263

Роман Кузнецов: «Пивзавод, площадь Славы, Ракета и аэротруба»

Текст: Полина Кузнецова
Источник фото: Полёты в Аэротрубе Самара

 

Летать можно не только во сне: единственная не только в Самаре, но и во всем Поволжье, аэротруба уже более семи лет создает имитацию свободного падения, мотая волжан вверх и вниз быстрее, чем летает курс рубля на валютном рынке.

«Большая Деревня» выяснила у инженера-инструктора аэротрубы Романа Кузнецова, чем уникальны полеты, насколько это безопасно и могут ли летать маленькие дети. Кроме того, в качестве бонуса мы отправили испытать развлечение редакционную Валентину Терешкову.

 

— Чем вы занимались до организации полетов в аэротрубе?

— Лично я не занимался ничем, связанным с этим, и вообще был научным сотрудником в университете Наяновой. Закончил там аспирантуру, защитил диссертацию. С профессией, правда, так на тот момент так и не определился, а тут поступило предложение заняться аэротрубой. У меня тогда был один прыжок с парашютом, занимался экстремальными видами спорта. Вот и подумал: а что, сфера схожая, почему бы не попробовать. Пришел — и работаю уже семь лет.

 

— Как вашей команде вообще пришла идея привезти аэротрубу в Самару?

— Руководитель проекта, Валерий Александрович Безрученко, очень увлечен парашютным спортом. А парашютный спорт и аэротруба — вещи неразделимые, мы же здесь отрабатываем то, что потом будет делаться в небе. Аэротруба была и остается активно развивающимся направлением, но раньше существовала только в Москве. И Валерий решил сделать вторую здесь, в Самаре.

 

 

— То есть, я сейчас полечу в трубе, которая появилась в России второй?

— В закрытой трубе — да. Они же ведь бывают закрытые и открытые — в первых контур замкнутый, а во вторые воздух просто вдувается, из-за чего в них нельзя летать зимой.

Разработка у нас самарская, из СГАУ. На тот момент, когда она создавалась, аналогов в России ей не было вообще. Сейчас такие трубы, как у нас, уже появились в других городах.

 

— Что представляет собой конструкция трубы?

— Это, по сути, ветер: мощный поток воздуха нагнетается специальным вентилятором. Дизельный двигатель работает, крутится винт. Сама конструкция просчитана в куче специализированных программ, чтобы избежать турбулентности. Закон Бернулли и все дела — сопло поджатия, разные диаметры воздушного тракта. Воздух зациклен — это не дает ему рассеяться и сохраняет энергию, к тому же, за счет этого можно летать зимой. Человек летает в полетной зоне, высота которой — шесть метров. Сначала начинаем летать не очень высоко, чтобы люди не пугались, потом даем джазу и запускаем повыше. Вы сейчас сами все увидите.

Философия полета в том, что нужно расслабиться и просто отдаться потоку

— Как проходит полет?

— Сначала человек бронирует полет по телефону. Гостя мы подготавливаем — даем шлем и переодеваем в спецкомбинезон. Комбинезон нужен в любом случае, ощущения от полета в аэротрубе сравнимы с тем, будто вы вылезете из машины на скорости 200 километров в час, плотная непродуваемая одежда необходима независимо от времени года. Мелкие украшения тоже просим обязательно снять.

Читаем инструктаж — это занимает минут пятнадцать — и начинаем летать.

 

— Как проходит инструктаж? Насколько вообще безопасны полеты в аэротрубе?

— Ответственность за безопасность несет инструктор, который находится с летающим на протяжении всего полета. Можно летать вдвоем — это психологически проще, человек перестает волноваться. Но, как правило, все проходит нормально сразу. Дети и женщины, если что, летают лучше. Мужчины обычно начинают бороться. Базовые моменты одинаковы для всех — расслабься и прогнись. Выходит не у всех, многие, когда начинают лететь, впадают в ступор — что происходит? Опоры нет, я на чем-то лежу, надо барахтаться, спасаться! А философия полета в том, что нужно расслабиться и просто отдаться потоку.

Многие впадают в ступор — что происходит? Опоры нет, надо барахтаться, спасаться!


— Вы говорите, что не у всех получается: то есть, были люди, которые приходили, но так и не взлетали?

