1143

Yung Ferry: «Музыка — это мой тайный дневник»

Текст: Александр Пономарев Фото: Есения Борисова

Сеня Лисейчев, выступающий под ником Yung Ferry — 17-летний самарский музыкант, который записывает треки в собственной спальне на мобильный телефон. Однако за год музыкальной карьеры он успел стать открытием «Индиривера», скатать на музыкальные фестивали в Ульяновске и Санкт-Петербурге, а 7 августа отправился в тур по шести городам России. «Большая Деревня» расспросила молодого артиста о быстром взлете, борьбе с замкнутостью и отношениях с родителями.

— Кто такой Yung Ferry? Откуда ты взялся и как начинал?

— Я родился в Сызрани, а музыку начал писать классе в восьмом — как-то на уроке мы с друзьями решили сочинить текст для рэп-трека. Вернувшись домой, я подумал, что неплохо бы написать для него бит вместо того, чтобы искать его в интернете. Я скачал FL Studio и потихоньку разобрался, что там да как, но быстро забросил программу. В 14 лет я переехал из Сызрани в Самару. Кроме школы мне было нечем заняться, новых друзей не появилось, а тусоваться одному не круто — так я вернулся к музыке.

Поначалу я думал, что стану битмейкером — писал инструменталы для рэперов, но их никто не использовал и я решил записаться на них сам.

Где-то в апреле 2017 года я сделал свой первый трек — назвал его, кажется, Chillin. Насчёт текста я тогда особо не парился — писал типичный рэп по шаблону про девочек и деньги — ничего из этого у меня не было, кстати. Моя музыка неожиданно понравилась друзьям, и я понял, что нужно продолжать, — но начал петь уже о том, что думаю и чувствую сам. Я, наверное, вовремя ушел от того, что сейчас делают Фейс и Lil Pump — и сегодня больше всего я ориентируюсь на Gorillaz и Toro y Moi.

В итоге я пришел к стилю, которому я не могу дать четкого определения: в целом, получается bedroom pop, потому что все моя музыка записывается дома. Я действительно пишу в спальне: в комнате у меня шкаф с кучей книг, которые я не читаю, и кровать-чердак над шкафом. Из оборудования только самое нужное: внешняя звуковуха и midi-клавиатура.

— А как появился твой никнейм?

— Честно? Я не могу сказать. Отчасти я вдохновился Янг Лином — слушал его в те времена, когда все угарали по клауд рэпу. Тогда звучало оригинально: году в 2014 «янгов» было не так много, как сейчас «лилов». А слово Ferry я взял просто из головы.

— Почему ты не поешь на русском языке?

— Я живу в России, всю жизнь разговариваю на русском языке, и когда я пишу на английском, у меня создается впечатление, что так никто не поймет, о чем я пою. Музыка — это мой тайный дневник. Мои песни не то чтобы слишком личные, но в них я частенько говорю о том, что творится у меня в голове.

— Когда ты вышел из комнаты на свое первое выступление?

— Оно прошло в марте этого года в чайном клубе «Чайковский», меня пригласила выступить команда Sofar Sounds. Было очень страшно, у меня даже колени тряслись, но с публикой повезло — ребята были дружелюбными и поддержали меня.

— И как за пару месяцев ты дорос до первого тура?

— Да не знаю! Как-то это случайно получилось. Я записал свой альбом Walkie-Talkie, он оказался удачным и неожиданно для меня разошелся по сети — появились сотни лайков и 16 тысяч просмотров на публикации с релизом. Мне написали ребята из Garold Adventure (концертное агентство, ориентированное на новых исполнителей — прим. ред.), сказали, что хотят устроить мой тур, ведь они как раз делают популярным непопулярное.

— Куда ты поедешь?

— Начну с Самары, потом мы двинем в Москву и в Питер, а оттуда в Ярославль, Екатеринбург и Челябинск. Надеюсь, они не оставят меня где-то на середине пути.

— Как организовывали тур в плане финансов?

— Я в это пока ничего не вложил, и вроде от меня денег и не требуется — всеми финансами занимаются ребята. Я просто получу процент с выступлений, и все.

— Как думаешь, почему Walkie-Talkie стал таким популярным?

