678

«Если у тебя диабет, вряд ли ты будешь играть в Candy Crush»

Катя Борзенкова

Пока президент сокращает себе зарплату, а все остальные, менее привилегированные категории общества затягивают пояса потуже, в Самаре ребята занимаются разработкой игр и даже получают за это зарплату. Узнали, как на это можно решиться и кем можно стать, если много играть и не получать высшего образования, и почему за игры можно и нужно платить. Разложили индустрию по полочкам гейм-дизайнер Сергей Ларгин и руководитель проектов Игорь Матвеев из BroGaming Studio.

— Расскажите про ваш проект.

Сергей: Называется он Planetary Clash, и это смесь нескольких игр — «Фермы» и Tower Defence (дословно — защита башни). В ней можно собирать ресурсы, что-то строить, создать юнитов и нападать на таких же, как ты. Действие происходит в космосе, на планете Прометей-5, богатой неким ценным элементом, который и нужно будет добыть. Персонажей будет много, например, большие роботы с пилами. Потому что все любят роботов и пилы. Игра выйдет на двух платформах — Android и iOS, рассчитана она в первую очередь на мобильные телефоны и планшеты

Я не могу посчитать количество игр, в которые играл. Я играю в игры с 1997 года

— Вы инди- или неинди?

Игорь: Мы, конечно, идейные инди-разработчики. Но если наш проект коммерчески не будет успешным, все веселье быстро закончится. Разработка игры — не линейный процесс: пишется гейм-дизайн документ, от которого все отталкиваются, но в ходе разработки много корректировок. Это очень интересно, и большинство людей здесь занимаются этим не из-за денег.

 

 

— Кем надо быть, чтобы заниматься разработкой игр не просто в России, но еще и не в столице?

Сергей: Я люблю делать моды для игр уже давно, с тех пор как у меня только появился компьютер. Я делал карты для «Варкрафта». Образование у меня 9 классов и 2 курса, потому что я понял, что мне оно не нужно. Теперь я гейм-дизайнер. Для этого необходима фантазия и знание индустрии. Я не могу посчитать количество игр, в которые играл. Я играю в них с 1997 года.

Игорь: Чтобы делать свои игры, нужно очень много играть в чужие, чтобы понимать механику, принцип. Научиться где-то делать их нельзя, это вопрос самообразования. Сейчас появляются школы, но пока дальше столицы это не ушло.

— И все-таки, есть ли геймдев в нашей стране? И почему за рубежом делают гораздо больше и лучше?

Сергей: Сейчас игры делают очень многие. Говоря словами украинского политика: «Очень многие, кто делает, не только лишь все». Только могут делать не многие. Российский рынок игр относительно мирового очень молодой. И сейчас он медленно выходит на подъем. Инвесторы начинают понимать, что эта ниша довольно перспективна. То, что ты тратишь на разработку, малая часть того, что ты можешь получить.

Персонаж игры Planetary Clash

Сергей: Несмотря на общее настроение России по поводу страны-соседки, в Украине игры делают гораздо лучше. У них очень много разработчиков. Возможно, потому что им там больше делать нечего. Если у нас тут есть какая-то работа помимо игровой индустрии, то у них нет других шансов заработать денег, кроме как разработать что-то и продать.

Без продвижения игра попадает туда, где ее никто никогда не найдет, кроме друзей, мамы и папы разработчика

Игорь: Другой вопрос в том, что российские игроки почти не обращают внимания на российский рынок, а российские разработчики в свою очередь не ориентируются на отечественных игроков, если речь не идет о социальных сетях. Наша аудитория не готова платит за игры. Мы свою, например, будем тестировать в Канаде, чтобы посмотреть реакцию публики и проверить все функции, а потом только будем выпускать в массы — на мировой рынок.

— Что делать российским разработчикам, если внимание на них не обращают?

Игорь: Сейчас запускать игру все сложнее и сложнее, потому что в эп-сторе их очень много, а чтобы попасть хотя бы в топ-100 нужно потратить много денег. Еще вариант — удачно попасть в чей-то очень успешный блог. Хорошим вариантом будет если «в тебя поиграл» очень известный блогер, как это было c Flappy Bird.