— Нет, взлетать-то взлетали. Вопрос в том, насколько стабильно. После трех минут люди обычно соображают, что к чему, и начинают ориентироваться. Поэтому мы разделяем полет на два захода: после первых двух минут человек выходит, ничего не понял, мы поправляем его ошибки, он заходит снова и уже начинает летать. Большинству удается постичь азы с первого раза. А у кого-то вообще сразу все получается — многое зависит от индивидуальных характеристик.

 

 

— Почему полеты в аэротрубе вдруг стали такими популярными?

— Это просто крутое развлечение, очень необычная вещь, кстати, еще и полезная для организма — 20 минут полета сравнимы с хорошей тренировкой в спортзале, при том, что это совершенно безопасно. К тому же, в небо не все готовы лезть, прыгать с парашютом страшно, а здесь, по сути, продолжительная имитация свободного падения.

 

— Какие ощущения человек испытывает во время полета?

— Смешанные. Кому-то очень нравится, хочется еще. Кто-то сразу не может разобраться в ощущениях — это нормально. Я за семь лет нашей работы по пальцам могу пересчитать случаи, когда человек сказал — нет, это не мое.

Выброс адреналина здесь есть, но это не прыжок на резинке с моста, когда реально страшно — у нас именно необычно. Даже визуально — ты ведь летишь, как во сне, еще и управляешь этим — можешь подняться ниже или выше.

20 минут полета сравнимы с хорошей тренировкой в спортзале


— Насколько часто сюда приходят именно профессионалы?

— Очень часто, ведь в Поволжье таких труб больше нет. Приезжают все — от Урала до Самары, даже из Барнаула были гости. Из Казани, Ульяновка, Новокуйбышевска, Саратова, Оренбурга. Много клиентов из Тольятти — там, кстати, люди более подвижные в плане авантюризма, чем в Самаре.

 

 

— Ну, это не самое дешевое удовольствие все же.

— Не побоюсь сказать, что у нас самые низкие цены среди аэротруб по всей России. При этом все равно люди успевают говорить: «И че так дорого?» Отправляю гуглить и сравнивать цены.

Минимальное время полета — три минуты. Ценовая сетка и график работы на февраль есть у нас на сайте(http://vp63.ru/price.html). Оптимально мы всегда рекомендуем пять минут — это то время, за которое можно понять, что такое аэротруба. Дальше уже по желанию — можно летать и больше. Но в первый раз даже10-15 минут полета выдержит не каждый. Для компаний полеты дешевле. Еще есть такая штука, как индивидуальные занятия с инструктором, чтобы расти в плане летательного скилла.

 

 

— У вас проходят какие-то акции?

— Мы продаем подарочные сертификаты на полеты. С Нового появилась зависимость цен от времени суток и дня недели — теперь можно подгадать и полетать повыгоднее. Перед праздниками полеты бронируют особенно активно, но на 23 февраля и всю следующую неделю места еще остались. У нас приходят мальчишники и девичники, даже свадьбы приезжают. Летали братья Запашные, артисты цирка Дю Солей, бывший губернатор Титов с внуками приезжал.

 

— Есть ли какой-то максимум времени полета?

— Ой, да хоть высохни там! Максимально обычно летают спортсмены, по два-три часа, но физически больше тяжеловато. Бывает, что перворазники летают 30-40 минут, но это исключение, а не правило.

Когда я летаю, мне просто зашибись

— Какие трюки можно делать в трубе?

— Суть полета такова, что можно находиться в любой точке пространства и делать что угодно. Люди подсаживаются на это ощущение полной свободы, безграничных возможностей. Есть много клиентов, которые никогда не прыгали с парашютом, но приходят к нам почти каждую неделю со словами «Когда я летаю, мне просто зашибись».

 

 

— Для желающих полетать есть ограничения по состоянию здоровья и возрасту?

— Только если речь идет о послеоперационном периоде, высокой вероятности инсульта или инфаркта и травмах опорно-двигательного аппарата, хотя у нас летали даже люди с гипсом, а однажды был посетитель с протезом ноги. Инструктор внутри все контролирует, полет проходит максимально комфортно. Был спецпроект для детей-инвалидов — летали даже с ДЦП. И все нормально, у всех получалось.

 

— Как вообще дети летают?

— Дети летают шикарно. Они не боятся, и им очень нравится. Ограничений по возрасту нет, у нас однажды летал двухлетний сын одного из инструкторов, был в полном восторге. Единственный минус, это серьезная опасность для семейного бюджета — дети подсаживаются на ощущение свободного полета, начинают просить приехать снова.

