поэтому приходится показывать людям эту ересь.

Никаких идеологических придирок к фильму у нас, разумеется, не было. Просто «Вольга» — это очень «узкий» прокатчик, у картины маленькое количество копий на всю страну. Соответственно, нужно было заранее подать заявки на ее показ, а у нас даже мест в расписании не было на эти даты.

Я работаю здесь уже четвертый год и не помню такого, чтобы фильм запрещали после (!) выхода в прокат. Да, недавно была ситуация с «Паддингтоном», когда он совпал по дате с релизом российского «Скифа», и минкультуры передвинуло его премьеру. Финансовые потери в этом случае в первую очередь несут прокатчики: они уже запустили рекламу, и вдруг им приходится срочно организовывать ее вторую волну или новую рекламную кампанию с исправленными датами. Что касается кинотеатров и того же «Паддингтона», то к моменту переноса у него уже были предпродажи по России — порядка миллиона рублей, а кинотеатр, продающий билеты на фильм без прокатного удостоверения, может нарваться на штраф. Тем не менее, «Паддингтон» и «Смерть Сталина» — это совершенно разные истории одного прокатчика.

Вопрос по «Смерти Сталина» вставал еще в ноябре — уже тогда были зрители, которые просили не выпускать этот фильм в прокат. Было почти то же самое что с «Матильдой», но минкультуры ответило, что у нас демократическая страна, и мы можем показывать все, что снимается в мире. Спустя два месяца позиция резко поменялась. Мы теперь не знаем, чему верить, и эта тенденция пугает — кинотеатры в том числе.

В свое время мы решили, что будем показывать «Матильду» вне зависимости от того, чем это все завершится. Но дошло до того, что на имена кинотеатров рассылались письма с угрозами. Да, я думаю, это был некий анти-пиар: все обошлось, а если брать статистику по кинотеатру за год, то из российских фильмов до выхода «Последнего богатыря» в лидерах по количеству зрителей была «Матильда». У любой картины всегда найдутся противники, и очень жаль, что министерство культуры учитывает их мнение, — ведь, по сути, они в меньшинстве. Я считаю, что зрители могут смотреть все, что им захочется — это их право выбора.