— С каждым релизом я учитываю ошибки и узнаю какие-нибудь новые фишечки. К Walkie-Talkie был особенно серьезный подход — я делал его четыре месяца, все тщательно полировал, убирал резонансы и частотные конфликты. Я хотел, чтобы альбом выстрелил, и у меня получилось.

— Обложку для одного из твоих синглов делал дизайнер Wasteboys, который рисовал для Элджея или Feduk. Как тебе удалось с ним договориться?

— Он сделал мне её бесплатно, потому что с ним договорился организатор концертов из Dead Dynasty, который еще до этого нашел мою музыку и предложил помощь с продвижением. Ребята из «Династии» еще пообещали помочь с публикациями в Fast Food Music и прочих популярных сообществах. Не знаю, что из этого выйдет, но у меня как раз планируется сингл, не похожий на все, что я делал раньше, — вот и узнаю.

— Ты только что закончил школу. Куда будешь поступать?

— Никуда, я — все. Свой шанс я упустил. ЕГЭ я сдал средне, но рассматривал только бюджет в вузах Москвы и Питера: РУДН, МПГУ, МГППУ, РГПУ. Теперь этот год буду где-то гулять и прятаться от армии.

— Планируешь полностью посвятить себя музыке?

— Ну, да — я хочу дать как можно больше концертов. Может, буду на улице где-нибудь выступать — например, на Ленинградке. Наверное, выпущу еще один альбом, поскольку появится куча свободного времени.

— На что ты тратишь деньги, заработанные на концертах?

— Я пока не так много зарабатываю, — большую часть времени я выступал бесплатно, иногда мне оплачивали дорогу. Наверное, больше всего денег я заработал с Apple Music: если вычесть 1200 рублей, которые я отдал за год доступа, то получил около трех тысяч за три месяца.

— Как семья относится к твоему творчеству?

— Это вообще больная тема. Из-за того, что я выбрал музыку, а не учебу, моя мама относится к увлечению негативно, да и вообще родители не воспринимали мое творчество, пока я не начал выступать в музее Модерна этим летом. Только после этого я почувствовал их уважение к тому, чем занимаюсь. Сегодня они по-прежнему относятся к музыке со скепсисом, но по крайней мере, уже не противостоят мне.

— Думаешь, после тура мама полностью поверит в тебя?

— Да она и так верит, просто хочет, чтобы я еще учился. Родители во многом, конечно, правы — куда я без профессии? Но в 17 лет я не смог определиться, кем я хочу быть, кроме как музыкантом — не представляю себя кем-то другим. Возможно, я им и буду.

— У тебя есть песня Fuchsia, где ты поешь о девочке с волосами цвета фуксии. Это лирическая героиня или реальная история?

— Это реальная история о девочке из моей школы. Я влюбился в неё прямо по уши, как и подобает мальчишке. Я понимал, что у нас ничего не выйдет, и решил написать грустную песню, чтобы куда-то направить свою грусть, — вот и получился чувственный трек. Этого всего бы не было, если бы я не любил себя накручивать и загоняться по мелочам.

— Ей эта песня понравилась?

— Она сказала, что не будет ее слушать из принципа, — ее право.

— Я слышал, что ты очень закрытый человек: редко выходишь из дома, а с фестивалей уходишь сразу после своего выступления. Это правда?

— Ну, вообще, да. Я редко хожу на концерты — в толпе я чувствую себя некомфортно. Но выступления помогают бороться со стеснительностью — я постепенно начинаю ходить на тусовки и социализироваться.

— Ты интроверт?

— Получается, что так. Я люблю общаться с людьми, но мне очень трудно начать познакомиться, начать диалог. Для меня даже выложить пост вконтакте для паблика — уже большая сложность, мне очень тяжело это дается.

— Чем увлекаешься, помимо музыки?

— Месяц назад начал кататься на скейте. Пока получается не очень — умею делать только олли, но мне это очень нравится — скейтинг дает мне заряд жизненных сил. Иногда с ребятами устраиваем ночные заезды, с нами гоняют не только скейтеры, но и люди с лонгбордами, самокатами, роликами, велосипедами — мы называем это «Ночь на колесах». А так, иногда в комп играю.

— Что для тебя значит быть молодым в городе на Волге?

— Быть молодым? Для меня это значит быть собой, делать что хочешь, получать удовольствие. Надо тусоваться по полной программе. Правда, я не совсем тусуюсь — дома сижу.