 

— За все время работы аэротрубы не было ни одного несчастного случая?

— Не было. Ударялись, да, и то только спортсмены во время исполнения сложных трюков, но и там ничего серьезного. Перворазников защищают шлем и инструктор.

 

— Сколько человек в среднем летает в трубе в выходные?

— От 50 до 70 человек за два дня. Это только летающие — а приходят обычно не одни, а с группой поддержки, набиваются иногда человек по 30. Бывают корпоративы, самый максимум — 60 человек, все успели полетать за несколько часов.

 

 

— Насколько посещаемость зависит от сезона?

— В предновогодний период посещаемость увеличивается, а летом, наоборот, спадает — все в отпусках. Перед учебным годом снова начинается рост. Посещаемость еще очень зависит от предпрыжкового сезона, когда парашютисты стремятся освежить воспоминания о полетах. У нас за семь лет уже появился точный график.

 

— Какие у вас планы?

— Мы хотим сделать услугу доступнее, максимально сдерживаем цены, пока это возможно. Хотим обустроить кафе на природе, чтобы после трубы можно было посидеть и отдохнуть. Мы хотим сделать город интереснее и позиционировать аэротрубу как местную достопримечательность. Хотим, чтобы, когда туристы спрашивали, что в Самаре есть крутого, говорили: Пивзавод, площадь Славы, Ракета и аэротруба.

 

Личные впечатления

Когда в университете узнали, что я отправлюсь летать в аэротрубе, моя преподавательница очень испугалась и попросила потом рассказать, насколько это страшно: не так давно сертификат на полет торжественно вручили ее маленькому сыну. Сама я боялась нешуточно — казалось, что для полетов нужна особая физическая подготовка, которой у меня совершенно нет, я абсолютно не представляла, что нужно делать в воздухе.

Первым делом сотрудники аэротрубы выдали мне комбинезон — его можно надевать прямо на свою одежду. Кроме того, кроссовки для полета и одноразовые носки гостям тоже выдают на месте, хотя обувь можно принести свою, главное, чтобы она была на шнурках. Под шлем тоже выдали одноразовую шапочку — за гигиеной здесь тщательно следят.

 

 

Инструктаж был более чем кратким, но информативным — показали, как правильно лежать и куда девать руки. Самое главное — запомнить жесты инструктора, которые показывают, сгибать или разгибать ноги, потому что внутри самой аэротрубы не слышно абсолютно ничего.

Когда наступил долгожданный миг полета, инструктор зашел в аэротрубу вместе со мной. Я легла и стала ждать, что сейчас легкие потоки ветра поднимут меня ввысь, словно нежный лепесток. На деле все оказалось прозаичнее, я барахталась, пытаясь поставить ноги и руки в верное положение (а, казалось бы, ничего трудного). Инструктор успокаивал меня, постоянно придерживал и направлял тело в нужном направлении — по-моему, за первые две минуты он так ни разу и не отпустил мою руку. Общение с инструктором вообще было похоже на игру «Крокодил»: так как ничего не было слышно, все движения объяснялись буквально на пальцах.

 

 

После первого захода мне дали несколько минут передышки и запустили в эпицентр вихря вновь. В этот раз я немного осмелела: с третьего раза, опять же за руку с инструктором, я совершила головокружительное сальто. Расслабившись, я поднялась повыше, посмотрела вниз и поняла, что меня никто не держит — один раз мне все же удалось воспарить над землей самостоятельно. В финале инструктор подхватил меня, и мы вместе поднялись на максимальную высоту — было похоже на катание на американских горках, только с чувством полной безопасности.

 

 

Я думала, что ощущения в аэротрубе будут напоминать падение в бездну — на самом деле это скорее похоже на то, что ты лежишь на чьих-то невидимых руках. У кого-то летать получается сразу, для таких же, как я, как раз и предусмотрен инструктор, который не дает ушибиться, поддерживает и направляет. Эмоции, конечно, сумасшедшие — чувствуешь себя братом Запашным, космонавтом или губернатором Титовым и артистом Цирка Дю Солей одновременно, адреналин захлестывает с головой. И да, Ольга Владимировна, рассказываю: в аэротрубе не страшно — здесь потрясающе.

 

 

Адрес: Московское шоссе, 18 км., Литер «А».

Телефоны: (846) 266-98-98, (846) 225-43-55