Когда инди-разработчики выпускают игру в App Store и никак ее не продвигают, она попадает туда, где ее никто никогда не найдет, кроме друзей, мамы и папы разработчика.

Сергей: На продвижение тратится примерно 70% от бюджета, то есть гораздо больше, чем на всю разработку вместе взятую, это миллиардные суммы. В качестве площадки для продвижения можно использовать Steam. Там ввели систему green light — инди-разработчик выпускает игру, но это уже не относится к мобильным приложениям, это серьезная компьютерная игра. Ее оценивают люди, и если положительных оценок больше, чем отрицательных, она попадает в стим. Там ее уже не сложно заметить. Но тем самым сервис немного «загадили», но это уже отдельная тема.

Разработка моделей для игры самарских разработчиков

— То есть вопрос успеха только в финансовой составляющей?

Сергей: Хорошую игру делает большой бюджет и большой бюджет на маркетинг.

Игорь: Нет, на самом деле важно, какие люди игру делают — они должны быть увлеченными. Еще очень важно не прогореть с идей. Нужна какая-то проверенная игровая механика или супер-идея. Отталкиваться нужно от нее. Одним из самых популярных жанров во все времена был match 3 (три подряд) — если зайти в топ App Store, там,скорее всего, будет Candy Crush.

Игроделы берут на себя большие риски. Ты тратишь деньги на реализацию идеи, а потом несоизмеримо больше — на ее продвижение. Только после этого можно что-то заработать.

— Тот же Candy Crush уже существует. Зачем придумывать велосипед?

Игорь: В Candy Crush можно сыграть ограниченное число раз, после чего нужно ждать пять часов или платить. А другие люди могут скачать аналог в таком же жанре и сразу играть в три игры, в пять, в десять. По этой причине существует сотни клонов Candy Crush. Еще один вариант — кому-то надоели эти конфетки, или он диабетик. Тогда он будет играть в «зверьков». Человек, который ест зверьков, будет играть в какие-нибудь «деревца». У каждого свои предпочтения, и какую игру ты не сделаешь, аудитория у нее все равно найдется. Другое дело, будет ли тебя устраивать количество этих людей.

Сергей: Делая игру в таком жанре, ты рискуешь минимально, потому что в него любят играть. Но сделать такую сложно. Почему всем нравится Candy Crush? Она цветастая, сладенькая и вызывает приятные ассоциации. Выбрать и найти такую тему для match 3 игры сложно, потому что только это будет определять популярность. Здесь нет захватывающего геймлпея, нет сюжета — ты просто передвигаешь шарики с места на место. Не так просто для этой игры проработать алгоритмы — для каждого уровня свой, но это уже технические тонкости.

Персонаж игры Planetary Clash

— Вы говорили, что русские игроки не очень любят платить, но сейчас же масса бесплатных игр.

Игорь: У любой игры есть монетизация, вопрос только в том, как она выполнена. Игроки избалованы настолько, что за новые игры не готовы сразу платить. Поэтому модель free to play развивается быстрее и более востребована. Тут получается, что сами игроки привели к тому, что появились внутреигровые платежи. Разработчик будет как-то подводить к этим платежам, ограничивая игрока в чем-то. Для последнего это не очень комфортно.

Сергей: Лучший вид игр — pay to play (заплати — играй). Так будет всегда. Это дает простор для разработчика — он не закладывает в создание игры монетизацию. Это сохраняет сценарий, и шедевральная игра может получиться только по этой модели. Игрока в свою очередь ничем не ограничивают и ничего ему не навязывают.

— Чего хочет сейчас пользователь?

Игорь: Если человек заходит в игру и ему нужно разбираться с тысячью правил, он не будет в нее играть. И друзьям скажет, чтоб не играли. Игра должна быть дружелюбной к человеку и понятной. Раньше люди могли себе позволить тратить часы на то, чтобы разобраться. Но тогда вариантов было не слишком много, и выбирать не приходилось.

Мобильные игры проигрывают компьютерным и по геймплею, и по графике. Но они становятся все более популярными, потому что у людей нет времени сидеть за компьютером часами. Они открывают приложение в автобусе, передвигают шарики и идут дальше.